Чтение онлайн

Конечно, не все, кто скрывался в полутьме Водопада, когда-то были талантами. Настоящих бывших талантов здесь было не так уж и много. Майка подозревал, что большинство здешних обитателей — это бедняки; одних привлекали опасность и необычность этого места, другие попали сюда в результате разных обстоятельств и застряли здесь, словно мухи в патоке.

Его это мало заботило.

— Глупое мужичье, — пробормотала Тимна.

Начинался первый бой за ночь. Через маленькую железную дверь в клетку вошел бородатый боец без рубашки, весь покрытый татуировками. Даже с такого расстояния обращали на себя внимание его огромные кулачищи. Зрители в нетерпении кричали. В дальнюю сторону от клетки шел еще один проход с дверью, контролируемой сложной системой канатов и шкивов. Судя по всему, ради того, что скрывалось за этой дверью, и собралась беспокойная публика.

Долгое время казалось, что ничего не происходит. Боец оставался на месте и выглядел гораздо спокойнее многих из тех, кто размахивал руками и вопил во все горло на трибунах. А потом, после громкого хлопка, по дальнему проходу пролетело что-то белое и размытое, пролетело и взмыло прямо под потолок клетки, где и зависло, раскачиваясь и пощелкивая длинными и острыми как иглы клыками на уродливом вытянутом лице. Толпа заорала в знак одобрения.

Это был лич, насколько знал Майка. Личный питомец Клакера Джека, присвоенный им много лет назад после того, как прежний хозяин лича умер. И через несколько минут это существо разорвет бойца на куски.

В скуке Майка отвернулся. Пруденс бросила на него настороженный взгляд. Тимна по-прежнему завороженно смотрела вдаль, держа в руках докторскую сумку.

— Хватит пялиться, пойдем уже.

Оставив бой позади, они двинулись дальше — наверх по широкому каменному выступу, который привел их к каморке с окнами над карнизом. У входа стояли двое крепких мужчин в красных жилетах. Внутри за длинным столом из орешника сидел сам Клакер Джек.

— Опаздываете, — сказал он.

Он совсем не походил на человека, управляющего империей. Желтую кожу у рта и на горле покрывали небольшие красные язвы. Над глазами спутанными прядями свисали сальные седые волосы; облачен он был в жилет с несовпадающими пуговицами. Сидел Клакер Джек боком, скрестив ноги в покрытых застарелыми пятнами от еды брюках.

Он поднял свои древние глаза на вошедшую в помещение троицу. На изрезанном шрамами лице застыло выражение очень старого, очень глубокого сожаления. Снаружи доносился рев толпы.

— Ваш питомец сегодня в прекрасной форме, — сказал Майка.

— Угу, — фыркнул Клакер Джек. — Толпу развлекает.

— Мы получили вашу плату, мистер Джек, — сказала Тимна, ставя сумку на стол. — Долю Аббатисы мы уже забрали.

Клакер Джек даже не пошевелился, чтобы открыть сумку. Казалось, она нисколько его не заботила.

— А владелец?

— Он получил должное… наказание, — кивнул Майка.

Он вытянул ладонь, на которой лежало отрезанное ухо, и тут же сжал кулак. Не отрывая взгляда от предводителя отбросов, он добавил:

— Наказал его своим ножом.

— Ну что ж. Неплохо.

— Говорят, нас вызывали еще по какому-то делу, — сказала Тимна.

Все это время Пруденс, как всегда, молчала.

Клакер Джек медленно переводил взгляд с одного на другого, облизывая влажным языком губы.

— Ваша Аббатиса захочет кое о чем узнать. Я получил письмо от Рут. Она до сих пор в Эдинбурге и еще не нашла тело повелителя пыли. Точнее, его весьма своеобразную пыль.

— Бесполезная женщина, — пробормотал Майка, ненавидевший Рут, ненавидевший ее снисходительность, ее сухую шелушащуюся кожу.

