Чтение онлайн

– А Холар - он магистр чего? Какой стихии?
– охотник бесцеремонно выдернул его из грез.

Служка ошеломленно захлопал на Саодира глазами, как на лишившегося рассудка.

– Холар он самый Старший в Золотом Совете! Он такое может!.. Если бы не он, Империя вообще развалилась бы после смерти короля Рикара! Холар ведь его дело продолжил - мир с Высокородными поддержал!..
– взгляд мальчика скользнул в сторону.

Хозяин за стойкой хмуро кивнул на угловой столик, где двое Смертных нетерпеливо поглядывали.

– Спасибо за рассказ, - не стал задерживать Саодир, и подмигнул, бросив серебряник: - За еду.

И когда мальчик ушел, Лита, наконец, оторвалась от тарелки. Лицо девочки редко выражало мысли, но по блеску изумрудов все становилось яснее ясного.

– Как он меня не узнал?
– взволнованно прошептала девочка.
– Любой Свободный Охотник узнал бы мой запах!

– Может дело в том, откуда ты? Может Эриан скрывает запах твоей крови? А может магия забивает нюх? Честно говоря, я тоже не чую тебя, как-то "по-особому"... Почему ушел, если узнал? Западня? К чему такие сложности? Схвати он тебя прямо здесь, никто не посмел бы и пикнуть.

Лита покачала головой, не зная, что ответить. Может охотник прав, и ее кровь в этом Мире, и в самом деле, пахнет как-то иначе, не выделятся.

– Меня больше волнует другое, - продолжал Саодир отстраненно.
– Перворожденный? Здесь, в Ярком Мире, под "золотыми лучами"? Чего еще мы не знаем?! Звери?..

– Звери не вышли из пещер, ты же помнишь.

– Помню.

Тяжелые мысли отражались на лице Саодира, сводя брови все ближе.

– Они, видимо, возвращаются в Регелстед, - наконец, выговорил он задумчиво.

Ему не нравилась эта петля Линий Жизни, столкнувшая Литу с Холаром столь неожиданно. Да еще так многозначительно, что поди разбери.

Девочка дунула на непослушную прядь, что так и норовила залезть в глаза. Кивнула каким-то своим мыслям, поджав губы:

– Выйдем перед закатом.

– Куда выйдем?
– непонимающе заморгал Саодир.

– В Регелстед. Первая часть плана выполнена, осталась вторая. Богине было угодно, чтобы я встретила его здесь!

– Может она просто играет с тобой?
– возмутился Саодир.
– Желает посмотреть, какой выбор ты сделаешь? И куда он заведет тебя? Это вполне в ее духе...

– Я уже давно сделала свой выбор. Остается только придерживаться его... что бы ни случилось.

Девочка выглядела полной решимости, глаза пламенели. И в этих двух, таких живых и лучащихся изумрудах, сейчас не отражалось ничего, кроме предвкушения сладкого запаха крови и липкого холода смерти.

"Решив однажды, нужно идти до конца, - всегда говорил отец.
– Иначе, если ты сама не будешь доверять себе, почему другие должны делать это? Живи и умирай согласно своим решениям".

***

Солнце последний раз сверкнуло на горизонте и погасло, погрузив Гольхеймурин во тьму. В это время небо становилось таким черным, что практически сливалось с окружающей ночью. А Другие Миры сияли так ярко, что казалось, будто тысячи светлячков кружат над головой - стоит протянуть руку и можно схватить.

Младшее из Ночных Солнц поднялось из глубин Восходного моря и бежало по небосклону навстречу еще дремлющему старшему брату, но сил одинокого Радеса не хватало, чтобы одолеть окружающий мрак - видимо, все же много сил отдал в войне с Кровавыми Богами.

Впрочем, девочке света вполне хватало.

Мысли роились в голове, словно пчелы в улье. Так же она чувствовала себя, когда Саодир рассказывал, о встрече с Деррисом Морте - ее отцом. Он говорил, что Деррис спас ему жизнь, в те времена, когда умер король Рикар, и Орден "унаследовал" власть над Империей.

Лита помнила каждое слово того разговора. Тогда она впервые спросила, почему Зверь назвал его Дитя Солнца?

– ...И когда Золотое Солнце озарит мир бордовым рассветом, и ознаменует приход тех, на чьих плечах покоится первородная тьма, способная накрыть все живое, из призрачных глубин явится Дитя Солнца...

– Пророчество о Линд де Риан?
– удивленно нахмурилась маленькая Лита.

Саодир кивнул.

– Пророчества часто звучат очень путано. Но еще чаще, в достаточно прямолинейных словах, мы сами ищем некий тайный, глубокий смысл, - он задумчиво покусывал губу.
– Я тоже не понимал, пока над Регелстедом не взвились бордовые стяги с золотым солнцем о пяти лучах. А потом... потом встретил тебя.

И Лита понимала, к чему он вспомнил пророчество. Она без пояснений сложила головоломку. Даже та часть, что Саодир пропустил, нашла свое место - отец всегда говорил, что она очень сообразительна.

Она и есть Дитя Солнца!

Охотник смотрел на девочку, что слушала каждое слово. И понимал, какие мысли сейчас, возможно, рождаются в ее голове... Возможно, родители были бы живы, не встреть тогда золотоволосый ее отца. Возможно, не он, Саодир, учил бы сейчас обращению с оружием, а может - и не с оружием вовсе. Возможно, все эти годы не он укладывал бы ее спать, а мама - пела бы колыбельные, поправляла меха. Девочка жила бы спокойно в своем замке, где все знакомо и привычно; и не терзалась бы жаждой мести в этом чуждом для нее Мире, где даже солнце не терпит таких, как она... Хотя, ее-то как раз Эриан принял...

Саодир уже готовился к встрече с Богами, но помощь пришла, откуда и не ждал вовсе! Судьба?.. Тогда охотник недоверчиво - и даже пренебрежительно - относился к Инниут. Богам сложно доверять: у них всегда свои планы, своя справедливость. Но Богиня привела Дерриса ему на помощь...

Впрочем, последствия той помощи оказались более чем жестокими и пугающими. Столько крови пролилось...

"Так, что же, по-другому и быть не могло?" - думал Саодир, глядя на девчушку шести витков от роду. "Линии Жизни переплелись настолько тесно, что она все равно бы оказалась здесь? И его задача... помочь? Или... Или от них вообще ничего не зависит?! Нельзя ничего остановить и предотвратить? Судьбы сплетаются по воле Инниут и этому не помешать?.. Боги - как же туманны ваши пути и намерения!"

Но вслух сказал:

– Жизнь за жизнь.

И Лита уже тогда прекрасно знала, что значат эти слова, которые могут быть и обещанием, и проклятьем. Она не раз слышала их в родном Ардегралетте. Так говорили многие, пришедшие в Хемингар, впервые представ перед отцом - почтительно склоняли головы под пронзительным взглядом Айдомхара и прижимали кулак к левой груди, там, где сердце... И оставались навсегда.

Губы маленькой Литы плотно сжались, челюсть стиснулась, и на щеках проступили желваки.