ЖАНРЫ

Изборник. Памятники литературы Древней Руси
Шрифт:

изъ деднеи славы. Вы бо своими крамолами начясте

наводити поганыя на землю Русьскую, на жизнь Всеславлю,

которою бо беше насилiе отъ земли Половецкыя.

На седьмомъ веце Трояни вьрже Всеславъ жребии

о девицю себе любу. [805] Тъи клюками подъпьръ ся окони,

и скочи къ граду Кыеву, и дотчеся стружiемъ злата

стола Кыевьскаго. Скочи отъ нихъ лютымъ зверемъ

въ пълночи изъ Белаграда, обесися сине мьгле, [806]

805

…връже Всеславъ жребии о двицю себ любу. — Под девицей здесь разумеется Киев. Всеслав решил воспользоваться в 1068 г. восстанием киевлян, чтобы взойти на киевский престол.

806

Скочи отъ нихъ лютымъ звтремъ въ плъночи изъ Бла-града, обсися син мъгли… — В 1069 г. против Всеслава пошли походом Изяслав и польский король Болеслав. Всеслав выступил против них вместе с киевлянами. Но еще до встречи с войском Изяслава и Болеслава, по неясным для нас причинам, Всеслав принужден был бежать ночью из Белгорода тайно от киевлян (см. «Повесть временных лет» под 1069 г.). Следовательно, «они» — это киевляне.

утърже вазни съ три кусы, отвори врата Новуграду, [807]

разъшибе славу Ярославу, [808] скочи вълкомъ до Немигы -

съду токъ. [809] На Немизе снопы стелють головами, [810]

молотять цепы харалужными, на тоце животь кладуть,

веють душю отъ тела. Немизе кръвави брезе не бологомъ

бяхуть посеяни, посеяни костьми русьскыхъ сыновъ.

807

…утръже вазни с три кусы: отзори врата Новуграду… — Мы принимаем здесь деление на слова, предложенное Р. Якобсоном. Однако перевод, им предлагаемый («знать, трижды ему довелось урвать по куску удачи»), кажется нам неудачным, так как образность его («куски удачи» и пр.) в древнерусской литературе не встречается и не соответствует образности «Слова».

808

…разшибе славу Ярославу… — С именем Ярослава Мудрого в древнем Новгороде Великом связывались представления о начале новгородской независимости.

809

…съ Дудутокъ. — Дудутки — это, по-видимому, какая-то местность под Новгородом.

810

На Немиз снопы стелютъ головами.…– Немига — небольшая река, на которой стоял Минск (сейчас этой реки нет). На Немиге Всеслав потерпел поражение от трех сыновей Ярослава: Изяслава, Всеволода и Святослава.

Всеславъ князь людемъ судяше, княземъ грады рядяше,

а самъ въ ночь вълкомъ рыскаше, [811] изъ Кыева дорыскаше

до куръ Тьмутороканя, великому Хърсови [812] вълкомъ путь

прерыскаше. Тому въ Полотьске позвонишя заутренюю

рано у Святыя Софеи въ колоколы, а онъ въ Кыеве

звонъ слышя. [813] Аще и вещя душя въ друзе теле,

нъ чясто беды страдаше. Тому вещеи Боянъ и пьрвое

811

…а самъ въ ночь влъкомъ рыскаше… — То убегая от погони, то стремясь захватить города, то отстаивая свою вотчину, Всеслав действительно носился, как волк, по всей Русской земле. Есть прямое свидетельство быстроты передвижений Всеслава. Владимир Мономах говорит в своем «Поучении», что он гнался за Всеславом (в 1078 г.) «о двою коню» (то есть с поводными конями), но не смог нагнать его.

812

…великому Хръсови… — Хоре — славянский языческий бог, по-видимому, бог солнца. Следовательно, слова «великому Хръсови влъкомъ путь прерыскаше» означают, что Всеслав «рыскал» до восхода солнца.

