Чтение онлайн

– А чем не теория?
– хитрая улыбка мастера стала шире.
– К сожалению, ни доказать, ни опровергнуть ее, не представляется возможным.

– Но отец - Перворожденный. Наша кровь способна сдерживать Голод, подавлять его.

– Но Обращение - не что иное, как "победа сильной крови". И Обращенные, не способны "изменять" подобных себе... А, как ты, наверняка, знаешь, был еще один Зверь.

– Хотите сказать, Дикие Родичи, как мы их называем, не кто иные, как Звери - Дети Морета, Кровавые Боги?

Наставник видел, что принц начинает понимать цепь размышлений: даже самое невероятное может оказаться правдой, если исключить все невозможное.

– Рассуждать, как вы - так и наших предков можно назвать Кровавыми Богами?
– покачал головой Марен.
– Вспомнить Культ Крови, к примеру...

– И так же ответил твой праотец, ты говоришь его словами, - все так же улыбаясь, кивнул Дайнер.
– Но это тоже хорошая теория. Пройдя множество поколений сказителей, любая легенда становится мифом. Но до того, как стать легендой - это история из жизни. Одна из тех, что можно услышать в тавернах и на постоялых дворах. Такую же бывальщину может рассказать любой воин за кружкой эля. И если послушать разных воинов, сражавшихся, положим, при озере Ривален в не столь далекой Долгой войне, каждый расскажет свою версию событий. Взять хоть туже резню при Содевее. Тут дело в восприятии. Те же Смертные, с их-то короткой жизнью, они и вовсе помнят лишь то, что было в прошлом поколении, да и то плохо. Не верят тому, что рассказано и записано их же праотцами. Думаешь, мы в этом сильно отличаемся? Думаешь, отличались те, кто были до нас?

– Так можно много до чего додумать. Но будет ли это правдой?

– У всех своя правда, - развел руками мастер Дайнер.
– Я не стремлюсь тебя убедить. Я лишь говорю, что иногда - все не то, чем кажется. Ты отталкиваешься от своего восприятия мира, а, следовательно, обращаешь внимание не на то, что нужно. Ты упускаешь суть. Ты ищешь внешнее сходство, а оно может отсутствовать вовсе... Представь, что из мира пропадут волки. Через тысячелетия никто и знать не будет, как они выглядели, потому что для тебя - это волк, а для них - просто слово в свитке... С другой стороны, - философски добавил он, - может тех, кого ты ищешь, никогда и не было. Мир, как ребенок - всегда подавай что-то новое. И тогда - это просто Звери... Но часто новое - всего лишь старое, покрытое пылью времен. И в этом случае правильный вопрос - кто способен Обратить Перворожденного?

Он прервал рассуждения, глаза не отрывались от Марена.

– Или "подменить его жизнь своей"...
– задумчиво произнес принц Летар.
– "И через Возрождение обрести истинное бессмертие".

– Вижу, ты внимательно изучал эти страницы, - мастер окинул взглядом длинные ряды полок.
– У короля не было столько времени... Многие авторы, считают Возрождение высшим среди всех Даров Морета, от которых у Перворожденных остались лишь: Исцеление и Обращение. Так, в частности, считают все потомки Коррин. Потому-то они и против Запрета, утверждают, что это ослабляет "древнюю кровь". Их послушать, - мастер усмехнулся, - так вскоре мы станем совсем, как Смертные... Сто витков жизни в лучшем случае!.. Что можно успеть за сто витков?!

Он сделал небольшую паузу, задумавшись на мгновение.

– Не уверен, знаешь ли ты, но в Войнах Крови мой далекий предок тоже выступал на стороне Дома Коррин, - наставник следил за лицом Марена, но прекрасно знал, что по нему трудно что-либо прочесть.
– У нас в роду тоже есть...м-м-м... легенда, которую передают... передавали от отца к сыну. Но, в отличие от легенд общеизвестных, она не менялась со сменой рассказчиков. Она гласит, что один наследник отказался поддержать отца и свой род в той войне. И сына не стали судить по родителю... Отец его тогда пал в боях, и род, под тем именем, каким был известен, прервался. Наследник же дал новое имя уже СВОЕМУ роду и сражался в Войнах Крови на стороне рода Летар. Вот тебе еще один пример того, как сильно кто-то может отличаться даже от себе подобных.

