Чтение онлайн

Кулаки Эдвина сжались, глаза полыхали неистовым гневом, и голос не дрогнул ни на секунду.

— Перестань. Ты специально вывел из себя Екатерину и ты ушел раньше остальных. Ты не смог бы вывезти её отсюда — выезд охраняется. Но ты расставил повсюду порталы на тот случай, если придется убегать — и сейчас воспользовался одним из них.

— Спросите, кого угодно и они подтвердят: я верен вам без остатка. Пытайте меня, и я буду кричать о своей преданности.

Пытайте…

Хорошее предложение.

Алекс не был ни кровожадным, ни жестоким человеком. Ему не нравилось причинять людям лишнюю боль. Даже в сражении он предпочитал действовать быстро и четко, убивая одним ударом, не издеваясь над противником.

Но теперь ему очень хотелось мучить Эдвина с особым садизмом, упиваясь его страданиями, не слушая мольбы о пощаде. Потому что этот лорд покусился на самое дорогое.

Между тем, Александр не упрашивал и не угрожал. Он рассказал об утрате доверия и о том, что непременно разнесет новость о предательстве. Лорд Эдвин, конечно, может переметнуться обратно к императору — но прощения ему не будет. Его красавицы-дочери поплатятся за отцовский поступок, его супругу не примут ни по ту, ни по эту сторону.

Каждый, кто общался с Александром дэ Горном, знал: он не разбрасывается словами, а значит, так всё и будет.

Эдвин тоже это понимал. Он, конечно, еще долго отпирался и уверял в своей невиновности. Брызгал слюной, тряс щеками, похожий на пса, которого уличили в краже хозяйского мяса.

— Давай пригласим кого-нибудь из здешних магов и убедимся, что ни один из порталов не был тронут в ближайшие дни, — предложил ему изрядно вымотанный Александр. — Сиди-сиди, — добавил он, когда Эдвин попытался вскочить со стула. — Я сам попрошу. Но если ответ будет утвердительным, то…

— Не нужно никого приглашать, — прошептал мужчина, подергав себя за бороду. — Лорд Александр, поймите, я всегда желал вам лучшего. Наше дело значит гораздо больше, чем женские прелести. А эта девушка опутала ваш разум своими губительными чарами. Вы стали несобранным, мягким. Понимаете, чем чреваты такие перемены? — он взглянул в глаза Алексу с надеждой, будто рассчитывал, что тот согласится с его безумными речами. — Я не причинил ей вреда, только выполнил просьбу. Она умоляла меня отвезти её к Максимилиану. Уверяла, что со всеми сложностями справится самостоятельно, не втягивая вас. Я вынуждено подчинился ей, но не скажу, что решение далось мне тяжело. Так будет проще. Если она исчезнет.

— Умоляла, значит? — понимающе кивнул Александр. — А потом попросила оставить её одежду на берегу?

— Чтобы вы не кинулись за ней следом…

— И ты, конечно, не подумал, что когда её обнаружат во дворце, то весь наш план полетит в бездну? 

— Я не...

— Или напротив. Подумал. И, чтобы ускорить ход событий, чтобы вывести императора на открытое столкновение, подсунул ему прямое доказательство того, что я жив. Так сказать, помахал перед носом красной тряпицей.

Александр дэ Горн никогда не ставил личное выше общественного. С малых лет его учили отсекать частности и видеть лишь целое. Никакой привязанности. Никаких вещей, которые могут сбить будущего правителя с заданной цели.

Но теперь он собирался переступить через всё, чему был обучен. Потому что на кону стояло нечто гораздо более важное, чем какое-то государство.

— Я разберусь с тобой позже… когда найду свою невесту и брата. Но перед тем, как тебя возьмут под стражу, ты исполнишь одну мою просьбу. Как понимаешь, отказ не принимается.

