Чтение онлайн

Столыпинские аграрные реформы крестьянского землепользования, как известно, были направлены на ликвидацию крестьянского малоземелья. На 1 января 1914 г. в стране числилось 1254 сельскохозяйственных товарищества, а к 1917 г. было создано около 2100. Революция 1905 г. характеризовалась всеобъемлющим охватом политических стачек и вооруженных выступлений. В ходе борьбы возникли первые советы рабочих депутатов, не имеющих в первое время ни правил их формирования, ни каких-либо общих принципов. Советы руководили стачками, но конечной целью ставили борьбу за свержение самодержавия. Но экономическая слабость обществ не давала возможности широкого развития, поскольку ведение сельскохозяйственных мероприятий в обществах велась исключительно на субсидиях и немедленно прерывалась при ее прекращении. Однако с установлением советской власти артели и коммуны получили наибольшую поддержку. В 1919 г. было издано Положение о социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию. Вся земля отныне включалась в единый государственный фонд, который находился в распоряжении наркоматов, а все формы единоличного землепользования рассматриваются как отживающие.

До революции вся Россия хронически голодала, не избежали голода и татарские деревни. Народ вымирал буквально толпами, но учет умерших никто не вел. В ряде районов настоящий голод сопровождался с его последствиями – цингой и тифом. Об этом свидетельствуют исторические источники и архивные документы, которые опровергают сказочки о процветающей России. Так, например, известный писатель А. А. Бушков в своем труде «Россия, которой не было» приводит множество сведений, говорящих о том, что «Россия фактически не вылезает из состояния голода то в одной, то в другой губернии». Автор, в частности, приводит воспоминания А. Н. Наумова, участника борьбы с «самарским голодом» и бывшего министра земледелия в 1915–1916 гг. «Что же мне пришлось увидеть? Россия фактически не вылезает из состояния голода то в одной, то в другой губернии, как до войны, так и во время войны». Видный сановник Ламздорф оставил схожие воспоминания: «От просящих хлеба нет прохода. Окружают повсюду толпой. Картина душераздирающая. На почве голода тиф и цинга». Мало того, министр иностранных дел Гире «в ужасе от того, как относятся к бедствию государь и интимный круг императорской семьи». Царь… не верит, что есть голод! За завтраком в тесном кругу «он говорит о голоде почти со смехом». Находит, что раздаваемые пособия только деморализуют народ, вышучивает тех, кто уезжает в губернии, чтобы наладить помощь. Такое отношение к бедствию «разделяется, по-видимому, всей семьей»… В то время, по воле божией, во всей московской земле наступила такая дороговизна и голод, что подобного еще не приходилось описывать ни одному историку… Так что даже матери ели своих детей; все крестьяне и поселяне, у которых были коровы, лошади, овцы и куры, съели их, невзирая на пост, собирали в лесах различные коренья, грибы и многие другие и ели их с большой жадностью; ели также мякину, кошек и собак; и от такой пищи животы у них становились толстые, как у коров, и постигала их жалкая смерть; зимою случались с ними странные обмороки, и они в беспамятстве падали на землю. И на всех дорогах лежали люди, помершие от голода, и тела их пожирали волки и лисицы, также собаки и другие животные [16] .

Татарская деревня в Кузнецком уезде, нач. XX в.

Анализ статистических данных по Саратовской губернии показывает нам объективную картину финансовой несостоятельности большинства татарских семей. Постоянное увеличение налоговых сборов и подушной подати достигло уже к концу XIX в. угрожающих масштабов. Недоимки случались и раньше, но из года в год он накладывались на прежние долги и в большинстве случаев оставались непогашенными. Тяжелое экономическое положение еще больше усугубилось с началом Первой мировой войны. В это время ущемление социальных, этнокультурных и политических прав достигло своего апогея. По этой причине, к начавшимся в 1917 г. Октябрьской социалистической революциям татарское население уже было готово к восприятию лозунгов нового обустройства страны, и подавляющее большинство населения приняло сторону новой власти, даже встало в ее ряды. Надо сказать, что новая советская власть все эти царские недоимки отменила. Осенью 1917 г. большинство крестьянских Советов находилось под влиянием эсеров, но большевики выдвинули требование объединить Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. На очередном III Всероссийском съезде рабочих, солдатских и крестьянских депутатов была утверждена Декларация прав трудящихся и эксплуатируемого народа, по которой Россия становилась Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Определенными правами и свободой были наделены местные советы, которые все вопросы местного управления решали самостоятельно.