813

Тому въ Полотъск позвониша заутренюю рано у святыя Софеи въ колоколы, а онъ въ Кыев звонъ слыша. — Здесь, по-видимому, имеется в виду следующее: Всеслав сидел в Киеве в заключении (в «порубе»), в то время как в родном его Полоцке его считали князем и поминали как князя в церковных службах (1067–1068 гг.).

припевку, смысленыи, рече: «Ни хытру, ни горазду,

ни пытьцю горазду суда Божiя не минути!»

О, стонати Русьскои земли, помянувъше пьрвую

годину и пьрвыхъ князеи! Того стараго Владимира

не льзе бе пригвоздити къ горамъ Кыевьскымъ, [814] сего

бо ныне сташя стязи Рюрикови, а друзiи Давидови,

нъ розьно ся имъ хоботы пашють, [815] копiя поють!

На Дунаи Ярославнынъ гласъ [816] слышить, зегзицею

814

Того стараго Владимира нелъз б пригвоздити къ горамъ Киевъскымъ… — Здесь, несомненно, под «старым Владимиром» разумеется Владимир I Святославич с его многочисленными походами на внешних врагов Русской земли.

815

…нъ розно ся имъ хоботы пашутъ. — Автор «Слова» хочет этим сказать, что между войсками братьев Рюрика и Давыда Ростиславичей не было согласия. «Стяги» (полки) Давыда отказались выступить в 1185 г. совместно со стягами Рюрика и вернулись назад.

816

…Ярославнынъ гласъ… — Ярославна — жена Игоря, дочь Ярослава Владимировича Галицкого, «Осмомысла».

незнаемъ рано кычеть: «Полечю, — рече, — зегзицею

по Дунаеви, омочю бебрянъ рукавъ [817] въ Каяле реце, утру

князю кръвавыя его раны на жестоцемъ его теле».

Ярославна рано плачеть въ Путивле на забрале, а ркучи:

«О ветре ветрило! Чему, господине, насильно вееши?

Чему мычеши хыновьскыя стрелкы на своею нетрудную

крыльцю на моея лады вои? Мало ли ти бяшеть горъ

подъ облакы веяти, лелеючи корабли на сине море?

817

…омочю бебрянъ рукавъ… — Рукава верхней одежды знати в древней Руси делались длинными. Их обычно поднимали кверху, перехватывая обручами у запястий. Такой рукав легко можно было омочить в воде, чтобы утирать им раны, как платком. Бебръ, беберъ, как установлено в последнее время И. А. Мещерским, — белая шелковая ткань особой выделки. Бебрянъ — шелковый.

Чему, господине, мое веселiе по ковылiю разъвея?»

Ярославна рано плачеть Путивлю городу на забороле,

а ркучи: «О Днепре Словутичю! Ты пробилъ еси каменныя

горы сквозь землю Половецкую. Ты лелеялъ еси на себе

Святъславли носады до пълку Кобякова. [818] Възлелеи,

господине, мою ладу къ мне, а быхъ не слала

къ нему слезъ на море рано!» Ярославна рано плачеть

въ Путивле на забрале, а ркучи: «Светлое и тресветлое

818

Ты лелялъ ecu на себ Святославли носады до плъку Кобякова. — Ярославна вспоминает победоносный поход русских князей па половцев 1184 г. под предводительством Святослава Всеволодовича Киевского. Насады — ладьи с «насажеными» бортами.

сълнце! Всемъ тепло и красно еси. Чему, господине,

простре горячюю свою лучю на лады вои, въ поле безводне

жяждею имъ луци съпряже, тугою имъ тулы затъче?» [819]

Прысну море полунощи, идуть смьрчи мьглами,

Игореви князю Богъ путь кажеть изъ земли Половецкыя

на землю Русьскую, къ отню злату столу. Погасошя

вечеру зори. Игорь спить, Игорь бдить, Игорь

мыслiю поля мерить отъ великаго Дону до малаго

819

Въ пол безводн жаждею имъ лучи съпряже, тугою имъ тули затче. — В трехдневной битве войска Игоря люди и кони, отрезанные половцами от воды, страдали от жары и жажды.

Донця. Комоньнъ въ полуночи Овлуръ [820] свисну за рекою,

велить князю разумети. Князю Игорю не быть! Кликну,

стукну земля, въшюме трава, вежи ся половецкыя

подвизашя. А Игорь князь поскочи гърностаемъ

къ тростiю и белымъ гоголемъ на воду, въвьржеся

на бързъ комонь, и скочи съ него босымъ вълкомъ,

и потече къ лугу Донця, и полете соколомъ подъ мьглами,

избивая гуси и лебеди завтроку, и обеду, и ужине.

820

Овлуръ — половец, бежавший на Русь вместе с Игорем. В летописи он назван Лавр или Лавор.

Коли Игорь соколомъ полете, тъгда Влуръ вълкомъ

потече, труся собою студеную росу, претъргоста бо

своя бързая комоня. Донець рече: «Княже Игорю!

Не мало ти величiя, а Кончику нелюбiя, а Русьскои

земли веселiя!» Игорь рече: «О Донче! Не мало ти

величiя, лелеявъшю князя на вълнахъ, стлавъшю ему

зелену траву на своихъ сребреныхъ брезехъ, одевавъшю

его теплыми мьглами подъ сенiю зелену древу, стрежаше

его гоголемъ на воде, чаицями на струяхъ, чьрнядьми

на ветрехъ. [821] Не тако ли, рече, река Стугна, худу струю

имея, пожьръши чюжи ручьи и стругы, рострена къ усту,

уношю князя Ростислава затвори [822] дне при темне березе.

Плачеться мати Ростиславля по уноши князи Ростиславе. [823]

Унышя цветы жялобою, и древо ся тугою къ земли приклонило.

А не сорокы въстроскоташя, на следу Игореве

ездить Гза съ Кончякомъ. Тъгда врани не граяхуть,

821

Стрежаше е гоголемъ на вод, чаицами на струяхъ, чрьнядьми на ветрхъ. — Чайки, гоголи и черняди (различные породы нырковых уток) очень пугливы и издали замечают приближение человека.

822

Не тако ли, рече, рка Стугна: худу струю имя, пожръши чужи ручьи и стругы, рострена къ устью, уношу князю Ростиславу затвори. — Река Стугна мелководна, и утонуть в ней нельзя, но к устью она расширяется за счет притоков, главным образом с правой, половецкой стороны (вот почему здесь и говорится, что Стугна была расширена к устью, поглотив «чужие» ручьи и потоки). Юноша Ростислав погиб как раз в ее полноводной части — в устье, около города Треполя.

823

…плачется мати Ростиславля по уноши князи Ростислав. — Этот плач матери Ростислава описывается в «Повести временных лет» под 1093 г.

галици помълкошя, сорокы не троскоташя, полозiе

ползошя [824] только. Дятлове текътомъ путь къ реце кажуть,

соловiи веселыми песньми светъ поведають. Мълвить Гза

къ Кончякови: «Аже соколъ къ гнезду летить, соколичя

ростреляеве своими злачеными стрелами». Рече

Кончякъ ко Гзе: «Аже соколъ къ гнезду летить, а ве

сокольця опутаеве красною девицею И рече Гза

къ Кончакови: «Аще его опутаеве красною девицею,». [825]

824

…полозие ползоша… — Полозие — полозы, вид крупной змеи, водящейся в степях.

825

Аще его опутаев красною двицею… — Сын Игоря, Владимир, действительно женился на дочери Кончака, вернулся на Русь в 1187 г. с женой и ребенком и здесь был уже обвенчан по церковному обряду.

Поделиться с друзьями: