Чтение онлайн

Заботой военных и гражданских властей с 1874 г. стало также устройство государственного ополчения, предусмотренного Уставом о воинской повинности и закрепленного Положением о государственном ополчении от 30 октября 1876 г. Оно должно было формироваться при «чрезвычайных обстоятельствах военного времени» как из отслуживших в армии и/или в запасе, так и из тех, кто был освобожден от такой службы в соответствии с установленными льготами. Призыву в ополчение подлежали лица, не достигшие 40-летнего возраста, но не воспрещалось добровольное вступление в ополчение и сверх этого возраста. Ополченцы, именовавшиеся также ратниками, делились на два разряда: в первом, предназначенном для направления в особые ополченские части, а в случае необходимости – и для пополнения действующих войск, состояли младшие 4 возраста (то есть лица, зачисленные в ополчение при последних четырех призывах новобранцев), а во втором, отправляемом только в состав ополченских частей, которые применялись только для охраны тыла или как рабочая сила, пребывали все остальные возрасты.

Заботы по учету ополченцев возлагались на уездных воинских начальников, сбор ополчений (дружин, сотен, команд) осуществлялся в губернских и областных центрах под руководством губернских и областных присутствий по воинской повинности под наблюдением начальника местных войск военного округа. В годы Русско-турецкой войны установленная организация мобилизации ратников ополчения прошла свою первую проверку.

В 1870-х годах произошли определенные изменения территориальных границ некоторых военных округов. По преимуществу из военно-политических соображений в 1875 г. к Петербургскому военному округу присоединена Сувалкская губерния, переданная из Царства Польского Варшавским округом. Результатом продвижения и закрепления русских войск в Средней Азии стало включение в состав Туркестанского военного округа в 1873 г. Амударьинского отдела, а в 1876 г. – Ферганской области. В 1874 г. на восточном берегу Каспийского моря был создан Закаспийский военный отдел (с центром в Красноводске), подчиненный по военно-народному управлению главнокомандующему Кавказской армией. В связи с территориальными приобретениями России по итогам Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. в состав Кавказского военного округа в 1878 г. включены Карская и Батумская области, а в Одесский – часть Бессарабии.

Проводившиеся в военных округах в течение 1870-х гг. организационные мероприятия дополнялись усилиями центрального и местных военных управлений по улучшению вооружения войск, комплектования их офицерским составом, заботами о повышении уровня боевой подготовки личного состава. Кроме того, повседневного внимания военно-окружных управлений требовали служба войск, их материальное и военно-медицинское обеспечение, квартирное довольствие.

Развитие в России промышленного производства при всем его научно-техническом отставании от ведущих европейских стран создавало предпосылки для обеспечения армии более современным оружием. В 1870-х гг. фактически был завершен переход от гладкоствольного дульнозарядного стрелкового и артиллерийского оружия к нарезному казнозарядному.

К весне 1871 г. все пехотные дивизии в военных округах Европейской России, а также драгунские полки, саперные бригады и 70 резервных батальонов имели на вооружении нарезные винтовки системы Крнка (с металлическим патроном), как переделанные из дульнозарядных той же системы, так и заново изготовленные [244] . Войска Кавказского округа были оснащены переделанными игольчатыми винтовками Карле (с унитарным бумажным патроном). У стрелковых батальонов основным оружием были малокалиберные нарезные винтовки системы Бердана № 1. Но к этому времени уже состояла на вооружении малокалиберная винтовка Бердана № 2, превосходившая по своим качествам все другие ружья, и с 1872 г. она стала поступать в войска округов Европейской России. Это дало возможность начать снабжение ружьями Крнка линейных батальонов Туркестанского, Западно-Сибирского и Восточно-Сибирского округов.

Массовое производство Тульским, Сестрорецким и Ижевским оружейными заводами усовершенствованных малокалиберных винтовок в больших количествах началось лишь с 1874 г. В этом году это стрелковое оружие получили 1-я и 2-я гвардейские и Кавказская гренадерская дивизии, а в 1875 г. – все пехотные дивизии Варшавского округа и по одной пехотной дивизии в Петербургском, Московском и Кавказском округах. К 1877 г. удалось направить в воинские части новые малокалиберные винтовки общим количеством 250 тыс. К этому времени стрелковое оружие распределялось следующим образом: из 48 пехотных дивизий 27 были оснащены винтовками Крнка, 16 – винтовками Бердана № 2, 5 кавказских дивизий – винтовками Карле, линейные батальоны сибирских и Туркестанского округов – теми же винтовками и частично ружьями Крнка, стрелковые батальоны – винтовками Бердана № I [245] . Таким образом, к 1877 г. лишь около трети всей пехоты было вооружено малокалиберными винтовками (271 тыс. единиц), а основная ее часть продолжала иметь на вооружении ружья системы Крнка (572,7 тыс.). К 1881 г. малокалиберных пехотных винтовок насчитывалось в войсках уже 1 524 847 единиц, а число пехотных ружей Крнка уменьшилось до 25 8 8 42 [246] .

Постепенно осуществлялось перевооружение кавалерии. Гусарские и уланские полки с 1875 г. начали получать малокалиберные кавалерийские карабины, а казачьи полки – малокалиберные казачьи винтовки. Драгунских винтовок малого калибра к 1877 г. было произведено лишь 2352 единицы, и поэтому в драгунских полках преобладали винтовки системы Крнка [247] .

