Чтение онлайн

Четвертым источником рабства являлось естественное воспроизвод­ство рабов. Сын рабыни становился рабом, и каждому господину было выгодно, чтобы у его рабынь рождалось как можно больше детей. Такие рабы, родившиеся и выросшие в доме (vernae), ценились рабовладельца­ми, так как они считались более послушными. Поэтому господа принима­ли различные меры для поощрения рождаемости у рабынь, например ос­вобождение от работ, отпуск на волю и т. п.

Однако решить таким путем проблему общего воспроизводства рабов было невозможно, так как процент рождаемости у них в целом был неве­лик из-за сурового режима, отсутствия законной семьи, казарменного об­раза жизни, нежелания рабов иметь детей и проч.

Римские рабовладельцы прибегали даже к организации специальных рабских питомников. Диодор (фрагмент XXXIV книги) говорит о суще­ствовании таких питомников в Сицилии во II в. В них разводили рабов на продажу, и рабовладельцы партиями покупали там нужную им рабочую силу.

Одним из моментов воспроизводства рабов было их обучение, повы­шение их квалификации. Выше мы говорили, каким образцовым рабовла­дельцем был Катон. Он занимался и обучением малолетних рабов, пере­продавая их потом с выгодой. Занимался обучением рабов и Красс, круп­ный римский богач первой половины I в.

Наряду с этими четырьмя основными источниками рабства было еще несколько второстепенных, не имевших большого значения. Так, свобод­ного человека можно было продать в рабство в виде наказания за некото­рые преступления, например за уклонение от военной службы. Отец мог три раза продать в рабство сына, и только после третьей продажи сын вы­ходил из-под власти отца. Впрочем, в последние века Республики право отцов продавать детей фактически, по-видимому, сошло на нет.

Рабов приобретали обычно двумя способами: или получали непосред­ственно из военной добычи, или покупали на рынке. Первый способ прак­тиковался в армии. Полководцы были почти бесконтрольными распоряди­телями военной добычей и имели полную возможность даром приобрести себе любое количество рабов. Но и рядовые воины могли кое-чем пожи­виться. Так, Цезарь часто дарил своим солдатам по одному рабу на чело­века.

Однако главным источником частного воспроизводства являлась по­купка рабов на рынке. Невольничьи рынки существовали во всех город­ских центрах римской державы. В самом Риме рынок рабов находился возле храма Кастора. Наибольшей известностью пользовался невольничий ры­нок на Делосе, где, по словам Страбона (XIV 5, 2), иногда продавалось до 10 тыс. рабов в день.

Рабы, которых выводили на рынок, выставлялись обнаженными, чтобы покупатель мог наглядно убедиться в доброкачественности предлагаемо­го товара. Обычно они имели отличительные знаки: либо выкрашенные белой краской ноги, либо шерстяной колпак на голове. У военнопленных, выведенных на продажу, был на голове венок.

Продавец должен был осведомлять покупателя о всех недостатках раба. Иногда на шее раба висела дощечка, на которой были указаны его племен­ное происхождение, возраст и т. п. Закон предусматривал, что если после продажи у раба обнаружатся скрытые недостатки, то сделка расторгалась.

Цены на рабов в Риме подвергались очень большим колебаниям. Не­имоверно высокие цены, о которых до римской эпохи и не подозревали, обусловливались развитием роскоши и непроизводительных расходов. За красивых танцовщиц выбрасывали огромные суммы. Сотни тысяч сестер­ций платили за актеров и представителей других высококвалифицирован­ных профессий.

«Наивысшая до сего дня цена, — пишет Плиний [219] , — за какую был продан человек, рожденный в рабстве, была, насколько мне известно, дана за грам­матика Дафниса... 700 тыс. сестерций... В наше время эта цена была превзойдена, и притом в значительной степени, актерами, которые поку­пали себе свободу на свои доходы, так как существует предание, что уже у наших предков актер Росций зарабатывал в год 500 тыс. сестерций» [220] .

Резкие падения цен на рабов наблюдаются в периоды крупных завоева­ний. В 177 г. цены на сардинских рабов так упали, что появилась поговор­ка. «Дешев, как сард» [221] . В I в., в период завоевания Понтийского царства, рабов продавали по 4 денария за голову, тогда как средняя рыночная цена на раба равнялась 300—500 денариям.

Посмотрим теперь, в каких отраслях хозяйства применялся рабский труд в Риме. На первом месте в этом отношении нужно поставить до­машнее хозяйство. Причем необходимо подчеркнуть непроизводитель­ный по преимуществу характер домашнего рабского труда. Подавляю­щее большинство «городской фамилии» [222] являлось полупаразитической группой, состоявшей из прислуги, челяди. В богатых и даже средних рим­ских домах часть «фамилии», обслуживавшая непосредственно господ­скую семью, была непропорционально велика по сравнению с тем коли­чеством рабов, которые работали в домашних мастерских или были от­пущены на оброк. Богатый римский дом имел сотни рабов, начиная от привратников, скороходов, судомоек, уборщиц и кончая парикмахера­ми, маникюршами, учителями, врачами, управляющими, агентами для поручений и т. п.

По сравнению с домашними рабами, рабы-ремесленники, работавшие на рынок, были сравнительно немногочисленны. Это были рабы, отпущен­ные на оброк своими господами или принадлежавшие собственникам мас­терских. Вообще удельный вес рабского труда в промышленности Италии был, по-видимому, невелик.

Широко применялся труд рабов в строительном деле: упомянутый выше Красс имел больше 500 строительных рабочих-рабов. То же самое нужно сказать о горном деле: в серебряных рудниках в Испании, около Нового Карфагена, работало до 40 тыс. рабов.

Рабы были заняты в качестве служащих в торговых домах, банкирских конторах, в компаниях откупщиков (societates publicanorum) и других част­ных предприятиях.

Наконец, многочисленную категорию составляли в Риме государствен­ные рабы.

Одной из важнейших сфер применения рабского труда было сельское хозяйство Италии. Это вызывалось как аграрным характером страны, так и концентрацией земельных владений, начиная со II в. Крупное же сель­ское хозяйство создавало благоприятные условия для массового примене­ния труда рабов. По этому вопросу у нас есть хорошие источники в виде агрономических сочинений Катона и Варрона, а также произведения писа­теля I в. н. э. Колумеллы. По этим источникам можно проследить разви­тие римского сельского хозяйства и эволюцию рабского труда на протяже­нии почти трех столетий.

Катон указывает [223] , каков был обычный состав рабов для обслуживания оливкового сада в 240 югеров (около 60 га): вилик (надсмотрщик над раба­ми, обычно сам из рабов), вилика (ключница, часто жена вилика), 5 работ­ников, 3 пахаря, 1 погонщик ослов, 1 свинопас, 1 овчар — итого 13 чело­век. Для виноградника в 100 югеров Катон устанавливает такую норму: вилик, вилика, 10 работников, 1 пахарь, 1 погонщик ослов, 1 человек, ко­торый смотрит за ивняком, 1 свинопас — итого 16 человек. Очевидно, ви­ноградник был более трудоемким хозяйством, чем оливковый сад.

Эти нормы рабочей силы кажутся низкими. Но не нужно забывать, что Катон дает только перечни постоянных рабочих из рабов. Во время сбора и выжимки оливок и винограда дополнительно нанималось некоторое ко­личество свободных рабочих.

Нормы Катона относятся только к поместьям незернового характера Средней Италии. Крупные скотоводческие латифундии [224] юга и зерновые хозяйства Сицилии требовали значительно большего количества рабов.

Катон сообщает интересные данные о продовольствии и одежде рабов. Вилик, вилика и овчар получали меньше хлеба, чем рабы, занятые на тя­желой работе; зимой рабам полагалось меньше хлеба, чем летом. Вино для рабов Катон советует изготовлять из выжимок. Из одежды он реко­мендует давать рабам через год попеременно тунику и короткий плащ. Старую одежду следует отбирать, чтобы рабы делали из нее лоскутные одеяла.