Чтение онлайн

Я хмыкнул.

— А у меня как раз всё наоборот, — продолжил я.

— Что тебе мешает? — поинтересовался Виталий.

— Не знаю, — протянул я.

— Тебя пугает её инициатива? — Как всегда, бил в точку мой боевой товарищ. — Если да, то не беда. Это нормально, кто-то же в отношениях должен быть инициатором соревнования . . .

— Какого ещё соревнования? — с удивлением спросил я.

— За то, кто доминирует.

Я снова хмыкнул.

— Если женишься, то ты в любом случае не будешь в проигрыше, — продолжал урезонивать меня Виталий. — Если попадётся хорошая жена, будешь счастливым, если плохая — станешь философом.

— М-да, не знаю что лучше, — протянул я.

Я вспомнил глаза Марины там на площадке. Нехотя мне пришлось признать, что вопрос был почти решён и другого выхода у меня всё равно, вероятно, не будет. Ладно, отложим все вопросы до возвращения.

— Кроме регулярности, как отношения-то? — Не давая перевести тему в другое русло, продолжал наседать я с вопросом.

— По разному, — теперь уже серьёзно ответил Виталий. Он помолчал с пол-минуты.

— Знаешь, порой мне кажется, что она устала от моих командировок, а иногда я вижу, что она только и ждёт, когда я уеду. Слишком много времени я нахожусь вне семьи, привыкла она без меня. Чёрт разберёт!

— Вот и я о том же. Ну, женюсь, а дальше что?

— Станешь философом.

— А оно мне надо? Я и так уже в философии жизни по уши, — не унимался я.

— Что ты хочешь услышать?

Я посмотрел на него. Мой друг был совершенно серьёзен. У него и самого не всё было гладко в семейной жизни. Как он мог дать мне готовый ответ? Нет, здесь самому надо искать. Нет готовых ответов на все случаи жизни.

И угораздило же меня вляпаться в эту ситуацию! Ведь знал же, что развивая отношения с Мариной, рискую попасть от неё в эмоциональную зависимость.

Это суровая правда жизни. Мужчины, в большинстве случаев, попадают в такую зависимость от женщин, чем те успешно и пользуются. Мне до сих пор удавалось избегать этой западни с другими женщинами. Может потому, что хорошо знал, что меня может ожидать. Теперь вот вляпался. Старею, становлюсь мягче?

Я сосредоточился на дороге. Виталий покопался в бардачке, достал диск "Хиты 90-х" и вставил его в проигрыватель. Из динамиков послышалась песня "Ля Буж" "Ты не забудешь меня". Мы слушали песню. Потом Виталий нарушил молчание.

— Знаешь, учёные скрестили сторожевую немецкую овчарку с кроликом. Теперь пограничная собака не только настигает нарушителя, но и наказывает его.

Я расхохотался, представив себе картину задержания нарушителя границы.

— А, вот ещё была история. Один мужик работает на крыше высотного здания. Подходит к нему Вовочка и спрашивает: "Дяденька, можно я с крыши прыгну?" Мужик отвечает: "Можно, но только один разок."

Виталий продолжал сыпать анекдотами. Я смеялся, даже если слышал некоторые из них раньше.

Через четверть часа после пересечения границы с Россией, я заехал в небольшую рощицу сменить номера у машины на московские. Так проще, меньше вопросов и меньше внимания. Автомобили с иностранными номерами всегда привлекают к себе внимание. В России ехать на машине с белорусскими номерами, означает держать большой транспарант с надписью: "Остановите меня! Братка из Беларуси очень хочет поделиться своими денежными средствами!"

Наша цель — всё шито-крыто. У нас при себе даже были дежурные удостоверения сотрудников московского угрозыска. Так, на всякий случай, а случаи, как всем известно, бывают разные. Такие удостоверения положительно влияют на переговоры с доблестными сотрудниками дорожной милиции. С другими представителями власти и альтернативных структур, удостоверения тоже помогали найти общий язык.

Документы были подлинными, так что, если что, прицепиться было бы не к чему. А почему работники Московского Уголовного Розыска оказались здесь, можно было и не объяснять — служебная тайна. Вблизи Москвы вопрос вообще не мог возникнуть.

База наша, куда мы и держали путь, была совсем уж недалеко от златоглавой.

Стемнело. Мы въехали в неприметные зелёные ворота, неожиданно появившиеся в высоком деревянном заборе такого же экологически чистого цвета, гармонировавшего с окружающей природой, цвета несбывшейся надежды, как сказали когда-то классики Ильф и Петров.

Сразу за забором в большом тамбуре-шлюзе перед другими, на этот раз железными, воротами у нас проверили наши удостоверения и дали нам проехать. Миновав вторые ворота, машина тихо покатилась по аккуратной асфальтовой дороге, петляя между деревьями. Мы подъехали к центральному, с колоннами, входу в двухэтажное здание. Всё очень походило на какой-то дом отдыха. Может, таковым он когда-то и являлся. Я припарковал машину в стороне от входа. Окна здания оставались тёмными.

Мы вошли в двери. В небольшом фойе за столом при мягком жёлтом свете сидел знакомый мне седоватый вахтёр. Всё было обычно, включая самого вахтёра, и его внимательные глаза. Это были холодные неулыбающиеся глаза немало повидавшего на своём веку человека. Естественно, других вахтёров здесь быть не могло. Все вахтёры здесь были многоопытными бойцами Спецназа, прошедшими огни и воды и ещё много чего.

Мужчина молча кивнул нам, и мы вошли в коридор. После недолгого путешествия, мы остановились перед дверью под номером семнадцать, постучавшись и услышав разрешение, вошли.

За столом сидел полковник Александр Викторович Галицкий, он же Князь, наш непосредственный начальник. Мы доложились о прибытии. Виталий повернулся, получив разрешение, и, взяв у меня ключи от машины, вышел. Полковник кивнул и, не тратя времени на вступления, сразу перешёл к делу.

— Предстоит ответственная работа. Мы выходим на новый уровень — межпланетный.

— Спасибо, — сухо поблагодарил я. — Всегда мечтал быть космонавтом, но выходить в открытый космос без скафандра не буду.

— До этого не дойдёт, я думаю, — хмыкнув, отозвался Викторович. — Тут светила науки нашли способ скакать по мирам, не выходя в космос вообще. Опусти брови и слушай сюда. Твои старые знакомые с юга не просто исчезли тогда. Произошёл несчастный случай вследствие проведения одного научного эксперимента. В результате этого открылось окно, но не в Европу, а совсем в другое место, которое совсем не рифмуется с Европой. Каким-то образом образовался проход в другой мир, параллельный, если хочешь, и по этому туннелю боевики быстренько нырнули туда. Окно захлопнулось. Сильный электромагнитный импульс, сопровождавший весь процесс, вывел из строя всю вашу аппаратуру. Всё, конец первой познавательной части марлезонского балета.

— Часть вторая, лирически-драматичная, — продолжал Галицкий. — Боевики на удивление быстро сориентировались в обстановке, захватили заложников и заставили на себя работать часть местного населения. Основной профиль этого хозяйства — производство героина. Часть третья, отвратительно-трагическая. Они нашли специалиста по открыванию окон и доставляют свой товар нам, тут же исчезая опять. Часть четвёртая, торжественная. Появляется главный герой, неотразимый красавец на белом верблюде, проникает в мир к злодеям, освобождает заложников, закрывает производство и побеждает вышеозначенных злодеев. Главный герой — это ты сотоварищи. Часть пятая заключительная. Все выходят на сцену, кланяются, летят цветы. Впрочем, пятую часть можно опустить.