Чтение онлайн

– Вот, – говорит она. – Шик-блеск.

Пока я открываю шампанское, Лайза надевает платье – короткое, синее, с фестонами на талии и россыпью павлиньих перьев на плече. Если кто-то и может позволить себе такое безумство в одежде, то это Лайза. Кроме того, платье подходит к ее волосам. Я улыбаюсь про себя, наливая нам по бокалу шампанского, пока она наносит на веки голубые блестки.

– За «Книжный сад», – говорю я, поднимая бокал. – Пусть живет и цветет.

– За лучших друзей, – говорит Милли.

– И за новые романы, – добавляет Лайза, подмигивая нам обеим. Мы чокаемся и берем сумочки.

Я бросаю на себя последний косой взгляд в зеркало. Собираясь в Лондон на неопределенный срок, я и не думала, что мне придется наряжаться, не говоря уже о том, чтобы пойти на второе свидание с мужчиной, сошедшим со страниц книги. К счастью, во время нашей первой экскурсии по Примроуз-Хилл Лайза показала мне небольшой бутик на нашей улице. Я не зря надеюсь, что мои коллеги – владельцы местного бизнеса поддержат «Книжный сад»: я ведь, в свою очередь, поддерживаю их. Перебрав несколько вариантов, я в конце концов остановилась на простом, но элегантном черном коктейльном платье с пояском на талии.

– Сюда нужно ожерелье, – говорит Лайза.

Я пожимаю плечами.

– Боюсь, на этом фронте у меня нет выбора.

– У твоей мамы была целая коллекция украшений, – говорит Милли. – Пойдем со мной.

Я следую за ней наверх: ясно, что она знает мамину квартиру как свои пять пальцев.

– Вот, – говорит она, указывая на огромную шкатулку с драгоценностями в спальне. Я заметила ее еще в день приезда, но почему-то так и не смогла себя заставить изучить содержимое.

Теперь я его вижу благодаря Милли. Я наблюдаю, как она открывает каждое отделение, тщательно осматривает каждую вещицу, пока наконец не находит нужное.

– Вот, – говорит она, застегивая у меня на шее массивное хрустальное ожерелье. – Платье чудесное, но нужно что-то необычное, чтобы оживить его.

Я дотрагиваюсь до ключицы и смотрюсь в зеркало. Мне бы в жизни не пришло в голову надеть что-то подобное, но Милли права: яркое цветовое пятно подчеркивает линию платья, так же как капелька лимонной цедры усиливает аромат блюда.

– А как тебе идет! – добавляет Лайза, стоя в дверях.

– Твоя мама его особенно любила, – объясняет Милли. – Одна из вещиц от Трифари 1930-х, которые она собирала на распродажах имущества в Калифорнии.

Я снова касаюсь ожерелья и тянусь за своим шампанским.

Милли тут же откашливается.

– Вэл, Лайза, – говорит она. – Подойдите поближе.

Она поднимает свой бокал.

– Нужно произнести еще один тост – самый главный. За Элоизу.

– За мамулю, – тихонько говорю я, вкладывая в эти слова чувства, которые сдерживала годами.

– Разве это не похоже на нее – все, кого она любила, становились еще красивее только от того, что ее знали?

Я улыбаюсь, обдумывая ее слова. Милли права, мама несла с собой красоту, но и страдания тоже. Однако сегодня я постараюсь забыть о последнем.

– Вот что, девочки, – говорю я Лайзе и Милли. – Неважно, что произойдет сегодня вечером, увенчаются наши усилия успехом или нет, давайте утешимся мыслью, что мы сделали все возможное.

Милли улыбается, снова поднимая бокал с шампанским.

– За Валентину, – говорит она. – За нашу бесстрашную предводительницу.

Я молю Бога, чтобы она не увидела страха в моих глазах. Мы отправляемся не просто на мероприятие, а в великую неизвестность.

До кафе «Флора» нужно пройти три квартала. Мы с Лайзой следуем за Милли и Фернандо. Он прибыл в книжный магазин точно в назначенное время, в свежевыглаженном костюме и с букетом роз пастельных тонов для Милли: та была так ошеломлена, что Лайзе пришлось подтолкнуть ее, чтобы она взяла букет из протянутых рук Фернандо. Она смогла только улыбнуться, и, о, что это была за улыбка! И теперь они вместе шли вперед – Милли трогательно возвышалась над ним.

В кафе «Флора» мы обнаруживаем – правда, без особого удивления, – что Джен с мужем поистине превзошли себя. На каждом столе не только великолепные срезанные цветы и скатерти, но и искусные книжные намеки, например, подставки в виде обложек классических книг, коктейльные меню в виде закладок. По стенам расставлены вещи, пожертвованные для негласного аукциона.

– Потрясающе, – говорю я Джен, когда джазовое трио в углу начинает разыгрываться. – Большое вам спасибо.

Вскоре начинают появляться гости; я вижу, как Милли приветствует нескольких наших постоянных клиентов, и тоже машу им.

– Когда приедет Дэниел? – спрашивает Лайза, взяв бокал с подноса у подоспевшего вовремя официанта.

– Пора бы ему, – говорю я, взглянув на часы на стене. Он уже опаздывает на пятнадцать минут. Я разочарована.

Однако проходит еще двадцать минут, все садятся за столы, но стул рядом со мной так и остается пустым.

– Он, наверное, просто застрял в пробке, – успокаивает меня Лайза.

Я киваю, проверяю телефон и вижу сообщение от Дэниела. «Вэл, извини. У нас производственный кризис, и я застрял на работе до ночи. Мне ужасно стыдно, и я молюсь, чтобы ты простила меня. Я заглажу вину перед тобой, обещаю».

– Не приедет, – со вздохом сообщаю я Лайзе и засовываю телефон в сумочку.

– То есть как не приедет? – Лайза приходит в ярость.

– Пишет, что какой-то аврал на работе.

– Фу, – говорит она и подзывает официанта, который протягивает мне еще один бокал шампанского. – Мне это совсем не нравится. Он вообще представляет, как важен для тебя этот вечер? Как будто он…

– Извините, дамы, у вас тут занято?

Мы обе поднимаем глаза и видим, что позади нас стоит Эрик. Я улыбаюсь.

– Нет, пользуйся на здоровье, – говорит Лиза. – Будешь парой Вэл. – Она встала. – Ее кавалер ее продинамил.

– О, – говорит Эрик, усаживаясь на стул и с беспокойством глядя на меня. – Мне очень жаль.

– Не продинамил, – поправляю я Лайзу. – У него просто… много работы.

Эрик кивает и берет бокал шампанского у ближайшего официанта.

– Да, веселого мало. Ну ему же хуже, а мне лучше, – улыбается он.

– Спасибо, что пришел, – говорю я. – Твоя поддержка очень много значит для нас.

– Я бы ни за что на свете не пропустил это. Жаль только, что Фиона не смогла. У нее клиент из Челси и последний срок сдачи заказа. Беда с этими трудоголиками.

Я смеюсь.

– Да, похоже, у нас с тобой общая беда.

– Нет, только посмотрите на это, – говорит он, оглядывая комнату. Я замечаю, что Милли наблюдает за нами из-за соседнего столика, но не смотрю ей в глаза. – Твоя мама гордилась бы тобой.

Гордилась бы? Я наблюдаю, как гости бродят по залу, делая ставки на лоты аукциона, и надеюсь, что этого будет достаточно.