Чтение онлайн

Варианта, все это объясняющих, было два – либо это грабитель, что удовлетворился лошадью и тем, что она ему оставила, либо – один из вчерашней троицы, которая как-то все же узнала о том, что наследница находится в одной с ними харчевне и решили устроить ей ловушку. Как следует не разглядев нападавшего, Миаленика не могла быть уверена в верности предположений. Несясь сломя голову между деревьями и пытаясь понять, следует ли человек за ней, беглянка пару раз оглядывалась, но признаков погони не обнаружила. У мужчины была лошадь, а у нее нет, и, скорее всего, он запросто нагонит ее, если захочет. Ноги путались у подоле платья, но она привыкла к этому, часто бегая по коридорам замка и в более пышных нарядах. Только когда из-за очередного большого дерева выскочил второй человек, повалив ее на землю, она поняла, что сзади никто не бежал и даже не скакал, так как он знал, что здесь ждут товарищи. Рука, облаченная в грубую перчатку, заткнула рот, не позволив произнести вообще ничего. Чувствуя над собой тяжесть мужского тела, которым она была придавлена и не могла двигаться, беглянка поняла, что непроизвольно плачет, и ничего не могла с этим поделать. Не то от боли, ни то от обиды, что сразу не догадалась обо всем, но слезы медленно стекали по щекам. Сердце бешено колотилось в груди, так и норовя вырваться из нее, и казалось, словно не она одна слышала его в эту минуту.

– Я же говорил, что она не поедет по дороге, но направиться именно в эту сторону, а вы не хотели ее поджидать. Оглуши ее, так меньше проблем будет, – раздался тот голос, что наследница уже слышала сегодня утром под окном, а значит, догадка все же оказалась верна. Задержав дыхание, она была готова к нанесенному удару, от которого перед глазами все поплыло, и в результате, Миаленика почувствовала, как сознание покидает ее. Наверное, если бы она сейчас не валялась на земле, то обязательно на нее упала. Так сбылись худшие опасения, она попала в руки злодеев, и кто знает, что они планировали сделать.

***

Будучи перекинутой через седло и связанной по рукам и ногам, девушка ощущала каждый шаг на себе. Подпрыгивая на кочках и камнях, в живот сильно упирался круп лошади, к которому ее привязали помимо прочего. Чтобы не привлекать внимания других путников, пленницу закутали в какие-то тряпки, и выглядело это все, как будто они просто везут товар на ярмарку. Место удара на затылке раскалывалось, стук копыт раздавался в ушах, лишь усугубляя ситуацию. Хотелось просто взвыть от обиды и наивности, как она вообще могла подумать, что сбежать из дома одной – это самый лучший выход из возникших проблем? Оставалось надеяться, что обещанное вознаграждение затмит им глаза и мужчины доставят девушку домой целой и невредимой.

– Я все же больше согласен с ним, чем с тобой, стоит развернуться и отправить девчонку домой. Мы же запросто могли ошибиться, и это вовсе не она, тогда мы просто потратим время, таская ее за собой, – этот голос Миаленика слышала впервые, сглотнув ком в горле, она постаралась замереть так, чтобы не привлекать к себе внимания.

– Ты сам себе противоречишь, представь, что будет если ты окажешься прав, и это не она, следовательно, мы потеряем и выкуп, и не успеем на ярмарку, упустив выгоду еще и там. Полное безрассудство, – чем чаще они говорили про ярмарку, тем больше ей хотелось узнать, что именно они намереваются на ней делать, и как получать прибыль. Ведь на торговцев или крестьян похожа троица не была вообще ничем, как впрочем, и на разбойников. Все это очень плохо, ее судьба зависела от того в какую сторону они отправятся, и развяжут ли пленницу когда-нибудь.

– Да не переживайте вы, это точно она, глядите, что я у нее нашел, это их символ, рода Кленских, значит мы не ошиблись. Однако, я не хочу пропустить ярмарку ради этой девчонки, и если вы двое будете за ней хорошенько присматривать и не упустите из виду, то все сложится куда лучше и мы получим сразу все. Тем более, что за одну эту штучку на ярмарке дадут половину ее выкупа. Собирайтесь, пора продолжить путь, – сказанная фраза явно принадлежала их главарю, и сейчас она поняла, что человек в харчевне, что сидел лицом к двери – им и являлся. Прикусив губу, догадавшись, что речь шла о фибуле, беглянка с трудом сдержалась, чтобы не зареветь. Теперь побег будет ей стоить самого дорогого что осталось от матери, и решиться на такой шаг слишком опасно и трудно. Скорее всего, они отобрали еще и деньги, а значит, она останется ни с чем на улицах чужого города или вовсе на проезжей дороге. Такого фантазия представить не могла, тем более, что предугадать заранее подобный поворот.

Очередная кочка под копытами лошади подкинула ее, и в очередной раз живот ударился о седло. Лежать в таком положении было жутко неудобно, тем более, что от нее не зависело вообще ничего, даже элементарно, свалится девушка с лошади или нет. Веревка очень сильно стягивала руки на запястьях, все тело затекло и ныло, требуя, чтобы ему дали свободу хоть на немного. Дальше так продолжаться не могло и пришлось дать им знать, что их пленница в сознании, и прекрасно все слышит. Кашлянув и пошевелившись, она принялась ждать реакции на свое пробуждение. Это произошло незамедлительно, лошадь мигом остановилась и с головы в сторону, отодвинулся край тряпок. Яркий свет резко ударил в глаза, ослепив буквально на секунду, но тут же склонившееся лицо скрыло собой солнце, давая возможность снова их открыть. Два взгляда встретились, и ей не нужно еще доказательств того, что это и есть главарь.

– Наконец вы пришли в себя, прошу прощения за подобное обращение, миледи, но мы были вынуждены так с вами поступить, ведь иным способом не получится вернуть вас домой, – подтвердил он догадку, съехав с дороги и спрыгнув с седла. Наблюдая за тем, как мужчина привязывает лошадь к дереву, а его спутники неуверенно топчутся на обочине, Миаленика поняла, что дрожит от страха. Первым делом он освободил ее от тряпок и поставил на землю. Вот только онемевшие и затекшие ноги, словно ватные, подкосились и девушка чуть было не рухнула лицом вниз. Однако, вовремя подхватив пленницу, незнакомец усадил ее на то, чем некогда укрывал, – Давайте мы с вами договоримся, миледи, сейчас мы совершим путешествие, оно займет всего пару дней, и сразу после этого, мы вернем вас домой. Если вы не хотите продолжить путь в том же виде, в каком вы очнулись, да и провести так все время, которое мы потратим на дорогу, то вы будете вести себя смирно и тихо. Любые попытки побега будут вам очень дорого стоить, и потом вы не докажите, что это сделали именно мы, а не кто-то до нас. С вас покорность и тишина, с нас – сопровождение до дома, – заглядывая в ее глаза, он достал кинжал и взялся за узел, связывавший руки. В тех местах, где веревка касалась кожи, появились синяки. Выбора у наследницы не было. Ехать связанной совершенно не привлекало. Положительно кивнув в ответ, она облегченно потерла запястья сразу после того, как они были освобождены.

Словно проверяя можно ли доверять беглянке, главарь положил рядом с ней флягу с водой, а сам отошел к товарищам. Сделав несколько глотков, она попыталась прислушаться к ним, но ни единого слова не доносилось. Рассматривая их троих в полный рост, Миаленика сделала вывод, что изначально считала их намного старше. На вид всем было не больше тридцати, по довольно солидным доспехам, которых не было на них в харчевне, трудно принять их за простых грабителей или разбойников, что и так подтверждали манеры, с какими один обращался к ней. Черные волосы и серые глаза выдавали их, так сразу понятно, что они уроженцы совершенно другого края, скорее всего, столицы.

Наконец, мужчины прекратили тайное совещание, и один из них вернулся, протянул руку, помогая пленнице подняться на ноги. В этот раз устоять ей удалось, только вот покалывание так и не прошло, нужно было походить, размяться, но времени на это не было. Обхватив девушку за талию и посадив в седло так, словно она ничего не весила, главарь отвязал лошадь и запрыгнул следом. Свои вещи Миа заметила среди их собственных, но только на коне одного из объемных мужчин. Тронувшись, они выехали на дорогу и продолжили путь. Тогда она осознала, что всадник одной рукой придерживает ее на случай падения, что немного задевало самолюбие дочери герцога. Сидеть в седле она умела отлично и никогда из него не падала.

– Вы не представились, – неожиданно резко услышав собственный голос, девушка задрожала еще больше. Наверное, в ней проснулась та часть, которая умерла в момент бегства из дома. Не заметив того, что мужчина удивленно покосился на нее, Миаленика прикусила язык, надеясь больше ничего не сморозить.

– Вы, кстати, тоже, не смотря на то, что мы и так прекрасно вас знаем, – буркнул он в ответ, не собираясь выдавать своего имени, да и оно было совершенно ни к чему. С того момента беглянка не проронила ни слова в этой компании, если ее можно так назвать.

Останавливались они еще пару раз, вечером на ночлег и на обед в полдень следующего дня. Всю ночь главарь дежурил сам, возможно, опасаясь того, что его товарищи упустят момент побега пленницы или чего другого. Сейчас она понимала – он отличался от них и выправкой и манерами, уж не говоря о том, что мнение у него всегда было совершенно противоположное высказываемому остальными. Любопытство съедало ее заживо, но смелости спросить не было, да и раз он не назвал имени, то вряд ли открыл бы другие секреты. Все время, что она провела с ними, в голове рождался грандиозный план побега. Других вариантов не было, а это означало, что воплощать все в жизнь придется как раз на ярмарке, осталось только туда приехать. Сделали они это под вечер, когда солнце село за горизонт. Сперва она не поняла в чем дело, и почему троица не останавливается на ночлег, но тут стало заметно, что дорога резко уходит вниз, прямиком к раскинувшемуся в своеобразном углублении, похожем на кратер, городу. Спускаясь туда, можно отлично разглядеть крыши маленьких ухоженных домов, облепивших городскую стену, ворота которой пока открыты. Улицы внутри узкие и короткие, часто петляли, что идеально подходило для осуществления плана. Повсюду горели огни, освещая самые населенные места и скопления людей, которых даже в поздний час было довольно много.