Чтение онлайн

Здесь складывалась социальная основа народных движений XVII в., — между тем как окраска национальной борьбы, усвоенная ими, ведет свое начало прежде всего из отношений городских. Город был нервым очагом национальной борьбы, слившейся затем с массовым социальным движением крестьянства.

Подробнее; История Украини-Руси т. V, гл 3 (эволюция крестьянства), там же в гл. 5 — сельское управление, в т VT л 1 и 2 — экономические отношения.

XIII. ГОРОДА. РЕЛИГИОЗНО-НАЦИОНАЛЬНОЕ И КУЛЬТУРНОЕ ДВИЖЕНИЕ XVI—XVI! вв.

В жизни украинских городов влияние польских порядков выразилось в преобразовании их по типу саксонских общин «магдебурского права». Правда, начатки такой организации, в особенности по отношению к немецким колониям, мы встречаем в Галицко-волынском государстве еще перед польским завоеванием. Но только в эпоху польского господства начинается систематическое преобразование старых городских общин и основание новых по «Магдебургекому праву», — отчасти под влиянием общего увлечения этими немецкими формами, отчасти из политических видов, чтобы этим путем ввести в городское (и даже сельское) население украинских земель иноплеменные, приверженные к польскому господству колонии. В начале XV в. все более значительные города Галиции и целый ряд второстепенных городов, местечек и даже сел имели уже немецкое устройство. Затем, из тех же политических мотивов и под влиянием польских порядков, хотя и гораздо медленнее, оно распространяется также и в землях в. кн. Литовского: в начале XV в, в Побужье, в XV—XVI вв. на Волыни, а в землях Киевской и Брацлавской — главным образом уже после 1569 г.

Это преобразование по немецкому праву производило коренной переворот в жизни города. Старый украинский город (как вообще города в старом славянском быту) был тесно связан с землею; можно было сказать; город — это земля; он быль ядром, где более плотно группировались те же общественные клеточки, из которых состоял и организм земли. В Германии же городской быт организовался в форме иммунитета, исключения из общеземского строя и этот институт усвоился теперь украинским городам. Связь города с землею, с общим государственным устройством совершенно разрывалась этим городским иммунитетом; каждый город существовал сам по себе, как маленькое государство, даже без связи с другими городами.

Для самого города исключение его из общеземской организации приводило лишь к самыми печальным результатам. Обособленные, лишенные взаимной связи городские общины, за исключением нескольких наиболее сильных, попали в полную зависимость от старост или помещиков, и скоро от их независимости остался пустой звук. Таким же пустым звуком оказалось самоуправление, муниципальная свобода, так

как все, что оставалось свободным от вмешательства местной администрации (старост) или помещиков, оказывалось или во власти наследственного войта, или тесного кружка мещанских фамилий, державших в своих руках выборные должности. Выборные коллегии райцев (административный совет) и лавников (судебная коллегия) часто превращались в их руках в пожизненные, замкнутые корпорации. Наконец, отстраненные от участия в парламентарной жизни и законодательстве государства, подпав законодательной власти шляхетского сословия, города подвергаются целому ряду тягостных ограничений и оказываются в конце концов в таких условиях, которые делали вообще невозможным никакое экономическое развитие.

В результате, под влиянием этих условий города под польским режимом Украины постепенно хиреют и упадают, как и города коренной Польши1. Утрачивают свое значение культурных центров, нищают и отстают все более от современного прогресса экономической и культурной жизни и вместе с тем приобретают все более инородный характер. Уцелевшие жалкие остатки торговли и промысла попадают в руки Евреев, несмотря на все направленные против них запрещения и ограничения. Как элемент наиболее выносливый, умевший приспособиться к невозможным условиям этой городской жизни и обойти стеснительные условия разными кружными путями, они даже вытесняют прочие национальности, так что города и местечки занадной Украины получают и до сих пор сохраняют преобладающий еврейский характер. Это был один из ощутительнейших результатов прославленной «культурной миссии* Польши в украинских землях.

В особенно тяжелых условиях оказался при новых городских порядках туземный, украинский элемент. Не говоря уже, что при введении магдебургского права последнее часто становилось уделом только привилегированной колонии, составленной из Немцев и Поляков2, а туземное население лишалось гражданских прав и всякого участия в муниципальном управлении (так наз. «предмещаве»), — вообще магдебургское право оказалось весьма неблагоприятным для туземцев. Оно основано было на принципе вероисповедном: к участию в гражданской жизни и муниципальном управлении допускались исключительно христиане; а так как

1 Прежде всего в западной Украине, в городах Подиенровья дольше концентрировалась народная жизнь, и города на правом берегу Днепра получили свой позднейший характер уже после падения коэачества.

а Немцы, впрочем, вследствие религиозного единства с польским населением в конце концов, ополячивались, так что вопрос сводился собственно на отношения «Руси* и Поляков, оставляя в стороне Евреев и армянские общины некоторых городов.

160 0 ___ М.С, Грушевский

по средневековым понятиям христианином был только католик, то туземное, украинское население, как «схизматики», очень часто вовсе не допускалось к участию в городском управлении, к занятию выборных должностей к участию в цехах, т. е., говоря иными словами, лишалось права заниматься ремеслами и торговлею, или было стесняемо разными ограничениями. Встречаются даже по отношению к украинскому населению наравне с Евреями запрещения права жительства вне дозволенных кварталов, нубличного отправления православного богослужения и церковных церемоний.

Конечно, с этими ограничениями украинское население старалось бороться и собственными силами, и с немощью правительства, которое, впрочем, вполне сознательно стремилось и само к тому, чтобы дать Полякам и католикам в городах возможно благоприятные условия и перевес. В результате город становится очагом сознательной и организованной национальной борьбы. В тесных городских стенах, при постоянных спошениях и совместной жизни с привилегированными притеснителями, подвижной и сравнительно интеллигентный мещанский элемент особенно живо чувствует национальное неравенство, национальный гнет, а привычка к организации, к самоуправлению, которую давала городская жизнь и национальной организации. Таким образом из мещанских общин выходят первые кадры борцов за права украинской народности

Обстоятельства сложились так, что борьба эта, вне чисто сословных и местных интересов и стремлений, отливалась прежде всего в религиозную форму. Это было отчасти следствием того, что и неравенство в мещанских правах основывалась на религиозном различии; отчасти сказывалось здесь обстоятельство, что национальное различие Руси и Польши, совпадая с различием религиозным, вообще подменивалось этим последним, так что споры и борьба национальная понимались как борьба религиозная — более понятная для массы, благодаря более определенным своим признакам.

Местные религиозные отношения давали много поводов для национального обострения. С переходом западных украинских земель под власть Польши, а в центральных — с переходом в католичество Ягайла и новой политикой литовского правительства, православная церковь, привыкшая к роли церкви господствующей, государственной, переходит в положение церкви только терпимой, а позицию государственную, господствующую занимает церковь католическая, По первоначальному плану римской курии и польского правительства, католическая церковь собственно должна была совершенно вытеснить и заменить православную: последняя должна была вовсе прекратить свое существование, после того как православные кафедры будут замещены католическими епископами. Но осу-