В пешей артиллерии при расширении состава артиллерийских бригад с четырех (на Кавказе – с трех) до шести батарей новые батареи вооружались 4-фунтовыми пушками (на Кавказе шестые батареи – горными орудиями). К 1877 г. все артиллерийские бригады, за исключением Казанского и Кавказского округов, были оснащены 6-ствольными картечницами: каждая четвертая батарея имела по 8 таких скорострельных орудийных установок. С 1874 г. началось оснащение артиллерии 4-колесными зарядными ящиками (вместо 2-колесных), что давало увеличение боекомплектов и повышение подвижности артиллерийских батарей и парков. В конце 1870-х годов с учетом опыта войны с Турцией проводилось оснащение пешей артиллерии новыми дальнобойными орудиями (батарейными и легкими), а конной артиллерии – конными пушками.

Осадная артиллерия в 1870-х гг. имела на вооружении 24-фунтовые стальные пушки и 8-дюймовые стальные мортиры, но недоставало осадных парков, рассчитанных на длительные действия у современной крепости. К 1877 г. их было создано лишь два (с дислокацией в Варшавском и Киевском округах), имелся также полупарк на Кавказе (позже развернут в парк). Они были укомплектованы орудиями недостаточно, что пришлось исправлять в ходе Русско-турецкой войны.

Из-за недостатка денежных средств и большего внимания к полевым войскам медленно развивалось артиллерийское вооружение крепостей. К 1876 г. всего недоставало 33 % крепостных орудий, положенных по штату, в несколько лучшем положении находились Кронштадт и другие крепости, отнесенные к 1-му классу (Брест-Литовск и Новогеоргиевск в Варшавском округе, Керчь в Одесском, Александрополь в Кавказском). К 1880 г. этот некомплект удалось в основном преодолеть, но в составе крепостной артиллерии до 48 % по-прежнему составляли гладкоствольные нарезные орудия [248] .

В 1870-х гг. была развернута сеть военно-окружных арсеналов и лабораторий, производивших ремонт оружия и опыты по его усовершенствованию. В 1875 г. созданы окружные артиллерийские склады в 12 военных округах; в 1879 г. к ним прибавился склад в Западно-Сибирском округе (в Омске), а в Туркестанском округе функцию склада выполнял окружной арсенал.

Важное значение для войск военных округов имело их комплектование офицерскими кадрами. Оно осуществлялось из нескольких источников. Офицеры батальонного и полкового звеньев поступали в войска из военных училищ, а также из специальных (старших) классов Пажеского и Финляндского кадетского корпусов. Эти военно-учебные заведения имели центральное подчинение и направляли своих выпускников в части по разнарядке Главного штаба, которая составлялась с учетом представлений (заявок) окружных штабов. В их распределении участвовало и Главное управление военно-учебных заведений, а также (по своим подведомственным училищам) Главные артиллерийское, инженерное и военно-судное управления [249] , получавшие необходимые для этого сведения от соответствующих отделов окружных управлений. В первую очередь Главным штабом учитывались запросы гвардейских частей, куда направлялись окончившие Пажеский и Финляндский корпуса и лучшие выпускники военных училищ, а также потребности в офицерах западных приграничных округов.

В подготовке офицеров для взводного и ротного звеньев строевого управления определяющую роль играли юнкерские училища, которых к 1871 г. насчитывалось 16. За исключением Новочеркасского казачьего юнкерского училища, все остальные были окружного подчинения и лишь по учебной части являлись подконтрольными Главному управлению военно-учебных заведений. В течение 1870-х гг. в составе юнкерских училищ произошли следующие изменения: в 1872 г. образовано Иркутское училище смешанного состава (для пехотных и казачьих юнкеров), в 1878-м Оренбургское и Ставропольское училища преобразованы в сугубо казачьи, в 1879 г. из-за недостаточного числа обучающихся было закрыто Гельсингфорсское училище; а с 1876 г. при юнкерских училищах открыты приготовительные классы, дополнившие по своему предназначению (подготовка к поступлению) уже существовавшие военные прогимназии. К 1881 г. своих юнкерских училищ не имели лишь Финляндский, Западно-Сибирский и Туркестанский военные округа.

Штатный численный состав юнкерских училищ за период с 1871 по 1879 г. возрос с 3270 мест до 4500, в том числе пехотных юнкеров – с 2670 до 3380, кавалерийских – с 270 до 450, казачьих – с 330 до 670 [250] . Окончившие училища, как правило, возвращались в те части, откуда они были направлены. Выпускники делились на два разряда: окончившие по первому разряду производились в офицеры, а по второму – получали звание портупей-юнкеров и представлялись к офицерскому чину своим войсковым начальством после прохождения испытательного срока и при наличии вакансий.

Военно-учебные заведения обеспечивали потребности военных округов в офицерах далеко не полностью (так, в 1871 г. по списочному составу в войсках их недоставало 1042 человек, или около 4 % [251] ). Поэтому в качестве еще одного источника пополнения офицерского состава весьма активно использовалось производство в офицеры нижних чинов из числа вольноопределяющихся, имевших высшее или среднее образование, а также из унтер-офицеров при условии наличия у них определенной выслуги лет. Но в обоих случаях от этих лиц требовалось сдать экзамен по программе юнкерского училища. В период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. в связи с возрастанием некомплекта офицеров допускалось исключение из этого правила: разрешалось, в частности, производство в офицеры нижних чинов за военные отличия, без сдачи экзамена. Однако в военное время преимущественно использовался другой источник пополнения командных кадров – возвращение на службу отставных офицеров.