Подведя анализ исторического и хозяйственно-бытового аспектов развития Кузнецкого уезда, будет уместным описать область образовательного уровня крестьянского населения. Прежде всего, надо заметить, что лишь около 25 % семей в Кузнецком уезде имели среди членов семьи грамотного или учащегося. В среднем грамотных людей среди мужчин было 8 % и чуть более 1 % среди женского пола. Лишь каждая 50-я женщина умела писать и читать. По числу семей с грамотными и учащимися первое место принадлежало татарам – более 40 % татарских семей были грамотными, вернее имели хотя бы одного члена семьи грамотного или учащегося. Грамотныхлюдей среди мужчин было более 12 %, и более 3 % женщин обладали грамотой. Процент учащихся из детей школьного возраста среди татар составлял 15–16 %. Из всех 12 волостей Саратовской губернии наилучшее положение занимала Кунчеровская волость – процент семей с грамотными и учащимися составлял 32 %. Наихудшее положение было в Чаадаевской и Шемышейской волости – 15–18 %, ниже была только Наскафтымская волость с 8 %. «Сборник сведений по Саратовской губернии» (1905 г.) показывает: мусульман в губернии – 3.38 %, сельских жителей – 78 %, дворян и духовенства – по 0.4 %. В магометанских школах учились 5578 мальчика и 2 девочки, или 3.32 % от общего числа татар. У евреев грамоте учились 40 мальчиков и 0 девочек – 0.02 %. Мечетей 157, или 717 чел. на одну мечеть. Стоит при этом отметить, что у русского населения уезда разделение по уровню грамотности пролегало на линии разграничения социального статуса крестьян. Крестьяне, которые еще совсем недавно, до 1861 г., были крепостными, помещичьими, были в худшем положении по сравнению с категорией бывших государственных крестьян, поскольку первая группа не имела благоприятных условий для обучения.

Из других же категорий крестьян по количеству грамотных, как мужчин, так и женщин, первое место принадлежало уже не татарам, а государственным русским крестьянам. По относительному количеству учащихся, и мальчиков, и девочек, первое место принадлежало опять татарам, но второе – крестьянам смешанных общин, и только третье и четвертое – русским. По количеству грамотных женщин лучшее положение занимали опять бывшие государственные крестьяне-русские (26,7°/о), затем следовали татары, крестьяне смешанных общин и бывшие крепостные (всего 4 %). Мордва и особенно чуваши одинаково занимали последние места, как среди грамотных, так и по числу учащихся, и мужчин, и женщин. Наибольшее количество девочек среди учащихся наблюдался у татар. Причем наблюдалась интересная, хотя логически и закономерная особенность, когда величина надела землю на семью была обратно пропорциональна уровню грамотности в семьях, особенно среди учащихся: чем больше надел, тем меньше было грамотных. Не менее важную роль на число грамотных семей играла промысловая занятость населения. Понятно, среди торговцев и приказчиков процент грамотных мужчин и учащихся составлял 26 %. За ними следовали с 21 % столяры, слесари, токари, калачники. Чуть меньше, 19 %, было у мельников, маслобойников и сапожников. В худшем положении были бурлаки, дроворубы, нищие, пастухи и санники – от 4 % до 1,6 %, причем процент понижался с преобладанием среди них мордвы.

