ЖАНРЫ

История воздухоплавания и авиации в России (июль 1914 г. - октябрь 1917 г.)
Шрифт:

Нагрузка на несущие поверхности проектируемой машины составляла 36 кг на 1 м2. Проектный вес аппарата, приходящийся на 1 л. с. (7 кг), был довольно большим, что должно было повлиять на снижение качества самолета, в частности, на его и без того незначительную скороподъемность. Зная общую площадь несущих поверхностей (276 м2) и ширину крыла (3,5 м), можно считать, что размах крыльев аппарата Ижорского завода составлял около 39,5 м. Для второго варианта машины, предложенного профессором Фан дер Флитом, размах крыльев был 37,5 м. Такой размах крыльев при принятой их ширине можно считать хорошо выбранным, так как индуктивное сопротивление крыла при нем будет небольшим. Удлинение крыла в первом случае получается около 11. Общее аэродинамическое качество самолета, по-видимому, не превышало 10.

Этот самолет по своим данным представлял, несомненно, большой интерес. Технический комитет, выслушав профессора Фан дер Флита, принял следующее решение: "1) С технической точки зрения большой аэроплан по проекту Ижорского завода заслуживает осуществления. 2) При даче заводу заказа следовало бы обратить его внимание на желательность увеличения площади несущих поверхностей, на увеличение расстояния между ними, на необходимость представления расчетов органов управления и устойчивости аэроплана на рассмотрение управления".

Конструкторы завода внесли необходимые изменения в проект и выполнили все остальные требования. Однако Управление военно-воздушного флота по установившейся бюрократической традиции не спешило с оформлением заказа, задерживая тем самым финансирование завода. Генерал-майор Пневский от имени УВВФ требовал, чтобы завод в специальном контракте гарантировал определенные данные самолета. Начальник завода, считая "постройку аппарата опытной, производящейся для нужд армии", отказывался дать такие гарантии. Завод ссылался на тот факт, что для завершения постройки придется испробовать целый ряд конструктивных новшеств, никогда ранее не применявшихся. В частности, указывалось на трудности расположения двигателей, устройства органов управления, "которые примут совершенно особый характер для аппарата весом 10 т". [171]

171

ЦГВИА, ф. 493, оп. 4, д. 571, л. 9.

После длительных переговоров технический комитет УВВФ решил считать постройку самолета опытной и сформулировал следующие пожелания по этому вопросу: "1) желательность осуществления проектируемого заводом аэроплана, 2) необходимость представления в управление аэродинамических расчетов аппарата, 3) желательность окончания постройки указанного аэроплана не позже осени 1917 г. и 4) допустимость не требовать от завода гарантий, касающихся летательных качеств аппарата ввиду доверия, которого заслуживает этот завод". [172]

172

ЦГВИА, ф. 369, оо. 8, д. 75. л. 10–12.

Свои соображения о строительстве нового самолета Управление ВВФ представило на рассмотрение в Комиссию по авиационным вопросам при Особом совещании по обороне государства. 26 сентября 1916 г. эта комиссия приступила к рассмотрению вопроса о заказе Ижорскому судостроительному заводу самолета его системы. В своем постановлении она прежде всего констатировала, что завод приступил к конструированию самолета, "который по своим размерам, мощности двигателей и летательным качествам должен превзойти все существующие системы аэропланов". Комиссия подчеркнула, что такой аппарат превзойдет "Илью Муромца" как по грузоподъемности, так и по скорости и продолжительности полета. Однако все эти признания не помешали комиссии поставить вопрос о "целесообразности и пользе настоящего заказа".

Три влиятельных члена Особого совещания по обороне государства А. М. Гучков, князь А. П Лобанов-Ростовский и Н. Н. Львов воспротивились постройке самолета. Доводами служили отдаленность срока изготовления и неопытность конструкторов Ижор-ского завода в авиационном отношении. В то же время эти члены комиссии предлагали строить на Ижорском заводе самолеты типа "Илья Муромец". Возможно, что такая точка зрения вытекала из личной заинтересованности некоторых членов комиссии, тесно связанных с правлением Русско-Балтийского вагонного завода, строившего "Муромцы". С другой стороны, председатель комиссии В. Гурко и пять ее членов (В. А. Маклаков, П. В. Пнев-ский, А. 3. Приселков, П. В. Тарусин и Д. Б. Яковлев) считали возможным приступить к постройке самолета на Ижорском заводе. Они утверждали: "Опыт настоящей войны с несомненностью доказал пользу больших аппаратов; не только наши союзники, но и неприятель за последнее время обращают свое внимание на конструкцию больших аэропланов". [173] Указывалось и на то, что Ижорский завод работает над освоением двигателей "Мерседес" и его оборудование не позволяет строить армейские и корпусные самолеты. На освоение "Муромцев" уйдет не менее 18 месяцев. Отмечалось, что "продолжительность войны никому не известна; нельзя рассчитывать на быстрое ее окончание". Большинством голосов комиссия решила выдать Ижорскому заводу заказ на постройку большого самолета.

173

ЦГВИА, ф. 369, оп. 8, д. 75, л. 10–12.

Постройка самолета сопровождалась огромными трудностями, и он не был построен ни к осени, ни к концу 1917 г. К этому времени его готовность определялась приблизительно в 50 %. Лонжероны главной коробки крыльев (центроплан) были почти полностью собраны и отделаны. Фюзеляж закончен сборкой и подготовлен к испытанию на прочность. Нервюры крыльев готовы, рули высоты и поворотов также в основном закончены. Были заготовлены все необходимые материалы для обшивки фюзеляжа и рулей. Подмоторные рамы готовы на 30 %, шасси на резиновых шинах — на 50 %. "Проба колеса нагрузкой была произведена — окончилась неудачей, были сделаны изменения в колесе, и теперь необходимо опять произвести пробу", — писал начальник завода. Воздушные винты находились в производстве, бензобаки имелись налицо. Самолетостроители не приступали к изготовлению приспособлений для управления двигателями и рулями. Обтяжка крыльев, рулей, гондолы, окраска не начинались. Завод израсходовал 218 825 руб., на окончательное изготовление самолета требовалось еще 250–300 тыс. руб. [174] , т. е. стоимость его постройки втрое превышала предварительно начисленную. Достроить этот самолет так и не удалось.

174

ЦГВИА, ф. 493, оп. 10, д. 599, л. 22.

Самолеты В. Н. Перловского, А. А. Безобразова, В. Ф. Савельева. На усовершенствование многомоторных летательных аппаратов было направлено предложение В. Н. Перловского, сводившееся к изменению установочного угла атаки несущих поверхностей. Изобретатель приехал в июне 1915 г. в Ровно, где находилась ставка верховного главнокомандующего. Там его выслушали и направили в Главное военно-техническое управление с письмом, в котором говорилось: "Указанный изобретатель изложил свою идею изобретения, которая, хотя оказалась и не новой, но заслуживает внимания, как несомненно дающая много преимуществ и особо важная при конструкции больших многомоторных аэропланов…" [175] . Предложение В. Н. Перловского не было использовано, однако оно свидетельствует об интересе, который проявляли представители русской интеллигенции к развитию и судьбе многомоторной авиации.

175

ЦГВИА, ф. 2008, оп. 3, д. 425, л. 4.

Прапорщику А. А. Безобразову удалось построить и испытать удачно летавший триплан. Московский губернатор Муравьев 7 октября 1914 г. телеграфировал заведующему авиации в армии: "Сегодня было Москве первое испытание нового летательного аппарата тримоноплана прапорщика Александра Александровича Безобразова, удачный полет сразу по окончании постройки без предварительных проб". Губернатор утверждал, что Безобразов может быстро устроить большую мастерскую для исполнения заказов как на свой тип, так и на любой системе. А. А. Безобразов не получил от военного ведомства необходимых средств и заказов на аппарат своей системы. В одном из пробных полетов его "тримоноплан" был разбит, и дальнейшие опыты приостановились.

В. Ф. Савельев был одним из основателей Петербургского товарищества воздухоплавания, участвовал в постройке первых опытных самолетов "ПТА" и "ЧУР". В 1912 г. в составе русского добровольческого отряда участвовал в Балканской войне на стороне сербов.

В начале первой мировой войны Савельев приступил к постройке оригинального самолета-четырехплана. Конструктор исходил из теории английского ученого Ланчестера, что при увеличении размеров самолета площадь увеличивается пропорционально квадрату, а вес — пропорционально кубу. Он надеялся увеличить грузоподъемность самолета увеличением числа несущих плоскостей. Был разработан проект. С целью проверки на практике правильности своих выводов В. Ф. Савельев построил для начала небольшой четырехплан. Крылья располагались ступенчато с выносом переднего плана вперед, расстояние между планами было 0,5 м, размах верхнего крыла 8 м, удлинение крыльев составляло около 8. Обтянутые полотном крылья были связаны между собой вертикальными стойками и расчалками. Нижнее крыло с помощью лонжеронов примыкало к задней стойке шасси. Следующее крыло примыкало к средней части фюзеляжа. Третье и четвертое крыло располагались над фюзеляжем. Элероны имелись на верхнем и втором крыле. Фюзеляж из четырех лонжеронов рамного типа был выполнен из фанеры. Оперение состояло из вертикального киля с руля поворота и неподвижного стабилизатора с рулем глубины. Шасси — двухстоечного типа с парой колес. Двигатель — "Клерже" мощностью 80 л. с. Полетный вес четырехплана 1070 кг. Машина двухместная, летчик и наблюдатель располагались друг за другом.

Самолет испытывался в полете летчиком В. А. Юнгмейстером в Смоленске при 2-м авиационном парке. Четырехплан совершал удачные полеты. Грузоподъемность его составила 330 кг (самолет "Вуазен", имея двигатель 140 л. с., обладал примерно такой же грузоподъемностью), скорость — 127 км/ч. Это достигалось за счет его хорошей аэродинамической формы, отсутствия выступающих частей, меньшего числа расчалок. После испытания было принято решение поставить на аппарат более мощный двигатель "Моносупап" мощностью 100 л. с. С ним самолет показал скорость 140 км/ч. Машина была сильно вооружена: на ней стояло три пулемета — два стреляли вперед, через второе крыло, один — назад. Самолет такого типа нес боевую службу в 4-м дивизионе, на нем летал командир дивизиона В. А. Юнгмейстер. В 1917 г. Управление военно-воздушного флота приобрело четырехплан Савельева в казну и выдало ему заказ на 20 машин такого типа. В том же году в имении Рачинского в Смоленске началась постройка специального авиазавода, который должен был строить самолеты этого типа, но осуществить этого не удалось.

Поделиться с друзьями: