Чтение онлайн

– Так ты меня приревновал? – Марго старалась, чтобы её голос не выдал действительного волнения, охватившего грудь. Ведь сон графа скорее всего был не простым ночным видением, ложными грезами, а воспоминанием из её прежней жизни, её жизни рядом с Лиссой, а значит и рядом с невидимым хранителем тайи, который по её словам видел и слышал всё, что происходило кругом.

– Я просто очень испугался за тебя. А потом я увидел еще одну девушку. Совсем мне незнакомую. И тогда я проснулся. – Ланс замолчал, может быть ожидая расспросов Марго, но ведьмочка тоже не подавала голоса, и ему пришлось продолжить самому. – Я увидел её первый раз в жизни, но там во сне мне казалось, что я знаю о ней всё, что это самый близкий для меня человек, и что я очень по ней соскучился. Такое непонятное ощущение, тем более теперь я даже не могу точно вспомнить её лица. Знаю лишь, что у неё были светлые волосы… хотя нет… во сне она носила мужской наряд, и я не видел её лица, спрятанного под темным пради… Ты слышишь меня, Марго? Мне никогда не приходили такие яркие сновидения.

– Я слышу. – Колдунья встала с кровати и зажгла перед собой небольшой огонек, чтобы осветить комнату. Ей захотелось промочить пересохшее горло. Пришло время вновь оглянуться назад – Марго уже знала, что это лишь начало воспоминаний о прошлом. Неужели граф де Терро становился тем самым Лансом, что жил в солонке её подруги?! Эта мысль пульсировала в голове, и ведьмочка не могла остановить её бешенный ритм. Он всё вспомнит, всё вспомнит – твердила она себе. А это значило, что он вспомнит многое, о чем Марго не хотела говорить, он разворошит то, из-за чего она уже однажды слышала его голос перед расставанием с Лиссой. Но покамест опасения следовало отбросить прочь, ведь порой люди не придают особого значения снам, решила она. – И что, ты думаешь, означает этот сон? Не надеешься же ты, что я как маг буду его толковать.

Девушка обернулась к графу, полулежавшему в постели.

– Незнакомые девушки снятся к… - она замолкла, недоуменно оглядывая его лицо. Блеклый огонек, висевший в воздухе, запылал еще ярче и медленно проплыл к голове Ланса.

– Но мне казалось, что я её давно знаю, - усмехнулся капитан. – Что с тобой? Неужели теперь ты ревнуешь меня к моим же снам?!

– Что с тобой, Ланс? – ошарашено проговорила Марго. Она вновь взобралась на кровать и обеспокоенно дотронулась до его волос. – Твоя голова… ты совсем побелел… тебя просто не узнать…

Он лишь поцеловал её руки, когда она испуганно ощупывала его волосы, при этом так и не удосужившись проверить её слова.

– Никак черноморские боги решили отметить иноверца, - посмеялся Ланс над переживаниями девушки.

Наутро же, когда он долго изучал свой новый вид в ведре с прозрачной водой, граф лишь добавил с ироничной улыбкой:

– А может это колдунья решила приукрасить мой вид?! Неужели прежним я был ей совсем не мил?

Марго усмехнулась замечанию, но от её взора не ускользнул тревожный взгляд графа. Она не знала, как развеять его подозрения, ибо совсем не представляла, что же с ним произошло за ночь, но за собой вину ведьмочка не оставляла. Конечно, она могла бы изменить облик человека, но только в глазах других людей. Возможно было перекрасить голову в другой цвет, но об этом у неё не было даже помыслов. Волосы морийца окончательно потеряли оттенок черного вороньего крыла и приобрели светло русый, молодой пшеницы, без всякого вмешательства колдовства, во всяком случае без чар Марго.

– Может ты становишься другим человеком, Ланс, - бросила она ему напоследок, выходя из капира на улицу, чтобы как всегда с утра зайти в лавку Зои за свежими продуктами и новостями. Граф все это время не отрывал взгляда от отражения в воде, а когда девушка возвратилась обратно, то застала его вновь в постели. Он мирно спал, но ведьмочка с горечью подумала, что новые сны не принесут ему покоя и не вернут прежнего облика.

Потекли дни, за которые Марго познала одиночество. Она с тревогой наблюдала за переменами в Лансе, что происходили на её глазах. Граф стал апатичным и вялым, почти не выходил из дома. Дни напролет он спал мертвецким сном, так что Марго порой даже не могла расслышать его дыхания и безрезультатно пыталась его разбудить. В краткие минуты бодрствования он лишь принимал мелкие порции пищи и перебрасывался с подругой парой слов. Он еще улыбался и даже целовал её, но с каждым разом ведьмочка видела, что он становился все более молчаливым и замкнутым. Он спешил вернуться в тот мир забвения, из которого она пробовала его вытащить. Если в первые дни он делился своими воспоминаниями и интересовался у девушки, что могли бы значить столь яркие образы в его снах, то вскоре вся правда сама дошла до его сознания, хотя Марго пыталась разъяснить ему то, что не имела права скрывать.

– Ланс, ты должен понять, что жил и раньше… до своего рождения… хотя может и не жил, а лишь наблюдал за многими событиями, - она говорила сбивчиво, не зная, как выразить всего того, что помогло бы ему принять столь необычную реальность.

– Может это какой-то дар? Как у прорицателей и гадалок. К некоторым из них ведь приходят души из морских просторов, которые рассказывают о прошлом и грядущем, - предположил де Терро. – И вскоре мне начнут являться сны о том, как тебе вернуть престол!

– Нет, просто ты видишь людей, которых хорошо знаешь, разве не так? Ты видишь события, действительно случившиеся с нами. В твоих снах есть я, Ортек, Вин, твоя мать…

– Теперь я точно знаю, что она моя мать. Лисса… Мне снится дядя Дуглас, и еще одна девушка, что путешествовала с нами. Её звали Двина. И если от того, что я все увижу, я не сойду с ума, то очень скоро поверю, что все это происходило на моих глазах. Но почему это случилось со мной? Неужели вскоре я проживу всю жизнь своих родных, узнаю всю твою судьбу?! Сегодня я вспомнил, как ты жила в Доме Послушания, и даже могу описать келью, где тебя поселила матушка Ани… А еще у тебя был друг Клаус, который помог тебе с Лиссой сбежать. Где он сейчас?

– Тебе снятся отрывки… Вскоре ты узнаешь многие судьбы, Ланс, - она не могла заглянуть в его лицо. Порой ей казалось, что он совсем не изменился: та же уверенность, та же холодность и пренебрежительность к её делам в Присте, даже его волосы с каждым днем возвращали себе темный окрас. Но в глубине души она знала, что он уже не молодой граф Ланс де Терро, он становился старше и мудрее, он набирал за часы сна опыт, накопленный годами прежней жизни. И даже если пока он вспоминал жизнь своей матери, чьим неразлучным спутником был долгие месяцы, то неминуемо было прозрение и тех лет, которые завершились его смертью. Как говорила Лисса, она была мучительной, но кто знал, насколько непростой была его жизнь. Жизнь колдуна. – Память прежних времен иногда больно режет по зажившим ранам, тебе же предстоит ощутить все эти удары одновременно, да еще на непотревоженном страданиями сердце.

Ей хотелось увести его подальше из Приста, чтобы вновь вернуть ту сладость безумных ночей, когда в его мыслях и мечтах присутствовала только она, но ведьмочка знала, что убежать от самого себя невозможно. Она всего лишь безропотно ждала, когда он станет тем, кем должен быть. К тому же этот перерыв в их страстных отношениях позволил Марго более серьезно взглянуть на собственные замыслы. В городе скапливалось войско, которое собиралось идти на разграбление черноморской столицы с её именем на устах, а маг Неорий оставался уверенным во мнении, что она с радостью вновь взойдет на трон в Асоле, занимаемый по праву столько лет. Он по сути возглавлял и управлял увеличивавшимся лагерем наемников, ибо без больших монет и купеческих обозов, что приходили из Черных предгорий, вряд ли многие бы согласились браться за оружие, чтобы восстать против воли Веллинга, пусть тот и спутался с безбожными оларами и самопровозглашенным жрецом. Марго перебирала в уме слова, которые бы не погубили справедливого дела и намерения, при этом просветив мага, что бывшая регент действительно являлась колдуньей, как заявил её сын, а значит более не могла надеяться на возвращение власти. Каждый раз при встрече с магом она откладывала этот важный разговор на потом, хотя и вздрагивала от неуместных шуточек и намеков престарелого Неория, что она обязана как маг поделиться с другими членами ордена рецептами волшебных эликсиров молодости, что несомненно помогли царице сохранить такой цветущий вид.

Встречи с магом проходили уже не в мрачном подвале, а в главном здании Приста, которое огибало центральную площадь и представляло собой вытянутый прямоугольник со множеством дверей и окон на обоих этажах. В этом капире проживал глава города, а также были расположены комнаты для высоких гостей, купеческие лавки и таверна, где можно было всегда вкусно поесть и всласть упиться. По наружной лестнице Марго поднялась наверх и прошла в затемненный коридор, из которого попала в помещения для заезжего люда. В одном из них, как было известно девушке, проживали маг Неорий и его ученик Бирит, долговязый юноша, вечно глядевший себе под ноги, бормоча несвязные речи под нос. Ведьмочка застала хозяев комнаты за трапезой, к которой опытный маг не преминул пригласить столь почетную гостью. Марго не отказалась от горячего обеда: с раннего утра она перекусила лишь свежими фруктами, которыми торговала тетушка Зоя, а после провела долгие часы около постели, ожидая пробуждения Ланса, чего однако так и не произошло до назначенной с магами встречи. Граф ворочался на подушке, и Марго с волнением пыталась разобрать по его обеспокоенному лицу, что же за воспоминания терзали его ум.

За столом в просторной светлой комнате, уставленной всем необходимым для уютного пребывания и отдыха, в основном раздавался голос Неория. Маг делился с царицей последними слухами, а также пересказывал письмо, что он получил от друга с недавно прибывшим из Эрлинии вестником:

– Черноморские войска были направлены нашим Веллингом в Эрлинию для подавления восстаний в некоторых городах-портах, которые при поддержке магов, что я, с одной стороны, не могу не одобрить, но, с другой стороны, крайне сурово осуждаю, отказались признать власть нового правителя Черноморья, - неспешно повествовал Неорий, временами прожевывая жареное мясо с овощами, что подали с кухни. – Один из этих магов, которому я успел сообщить, где ныне пребываю, пишет: несмотря на все ожидания, что в первую очередь солдаты Веллинга подойдут для возмездия к стенам Лаваля – ведь вам прекрасно известно, Ваше Величество, что лавальцы всегда громче всех кричали о своей самостоятельности и независимости от Асоля, хотя мы никогда не требовали от нас зависеть, лишь бы все пошлины поступали в царскую казну - Кассандр направил четыре сотни пехотинцев к стенам Ларне, города, отдаленного от побережья десятками верст. Конечно, Ларне разбогател на сухопутной торговле с бресами через песчаные барханы, но этот город более всего страдает от набегов разбойников, скрывающихся в пустыне, поэтому его стены считаются самыми крепкими и высокими на всем восточном побережье. Было ведь очень глупо надеяться на плодотворную осаду крепости всего лишь четырьмя сотнями пеших солдат?! – Неорий вопросительно поглядел на Марго, желая увидеть в её взоре поддержку своих слов. – Но мой друг сообщает, что несколько дней назад город пал. И случилось это во время первой же атаки. Стены из древнего камня рухнули сами по себе перед воинственными кличами черноморцев, и солдаты проникли в город, заполонили площадь перед дворцом сетора, после чего растерявшиеся ларнийцы бросили к ногам захватчиков такие откупные, что по прежним условиям Веллинг бы получил лишь за десять лет. Не кажется ли вам, все это более чем странным?