В 1886 г. всего в уезде было русских 37 школ, как мужских, так и женских, в том числе 6 – в Кузнецке, а остальные – в селениях. Были и смешанные школы, но учились в них только мальчики. Земских школ было всего 23, министерских – 5, частная фабричная (в с. Трескино) – 1, церковно-приходских – 2. Из татарских селений земская школа была лишь в Пенделке, в которой обучались грамоте 30 мальчиков и 15 девочек. В этой школе, по всей вероятности, обучались и татарские мальчики, и девочки. Во всех школах преподавали учителя, учительница была лишь одна в женской школе. Учились в них 1365 мальчиков и 150 девочек. Эти школы открылись в период между 1860 и 1880 гг., лишь 5 школ были открыты до 1850 г. в селениях, где проживали государственные крестьяне. В селениях с крепостным населением, которых было абсолютное большинство в уезде, школ не было.

До 1884 г. в Кузнецком уезде было еще несколько школ, открытых в1860-х гг., но после рассмотрения вопроса местным Земством о передаче школ в ведения духовенства, эти школы были закрыты. Школы в Анненково, Аблязово, Наскафтыме и Плане, построенные на земские деньги, остались в лучших условиях и обустроенных зданиях, а все остальные переходили отныне разряд низшего типа, где вместо учителей преподавали священники, относящиеся к «церковному причту». Такие училища формально не относились к церковно-приходским, но прежние сельские учителя оказались вне зоны действия Земства и оставались без пособий и всякого содержания. Они, понятно, все уволились и переехали в другие уезды. Вместо них пришли так называемые в народе «сертучники» или «народные учителя», которые за ничтожное вознаграждение брались обучать детей, и были гораздо ниже по умственному, политическому и моральному развитию ниже даже церковного духовенства. Эти непродуманные решения Земства нанесли колоссальный урон в образовательном процессе в Кузнецком уезде. Здесь уместно добавить о том, что в русских школах татары практически не обучались, в отличии, например, от мордвы.

Автобиография Сунчелеевой Г. И., из бедняцкой семьи, где указано, что в 1927–1931 г г. училась в Демино, затем 2 года – в Кузнецком педтехникуме. В 1933–1936 гг. работала учительницей в Деминской начальной школе, (ГАПО, Ф-р. 1341, оп. 2, д. 13а.).

Татарские школы-мектебе с недостаточно грамотными муллами-мугалимами, с принципиально неверно выстроенным учебным процессом не желали и не могли дать должного уровня образования. Но малограмотных татар, умеющих только читать и писать, было велико – более 64 %, в то время как у русских (бывших государственных крестьян) этот показатель составлял лишь 28 %. Такое положение сказалось на отсталости татарского населения в области просвещения, которая, надо сказать, гулких эхом доносится до наших дней. Так, отмечает «Статистический справочник», относительно количества грамотных и особенно учащихся у татар «…в силу религиозных требований все или почти все татарские дети известного возраста поучаются грамоте, причем мальчики посещают школы при мечетях, девочки – женщин-наставниц, или же, по крайней мере, те и другие учатся дома; но громадное большинство обучается при этом не читать и писать по-татарски, а только молитвамна арабском языке. Понятно, таким образом, что и в число учащихся, при невозможности для каждого отдельного случая определить характер и объем обучения, попадало при переписи большинство детей школьного возраста и, во всяком случае, не посещающие школы-мектебе. Тоже самое, хотя и в более слабой степени, могло происходить и с грамотными, к которым татары склонны относить и неумеющих ни читать, ни писать по-татарски, но знающих молитвы. Знание русской грамоты среди татар распространенокрайне слабо: таких грамотных зарегистрировано по уезду всего 69 или 4,3 % всех грамотных татар-мужчин.

