Чтение онлайн

И она рассказала ему, почему она купила траву бесплодия у кассаптю. Как она едва не умерла и как она ждала его поцелуя, хотя он и покинул город Ур со своим отцом.

— Я была еще совсем девочкой. Я совершила ошибку не только из-за своей молодости, но и потому что ты был нужен мне. Ты и сегодня нужен мне, но я, я становлюсь ненужной тебе. Тебе нужна мать твоих детей, тебе нужна жена, которая позволит тебе совершить то, чего ждет от тебя твой бог, — повторяла она.

Аврам покачал головой, схватил ее за руки, прижал их к своей груди.

— Ты ошибаешься, Сара. Ты нужна мне. Твое упорство стало моим счастьем. Тот, кто призвал меня и ведет меня, знает, кто ты. Так же, как и я. Ты в Его благословении, я знаю это.

Он горячо поцеловал ее ладони. Потом внезапно поднял голову. Губами он почувствовал свежие раны на ладонях, которые она нанесла себе, моля Нинтю. Сара увидела, как его шея напряглась от гнева.

— Что ты сделала?

Она встала, достала из-под бараньих шкур статуэтку Нинтю. Обнаженная, она стояла перед ним со статуэткой Нинтю в руках, полная страха и искренности:

— Бесплодная женщина готова глотать землю, грязь и даже монстров и демонов, если это поможет ей вернуть жизнь в свое чрево. Сегодня Лекка умерла, родив свою девочку. Несмотря на всю мою любовь к тебе, Аврам, я не желаю себе другой смерти.

Аврам встал перед ней во весь рост с еще возбужденным от наслаждения членом. В опаловом свете луны ей показалось, что черты его лица стерлись, что у него больше не было лица. Грудь его вздымалась и опускалась в быстром дыхании.

— Сегодня вечером я ласкала Нинтю своей кровью, — пробормотала Сара, протягивая ему статуэтку. — Твое семя в моем чреве. Говорят, что когда мужчина и женщина испытывают наслаждение, оно становится сильнее…

Она замолчала. Ей показалось, что Аврам сейчас закричит или даже ударит ее. Он протянул руку. В голосе его не было гнева:

— Дай мне эту куклу.

Дрожащей рукой Сара протянула ему статуэтку. Рука Аврама сомкнулась на лице Нинтю. Он сорвал со столба короткий бронзовый меч с кривым клинком, которым, Сара видела, он отрубал голову барана. Потом он вышел из шатра, положил статуэтку на землю и несколькими ударами, рыча, как зверь, разрубил идола на несколько частей и разбросал оставшиеся щепки.

Когда он вернулся в шатер, Сара уже надела тунику, выпрямившись от унижения и боли. Глаза ее были сухими, рот плотно сжат. Несмотря на жару, все тело ее сотрясалось от дрожи.

Аврам подошел к Саре, взял ее руки в свои и поднес их к губам. Прижавшись к рукам Сары, он поцеловал свежие раны, проведя по ним языком, словно нежная мать, целующая раны своего ребенка, чтобы унять боль. Прижав Сару к себе, он прошептал:

— Под предлогом что кровь не течет у тебя между ног, жители Ура хотели, чтобы ты стояла перед быком, пока он не разорвет тебе живот. Мой отец Фарра и его племя плохо думали о тебе, потому что мы только наслаждались любовью. Я знаю, какие вопросы задавала тебе Цилла. Я знаю, какие взгляды тебе пришлось выдержать. А я, я оставил тебя наедине с твоим стыдом и их вопросами. Я не нашел слов, чтобы унять твою боль. Как объяснить им, что ничего не может затмить счастье быть мужем Сары? Что любовь моей жены растет вокруг меня, как сыновья и дочери, которых она могла бы мне дать? Они все призывали своих богов, со злобой и горечью. В твоем пустом чреве они видели только проклятие. А я видел только их легковерие и их покорность и оставил на тебя одну бремя твоей боли.

Аврам замолчал. Сара затаила дыхание. Слова Аврама, те слова, которых она так давно ждала, он наконец произнес их. Они растекались внутри нее, горячие и нежные, словно мед.

— Не уноси с собой их страхи и суеверия. Доверься моему терпению, как я доверяюсь тебе. Ты думаешь, что бог Аврама еще не твой бог. Ты уверена, что ты не видела и не слышала Его. Но кто знает, может быть, трава бесплодия была его обращением к тебе, Сape, дочери могущественного вельможи города Ура, для того, чтобы отвратить тебя от пустого поклонения? Кто знает, может быть, он указал тебе путь для того, чтобы мы могли стать мужем и женой? В Харране Он сказал мне: «Покинь дом отца своего». Он не сказал мне: «Покинь свою жену Сару, потому что она не может превратить твое семя в ребенка». Он говорит то, чего Он не хочет. Он говорит то, что Он хочет. Он сказал: «Ты благословение. Я благословляю всех, кто благословляет тебя». Кто благословляет меня изо дня в день больше моей жены Сары? Он обещал мне народ, Он мне его даст. Он даст нам страну, которую он обещал. Сара, любовь моя, больше не наноси себе ран ножом стыда, потому что ты ни в чем не виновата, и твоя боль стала моей болью.

Аврам спустил тунику с плеч Сары, уложил ее на ложе, поцеловал в плечо и сказал:

— Иди ко мне, будем спать вместе эту ночь и все другие ночи, до тех пор пока единый Бог не укажет нам страну, в которой мы остановимся.

Это случилось одну луну спустя.

Уже несколько дней холмы, через которые они шли, казались более округлыми и более зелеными. Ни на листьях деревьев, ни на траве не было пыли. Им не нужно было искать колодцы или удовлетворяться стоялой водой, для того чтобы напоить скот. Перетекая из одной долины в другую, журчали ручейки, иной раз такие глубокие, что в них можно было нырять. Появилось множество насекомых, что бывает только в плодородных землях. Однажды утром пошел дождь. Аврам решил остановиться, чтобы дождь отмыл шерсть животных и шатры. Перед вечером дождь прекратился, из облаков выглянуло солнце, и все увидели, какой прекрасный мир их окружает.

Однако, хоть они и не встретили ни одного человека в течение нескольких дней, было очевидно, что земля не была заброшенной. Вокруг пастбищ стояли ограды, на дорогах были видны следы животных. Наступил спокойный вечер, все племя собралось у костров, и каждый стал мечтать в тишине о том, чтобы бог Аврама привел их в такую же страну.

На следующее утро Сара внезапно проснулась в чистой рассветной белизне. Место Аврама рядом с ней было пусто, но еще сохраняло его тепло. Занавеска на входе колыхалась.

Сара встала и, выйдя наружу, увидела быстро удаляющуюся фигуру своего мужа и, не раздумывая, пошла за ним.

Аврам бросился бежать и, не замедляя шага, перешел через ручеек, разбрызгивая воду. Затем скрылся в небольшой рощице, венчавшей верхушку невысокого холма. Сара продолжала идти за ним. Она уже не видела его, но слышала, как где-то впереди трещали сухие ветки под его торопливыми шагами.

На выходе из рощи она остановилась, запыхавшись, и укрылась за стволом зеленого дуба. Шагах в ста от нее, на вершине холма, неподвижно среди травы спиной к ней стоял Аврам. Лицо его было поднято вверх, руки вытянуты вперед, словно стараясь схватить что-то. Но перед ним был только утренний воздух, колыхаемый легким бризом.

Сара стояла так же неподвижно, следя за каждым его движением и стараясь поймать малейший звук. Но вокруг была тишина, не нарушаемая ни малейшим движением.

Лицо ее овевал ветер, трава сгибалась и разгибалась под дуновением ветра, маленькие желто-синие бабочки кружились над распускающимися бутонами. В листве деревьев щебетали птицы, перелетая с ветки на ветку. Кроме поднимавшегося на горизонте солнца, которое золотило пышные облака, ни на земле, ни на небе не было видно никакого другого свечения. Вокруг стояло обычное утро пробуждающегося мира.

Но она не сомневалась, что Аврам встретил своего бога, что он слышал голос своего невидимого бога.

Как мог бог не давать никакого признака своего присутствия? Ни лица, ни раската грома. Сара не могла понять этого.

И если Аврам говорил со своим богом, она не слышала его.

Она видела только мужчину, стоявшего в траве, с лицом, поднятым к небу, словно он потерял разум, вокруг которого летали безразличные к нему птицы и насекомые.

Ей показалось, что прошло много времени, но, может быть, это только ей так казалось. Потом неожиданно руки Аврама взметнулись вверх, и воздух затрепетал от его крика.