***

Я кинулась к Максу, обняла его, заодно ощупала. Видимых повреждений вроде бы нет, хотя со знанием медицины у меня проблемы. Но если не орет, когда дотрагиваюсь — значит, целый. Он крепко прижал меня к себе, глубоко вздохнув, а потом спросил, чуть отстранившись:

— Как ты тут очутилась?

Да так, шла-шла и случайно дошла, приложив ночным горшком стражника. Банальный такой выдался денек. Я неопределенно пожала плечами.

Обычно героические объяснения в фильмах или сериалах получались куда более развернутые, но у меня, если честно, было предчувствие, что нас вот-вот поймают, а потому тратить время на разговоры не хотелось. Потом. Если выберемся, можно проболтать хоть всю жизнь.

— Всё объясню позже. Ты идти можешь? — Макс кивнул, и я подала ему ладонь, помогая встать на ноги; мужчина ощутимо покачивался. — Тебя пытали?..

— Идти могу. Нет, меня не пытали, — он как-то нехорошо поморщился. — Объясниться всё-таки придется, чтоб я понимал, чего ожидать. Потому что, если перед тем, как спуститься сюда, ты не прикончила императора, наверху нас ждут проблемы. Возможно, даже смертельные.

— Тогда коротко и по пунктам, — согласилась я и озвучила самое главное, исключительно тезисами. — Правда, я не знаю, как отсюда выбраться, — закончила оптимистично.

— Проблема в том, что я тоже не знаю…

Макс покрутил пальцами и рассеянно посмотрел на собственные ладони. Что он пытался там увидеть, карту здания? Я потопталась на месте, прислушиваясь к шорохам темницы, в которой изнывали узники а где-то, возможно, вовсю пытался распутаться несчастный стражник.

— Пойдем. Будем решать проблемы по мере поступления. Мы справимся.

— Мне бы твою уверенность, — ответил Макс и выдавил слабую, но всё же улыбку. — Показывай, куда дела страдальца. Придется его обворовать.

К счастью (уж не знаю, нашему или паренька, которому могло прилететь ещё раз), тот ещё не очнулся, а потому Макс быстренько раздел его, влез в излишне короткую форму, нацепил на волосы шляпу. Выглядел он, прямо скажем, неважно. Этакий нелюбимый стражник, донашивающий обноски за старшим братом. Штаны едва застегивались, верх перекосило на широких плечах.

Я в костюме служанки рядом с ним смотрелась просто великолепно. Ожившая эротическая фантазия, ну-ну.

Свою одежду мужчина затолкал под лежанку.

— Ты запомнила расположение комнат? — Макс приоткрыл дверь и выглянул в пустующий коридор. — Может быть, помнишь, как пройти к выходу?

— Не-а, — покачала головой. — Я была слишком занята, пытаясь найти тебя.

Блин, вообще-то он прав. Для начала не помешало бы осмотреть пути к отступлению, а то спасла, а куда дальше деваться — вопрос открытый. Но дело сделано. Я, конечно, могу ещё часик-другой поизображать прислугу, носясь по комнатам с метелкой, только какой смысл? Стражник оглушен и раздет, а Макс уже освобожден.

Будем действовать по обстоятельствам.

Обстоятельства красноречиво намекали нам бежать да подальше: служанки рассосались, и первый этаж наполнился звенящей тишиной. Не к добру. Теперь двое чужаков особо выделялись на фоне пустых помещений.

Макс растерянно осмотрелся, закусив губу, будто спрашивая интуицию: ну и что делать?!

Судя по всему, та взяла отгул.

Какие же разные братья дэ Горны. Раньше я всё чаще замечала их сходство, но их характеры сильно отчилаись. Александр всегда действовал четко, без промедления, даже не имея ни малейшего представления о ситуации. Он, прирожденный воин, не позволял сомнениям взять верх над рассудком. Но, зато и эмоции давались ему хуже. Потому что каждое проявление чувств — это «постыдная» слабость, а великим полководцам запрещено быть слабыми.