Советская власть в Кузнецком уезде была установлена 18 января 1918 г., и уже через два месяца стали создаваться в волостях и селах уезда Советы. К лету во многих татарских деревнях власть перешла к комитетам деревенской бедноты (комбедам). На территории уезда вновь начал господствовать жестокий голод в 1921–1922 гг., сопровождающийся и гибелью большого количества людей. Голод был вызван не только неурожаем хлеба и Гражданской войной, но и многими другими причинами. Спасаясь от голода, люди уходили в соседние уезды и губернии. Спад численности населения в уезде наблюдался и в мирные 1926–1939 гг., как следствие не всегда правильной и продуманной политики государства относительно российской деревни. Как мы знаем, с 30-х гг. XX в. началась индустриализация и коллективизация страны, в результате которой произошел значительный отток населения в города, что в свою очередь повлекло к исчезновению многих населенных пунктов. Численность сельского населения Кузнецкого района стало уменьшаться еще в годы первых пятилеток. Если численность городского прибавилась за 1929–1939 гг. на 6,8 тыс., то дефицит крестьянского составил 9 тыс. чел. за те же год. Последствия Великой Отечественной войны усугубило еще больше ситуацию. Так, например, в 1920-е гг. исчез населённый пункт Клявлино. К сер. XX в. прекратили существовать татарские дд. Адельшино, Бикбулат и Судачок. Эти населенные места слились с близлежащими сёлами. Послевоенный период в Кузнецком районе характерен восстановлением численности сельского населения, а в ряде татарских сел, таких как Алеево, все три Елюзани, Бикмосеевка, Мансуровка, Демино, Карновар, Могилки, Каменный Овраг и др. наметился устойчивый рост. В 1959–1989 гг. начался новый демографический подъем, относительный прирост населения происходил в том числе и за счет переселенцев, беженцев из бывших союзных республик. После того, как этот резерв иссяк, кривая диаграммы к 2010 г. вновь пошла резко вниз.

В 20-е и 30-е гг. XX столетия в районе сельское хозяйство, как мы это отмечали, преимущественно разорилось, впрочем, как и вся страна. Крестьянство испытывало очень трудный свой период, а потери сельского населения в 30-е гг. были сопоставимы с потерями в годы Второй мировой войны. Однако Октябрьская революция дала крестьянину землю, что позволило ему в считанные годы восстановить экономику своего хозяйства. Но последующие годы, начиная с 1990-х гг. и вплоть до наших дней, начался период стремительного падения численности населения Неверкинского, также Кузнецкого, Лопатинского, Городищенского и Шемышейского районов, которые полностью или же частично веком ранее относились к Кузнецкому уезду. Во всех селах района, кроме Бигеево, население неуклонно убавлялось, в основном за счёт естественной убыли. Села и деревни буквально вымирали. Спад населения наметился даже в районном центре Неверкино – за 15 лет число его жителей сократилось на 850 чел. Если сравнивать динамику средней численности населения Неверкинского района между 1926 и 2010 гг., то увидим, что при нынешних темпах убыли населения (325 чел. ежегодно) на территории района не останется жителей уже через 40 лет. Отдельные отрасли промышленности, созданные в годы советской власти, сегодня окончательно разрушены и не имеют никаких перспектив к своему восстановлению. Сегодня район остается сельскохозяйственным, каким и был с начала своего основания.

Татары в Российской Федерации являются вторыми по численности населения после русских. Сегодня в пределах страны проживает более 180 национальностей. В 2010 г. насчитывалось 5 млн 310 тыс. чел. (3,8 %) татарского населения, но их численность из года в год неумолимо убывает. Тюркский этнос в России, состоящий из множества народов, занимает второе почетное место по численности уже не одно столетие. Тюрки – это целая этническая общность, объединившая непохожие друг на друга народы буквально во всем: религией, внешностью, характером, культурой, традициями, местом проживания и т. д. В мире насчитывается примерно 165 млн чел., говорящих на тюркских языках – от Турции и до Китая. Тюрки проживают не только в Евразийском континенте, но и в Северной и Южной Америках, Австралии. Историки утверждают, что древние тюрки образовались в результате смешения алтайских народностей (прототюрков) и пришлых представителей рода Ашина (протомонголов). Поэтому они далеко неоднородны по своей внешности – от европеоидов до монголоидов, но большинство их является представителями смешанных типов. Это: казахи, башкиры, сибирские татары. Тюрки издревле довольно легко принимали к себе другие народы и успешно их ассимилировали, давали им свой язык, религию и культуру.