Чтение онлайн

Рис. Зенобия.

Пальмирские войска заняли тогда Египет и большую Часть Малой Азии. Влияние Зенобии достигло даже Боспора. На короткое время власть Пальмиры выросла до того всемирно-исторического масштаба, как до этого у Карфагена, а позже Венеции. Однако город дорого заплатил за то, что не захотел действовать по римским указаниям, более того — осмелился создать на Ближнем Востоке самостоятельную сферу власти. Как только у римской центральной власти освободились руки и как только Аврелиан (270—275 гг. н.э.), способный воин, смог настоять на римских требованиях, Пальмирская Империя рухнула так же быстро, как и была образована. Как только Зенобия и Вабаллаф не смогли больше опираться на римский авторитет, египетские, сирийские и малоазиатские города не пожелали признавать главенство Пальмиры. Традиционное многообразие политических и культурных сил помешало принять региональную власть.

В двух походах 271 и 272 гг. н.э. Аврелиан в тяжелых битвах победил восставших. О последних годах жизни Зенобии исторические сведения очень противоречивы. По сведениям «Истории Августов», ее вели в золотых цепях в большом триумфе Аврелиана в 274 г.н.э., и она в конце концов умерла в ссылке в Италии. Разоренная войсками Аврелиана Пальмира не оправилась от понесенных потерь. Характерные для нее надгробные башни и подземные склепы богатых семей ограничиваются этим временем. Выжил ли вообще старый ведущий слой, больше не имело значения.

Абуль-Феда, арабский историк и географ 14 в., сообщал о Пальмире следующее: «Тадмор (Пальмира) — маленький город в провинции Эмеза... Там находятся великолепные памятники, принадлежащие великому прошлому. Рассказывают, что город основала женщина и что она пленницей умерла в Риме». Полностью разрушенный землетрясением город был неизвестен в Европе до 17 в. Только английские купцы из Алеппо обнаружили его к концу 17 в., и только с начала нашего столетия было начато систематическое археологическое исследование, прежде всего английскими и польскими учеными. Пальмира снова вернулась для науки и туристов.

Валериан оставил своему сыну и соправителю отнюдь не мирную часть Империи. В 4 в.н.э. Аврелий Виктор так описывает ту ситуацию: «Готы, не найдя сопротивления, продвинулись до Фракии, заняли Македонию, Ахаю и соседние районы Азии, парфяне — Месопотамию, Восток был в руках разбойников или под властью женщины (Зенобии). Власть аламаннов распространилась на Италию, франкские племена разорили Галлию и прочно осели в Испании, где они опустошили город Таррако (Тарагона) и почти полностью разграбили; часть из них на кораблях, которые они захватили, прошла до Африки; было потеряно все, что Траян завоевал по ту сторону Дуная. Как бурей, бушующей на всем земном шаре, было опрокинуто все, малое и большое, низшее и высшее. К тому же в Риме началась чума» («О Цезарях», 33, 3).

Какими бы хаотичными ни были события в пятидесятых годах, кризис достиг кульминации в 260 г.н.э.. в год пленения Валерина. Этой катастрофой был подорван также и престиж Галлиена. Как грибы, вырастали теперь антиимператоры; эпоха тридцати тиранов, как называет ее «История Августов», достигла своего зенита. Как это всегда случается при узурпациях, во всей Империи царила полная анархия.

В дунайских областях в 260 г.н.э. императором был провозглашен Ингенуй, наместник Паннонии, который быстро склонил на свою сторону Мезию. Но прежде чем он сумел консолидировать свою власть, кавалерийский корпус Галлиена под командованием Авреола разбил соединения Ингенуя у Мурсы в нижнем течении реки Драу. Но едва здесь было потушено пламя восстания, как оно разгорелось снова в Верхней Паннонии. В Карнунте на щит был поднят Регалиан, выпустивший монеты в свою честь и в честь своей жены Дриантиллы, редкость которых свидетельствует о краткости его правления. Несколько недель спустя и эта узурпация потерпела крах.

Даже на рейнском фронте, на том театре военных действий, которому Галлиен уделял особое внимание, внезапно рухнула его власть. Чтобы стабилизировать положение, Галлиен еще в 257 г.н.э. перевел монетный двор из Виминация в Кёльн и вскоре после этого дал своему сыну Салонину номинальное командование, тогда как фактически обороной руководил лояльный полководец Сильван. Из-за вопроса, принадлежит ли добыча от победы над германцами разделенным войскам или главному командованию, возник конфликт между Сильваном и Салонином, с одной стороны, и между верхнегерманским наместником и полководцем Постумом, с другой. Постум окружил Кёльн, город сдался, Сильван и сын императора были убиты. Постум не замедлил установить галльскую отдельную Империю.

Рис. Галлиен.

В отличие от многочисленных локальных узурпаций, эта отдельная Империя во время своего существования, то есть полтора десятилетия, приняла на себя те же региональные оборонительные функции, какие выполняла Пальмирская Империя при Оденафе. Очевидно, что Постуму удалось привлечь на свою сторону различные социальные группы: долгое время эту власть поддерживало не только пограничное войско и его офицеры, но и региональный ведущий слой, богатое галльское дворянство, муниципальная аристократия, массы населения городов и сел.

Его власть в основном зависела от отражения германских набегов. Однако, хотя он и мобилизовал общие интересы и традиции региона, однозначно придерживался римских форм власти. Трир и Кёльн служили резиденциями и имели даже монетные дворы, художественное качество монет которых превосходило монету Галлиена. На лицевой стороне правитель был изображен в короне, а на обратной стороне довольно часто прославлялась победа над германцами, а император чествовался как спаситель Галлии. Авторитет Постума рос, со временем ему подчинились испанские провинции и Британия.

Так как у Галлиена сначала были связаны руки сражениями на Балканском полуострове и в Египте и Постум не посягал, на саму Италию, столкновения с галльской Империей начались только после 263 г.н.э. Они продолжались много лет и достигли высшей точки, когда командующий кавалерией Авреол в Милане открыто примкнул к Постуму и даже начал выпускать монеты в его честь. Во время осады Милана (268 г.н.э.) Галлиен стал жертвой заговора своих командиров, но Авреол тоже погиб после капитуляции города. Вскоре у Майнца был убит и Постум, после того как отдал на разграбление своим войскам отвоеванный у узурпатора Лелиана город.

За несколько лет пала, казалось, такая консолидированная галльская империя. Последним правителям Викториану (268—270 гг. н.э.) и Тетрику (270-273 гг. н.э.) их задачи были не по плечу. В решающем сражении при Шалоне Аврелиан подвел черту под региональными властными образованиями, причем галльская империя парадоксальным образом закончила существование из-за предательства своего императора Тетрика, который завершил жизнь в высокой гражданской должности администрации Италии — в должности наместника Лукании.

Галлиен не дожил до этого триумфа, как и до окончательной консолидации Империи. Когда он умер, итог его внешней политики был достаточно мрачным. Однако именно этот император в административной и военной политике принимал меры, которые были реалистичными и сохранились в будущем. Хотя он сам происходил из высшего общественного слоя, его правление принесло дальнейшее исключение сенаторов из руководства администрации и ведущих военных постов. До Галлиена легатами легионов были, как правило, сенаторы. В будущем место сенаторского легата легиона занял префект из всаднического сословия. И в провинциальной администрации сенаторы впоследствии не управляли теми провинциями, где стояли войска. Профессиональные солдаты, верхушка которых принадлежала к всадническому сословию, приобрели поэтому большое влияние.