Он не доверял ей. Однажды он проследил за Рут до Биллингсгейта, где она встретилась с темноволосой девушкой в алых перчатках и с иностранной монетой на ленточке у горла. Обе они двигались по переулкам украдкой, будто разбойницы. От той девушки за милю несло талантом.

Клакер Джек сжал пальцы.

— Но пыль, которую она ищет, уже не в Эдинбурге. У меня есть все основания полагать, что ее везут контрабандой на юг, в Лондон. Рут… разочаровала меня, — взгляд его еще больше посуровел. — Надеюсь, вы сообщите Аббатисе, насколько усердно я прилагал все силы.

— Я сообщу ей обо всем, — ухмыльнулся Майка.

— Обо всем?

Клакер Джек поднялся на ноги, скрипнув древними суставами, и взял со стола фонарь в форме бычьего глаза.

— Но ты не знаешь всего, Майка, — негромко произнес он. — Пришло время показать тебе кое-что. То, что Аббатиса сочтет… интересным. Идем.

Майка повертел шляпу и немного постоял, не сводя глаз с предводителя, пока Тимна наблюдала за ним. Наконец он кивнул, надел шляпу и последовал за Клакером Джеком, который провел их сперва через деревянную дверь в дальнем углу, а затем по темному каменному коридору через железную решетку в длинную комнату с низким потолком. Фонарь горел ровным оранжевым светом. Со всех сторон доносилось журчание воды.

Мальчик знал, что немногие из посетивших эту камеру остались в живых. Они с сестрами побывали здесь всего несколько раз, и каждый раз на стенах оказывалось все больше кровавых пятен. Ведь именно здесь Клакер Джек, один из старейших изгнанников — по слухам, самый первый из них, — любил «исследовать» пойманных на улицах Лондона талантов. То есть связывать их, вскрывать в поисках… чего? Некоторые говорили, что в поисках источника их таланта.

Но сейчас в камере было пусто. Повелитель отбросов провел их мимо жутких столов, за которыми работал, мимо цистерны, в которой в свете фонаря поблескивала вода. И вот они оказались во второй камере, размерами поменьше, о существовании которой Майка с сестрами даже не подозревали.

Если не брать в расчет тусклый фонарь, здесь царила тьма. Повелитель распахнул створку фонаря — и помещение залил оранжевый свет.

В центре возвышался водоем с невысокими каменными стенами. Точнее, резервуар с какой-то вонючей грязью, темной и густой, со слегка дрожащей, будто от вибрации, поверхностью. Тимна прикрыла нос и рот рукавом.

— Ванна с дерьмом, — прошептала она.

— Захлопни пасть, — зашипел на нее Майка.

На мгновение им показалось, что Клакер Джек их не расслышал, продолжая взирать на грязь со странным, почти радостным выражением. Но потом он сказал:

— Я не часто требую вежливости и приличия от тех, кто говорит от имени Аббатисы. Но будет лучше, если ты, дитя, проявишь любезность и продемонстрируешь уважение.

Он поднял голову и посмотрел на Тимну, блеснув глазами, и Майка невольно содрогнулся.

Пруденс шагнула вперед, как бы защищая сестру, но Клакер не обратил на нее внимания и спросил:

— Вы знаете, что такое глифик?

— В Карндейле был один такой, — ответил Майка. — Насколько я помню, он был чем-то вроде… дерева.

— Их бывает несколько видов. И некоторые из них могут оказаться весьма… полезными. Вы никогда не задумывались, как я распознаю таланты поблизости или среди нас?

Майка ничего не ответил.

Клакер Джек опустил руку в грязь, перемешал ее — и его пальцы окутало слабое голубое свечение. А когда поднял руку обратно, то она оказалась чистой — к ней не прилипло и капли. Грязь же между тем зашевелилась сама собой, становясь все более густой и плотной. Клакер Джек почесал язвы на шее и сказал: