Чтение онлайн

— Я была здесь не в детстве, — ответила она. — В те времена так было не принято. Я приехала сюда позже, с моим добрым мистером Фиком. Тогда все было совсем по-другому.

Но она знала, что в доме номер 23 по Никель-стрит-Уэст, принадлежавшем институту более века, Маргарет Харрогейт на протяжении многих лет занималась исследованиями силы и природы талантов, иногда подвергая детей серьезным мучениям. Некоторым из ее подопечных до сих пор снились дурные сны, в которых фигурировала старая женщина, затянутая в черное, с затуманенным лицом, похожая на ведьму из страшной сказки.

Чарли спрыгнул на землю и принялся колдовать над ржавыми воротами, пока они не задрожали и не сдвинулись внутрь. Затем он снова поднялся на место кучера.

— А я вот ненавижу это место, — пробормотал он.

Скрипя всем корпусом, фургон вкатился внутрь.

Двор казался незнакомым. Булыжники во многих местах расшатались. С одного края располагалась крытая стоянка для карет в старомодном континентальном стиле. Кэролайн осталась с лошадью, наблюдая за тем, как Чарли разбивает окно и пролезает внутрь, оставляя на стекле следы крови. К тому моменту, как он открыл входную дверь, костяшки его пальцев уже зажили.

Кэролайн повертела его руку, внимательно разглядывая ее при плохом освещении, вытирая пятна крови и ища порезы.

— Ну что, полностью восстановился? — тихо спросила она. — Я имею в виду твой талант?

Чарли серьезно кивнул.

— Теперь такой же, как и раньше?

— Нет… другой. Может, даже сильнее. Но какой-то не мой. Я ощущаю в себе пыль, которая сама делает свою работу. Это как если бы… как если бы во рту у вас сам собой шевелился язык, — ответил юноша, слегка вздрогнув.

В его голосе ощущалась нарастающая паника, и Кэролайн отвернулась, чтобы помочь ему сдержаться. Она даже не знала, что и думать.

— Лучше доставить детей в дом, — предложила она.

Они перенесли всех искаженных глификов, даже Дейрдре, потяжелевшую как мокрое бревно. В гостиной Кэролайн нашла старую тачку, которую переделали в подобие кресла-каталки, и на ней не без труда они вкатили Дейрдре в дом.

Туловище бедной девочки уплотнилось и скрючилось. На плечах трепетали бледные ветви, усыпанные серебристыми листьями. Кора была мягкой на ощупь и белой, как слишком долго пролежавшая в воде древесина. Но нижняя половина туловища оставалась более или менее человеческой на вид. Рот же скрепляли странные, похожие на побеги корней нити, и девочка продолжала издавать низкий гул, похожий на песню.

В огромном мрачном доме пахло пылью, крысами и вонью с улицы. В камине гостиной Чарли развел огонь.

Искаженные глифики, заблудившиеся в лабиринтах своего разума, молчаливо посматривали на них блестящими глазами. Кэролайн откинула занавеску — и в комнату проник слабый полумрак. Еще в фойе она заметила лестницу, ведущую наверх, к открытой в темноту двери. Она заглянула за дверь и увидела кабинет, должно быть принадлежавший Маргарет Харрогейт, с мягкими креслами и огромным полированным столом. Над дверью висел резной герб Карндейла, массивный и потемневший от времени. Кэролайн вернулась в холл, где стоял Чарли, зажавший зараженную руку под мышкой.

— Так вы собираетесь поискать книги, миссис Фик? — спросил он, глядя на нее сверху вниз. — Ну те, про которые вы рассказывали?

Она поняла, какие книги он имеет в виду, и вздохнула.

— Не знаю, что из этого получится, Чарли, — предупредила она. — Может, лучше оставить все как есть. Если пыль не причиняет тебе вреда.

— Но вы же обещали, — сказал он, глядя на свои ботинки.

Он вдруг показался очень юным, несмотря на свой рост.