Лицо Марена оставалось непроницаемым, и Дайнер даже усомнился, что принц слушает.

– Позже, конечно, потомки вновь встали на сторону Дома Коррин, во времена Второго Восстания... Что, опять же, может служить примером того, что все в мире повторяется, и ушедшее не уходит навсегда, и рано или поздно мы вновь с ним сталкиваемся, - наставник чуть задумался, но тут же продолжил: - В отличие от моего предка, я решил прервать свой род, но легенда никуда не делась...

Следующая пауза несколько затянулась. Казалось, в это мгновение мастер словно вернулся в далеко ушедшее прошлое. Пламя тихо трепетало, играя тенями, и стараясь не мешать Перворожденному.

– Ты знаешь, если верить легендам, Великий Воин участвовал во всех значимых войнах мира, - отклонился от темы мастер.
– Сдается мне, что это всегда были разные... м-м-м... персонажи. Возможно, даже не всегда Перворожденные... Но я не к тому, - он тряхнул головой, прерывая пространные рассуждения.
– Так вот, наследник, что первым отказался от рода, воочию видел Великого Воина. Маерен Ар, по его словам, действительно был могуч. Не только силен, словно тысячи беров, но и стремителен, как молния. Легенда утверждает, что Великий Воин был одним из тринадцати Крылатых Змеев. Тем, кто "первый над двенадцатью", тем чей "размах крыльев отбрасывал тень на целый Мир, и погружал его во мрак", как он говорил. Винден Орм Айдомхар, так гласит наша легенда... Так вот, однажды, мой предок слышал одну фразу... Я хорошо помню эти слова, что отец часто повторял мне на сон грядущий: "И когда лавина врагов иссякнет, станет ясно, что ни один из них не ступил в зону моего превосходства".

Наставник внимательно наблюдал за принцем, когда произносил слова Великого Воина, но, как и прежде, задумчиво сведенные брови Марена не дрогнули. Руки перебирали уже прочитанные страницы, глаза бегали по строчкам, и наставник решил, что принц не слушал его после "правильного вопроса". По крайней мере, он не увидел никакого отклика.

– Я рассказывал эту легенду Ингену!
– вспомнил Дайнер.
– Да, и король ее знает!

И развернувшись, направился к двери той же непринужденной, мягкой поступью, что вошел, оставляя принца одного в полутемном Зале Знаний.

– А когда пепел осядет, Мир погрузится в забвение...

Глава 6. 7 Эон 482 Виток 39 День Осени.

К середине ночи Саодир с Литой добрались в Денесерик - небольшое поселение недалеко от Окружного тракта, который опоясывал море Датален, а вместе с ним, и Регелстед.

Лита собиралась ехать дальше, несмотря на позднее время, но Саодир справедливо заметил, что воины Ордена, скорее всего, остановились на ночь в Маарнаке. И если они не хотят натолкнуться на Холара раньше времени, стоит заночевать в Денесерике.

Впрочем, Лита как раз хотела "натолкнуться" на них, как можно скорее: сердце требовало крови. Но то, что они узнали о Холаре, несколько остужало пыл. И голос разума превозмог порывы сердца.

Не без доводов Саодира, конечно.

Большая часть рассказа эренгатского мальчишки походила на восторженное преувеличение, но все же... Холар - не просто воин, а сильнейший магистр Ордена, глава Золотого Совета, что ныне правит Империей. По словам служки, все маги Гольхеймурина вместе взятые не равны в Силе, которой он владеет. Будто одним мановением ладони он может "гасить солнце и зажигать звезды".

К последнему Саодир отнесся с нескрываемым пренебрежением. И все же настаивал, чтобы девочка не спешила.

– Всему свое время. Удар должен быть внезапным и непредсказуемым, когда его не ждут. От этого часто зависит успех сражения, - втолковывал он, сидя в таверне "Пристанище Эрли".
– Тебе стоит поступить в Магистратуру".

Лита, вопросительно изогнув брови и недоуменно наклонив голову, уставилась на охотника.

– Куда поступить?
– в очередной раз откинула непослушный огненный локон, спадающий со лба, и отвела волосы за ухо, словно для того, чтобы лучше слышать, хотя уж в чем-чем, а слухе девочки, сомневаться не приходилось.