— Вы обещали, что попробуете вытащить это из меня.

— Да, обещала, — сказала она, недовольно морщась.

На самом деле ей казалось, что она поспешила с обещанием. Может, она слишком рано поделилась с ним своими мыслями. До этого она никогда не слышала о том, чтобы пыль другра связывалась с бывшим талантом, и, конечно, никогда не слышала о том, что такую связь можно разорвать. Честно говоря, она не имела ни малейшего представления о том, как это сделать.

Но она не стала говорить об этом Чарли, во взгляде которого читалось отчаяние. За всю дорогу он ни разу не пожаловался, но в глазах его все время отражалась боль, не отступающая боль, и ей осталось только кивнуть, накинуть шаль и, поправив шестеренки на протезе, начать обходить комнаты в поисках старого ящика с книгами Генри Бергаста — книгами, посвященными физиологии талантов, хирургическим операциям и необычайной природе талантов, которые доктор отослал Маргарет Харрогейт, чтобы помочь ей в ее исследованиях, и которые должны находиться где-то здесь, потому что она сама много лет назад помогала Генри их упаковывать.

Возможно — но всего лишь возможно, — Маргарет Харрогейт их сохранила. И возможно, в одной из них найдется кое-что полезное. А если нет, то будет жаль бедного юношу.

Но еще больше его будет жаль, если что-то действительно найдется.

Чтобы Чарли был чем-то занят и не путался под ногами, Кэролайн отправила его на пристань Миллера, расположенную ниже по течению за доками Святой Катерины, передав ему документы и сообщив адрес лондонской судоходной компании, а также название судна, на котором они должны были отправиться в путь. В заключение она велела ему купить пироги и вареную картошку у любого уличного продавца. Чарли вышел через старую дверь в задней части дома, ведущую на улицу, а она стояла у окна и смотрела, как его высокая фигура исчезает в тумане.

И на удачу поцеловала два пальца.

В конце концов старинные книги Генри Бергаста нашлись в кладовке под лестницей, в сундуке, который, пожалуй, не открывали уже лет двадцать пять. Опираясь на здоровую руку, Кэролайн перетащила сундук в кабинет, то и дело отдыхая от напряжения. Тома были переплетены в кремовую кожу, а страницы их были мягкими, как пергамент. Выбрав первые три книги, она зажгла масляный фонарь и устроилась в кресле, чтобы почитать. Ей подумалось, что теперь, когда Генри Бергаст мертв, а Карндейл разрушен в пожаре, она осталась одной из немногих выживших, кто помнит о том, как все было раньше, кто знал старые книги и их содержание. И от этого на душе у нее стало еще печальнее.

Нужные сведения нашлись в тонкой зеленой книге без названия, очень древней, написанной старинным почерком.

В ней рассказывалось о том, как в начале семнадцатого века в одном из анклавов Богемии пылью другра заразилась некая девушка. На нее напали посреди крытого моста. Ходили слухи, что она сама призвала это существо. Старый источник утверждал, что на середине пути между двумя берегами находится место силы другра, а время суток между закатом и восходом — это время его наибольшего могущества. Заинтересовавшись, Кэролайн перевернула страницу.

Девушку нашли без сознания. Почему она осталась в живых, никто не знал. Далее писалось о том, что испорченная пыль проникла глубоко под кожу. Удалить порчу можно было, только вскрыв зараженное плечо. Описание операции сопровождалось жуткой гравюрой на дереве. На полях кто-то сделал пометку выцветшими коричневыми чернилами: Stilleduste? [7]

Кэролайн подошла к окну, раздвинула шторы и в задумчивости вгляделась в плотный туман. В рану девушки попала лишь небольшая порция пыли. Но у Чарли инфекция уже распространилась, и, что еще хуже, он был хаэланом; Кэролайн сомневалась, что сможет удалить слой кожи до того, как она начнет заживать. Возможно, если работать очень быстро или отрезать очень маленькие участки, раз за разом… В любом случае дело жуткое. И болезненное.