Чтение онлайн

Он не спал уже третью ночь подряд, работая в библиотеке Ватикана вместе с отцом Винетти, так что кофе теперь приходилось пить в два раза больше, чтобы поддерживать себя в относительно бодром состоянии. Он вышел на балкон подышать свежим воздухом, который на удивление не был отравлен выхлопными газами. Холодные осенние ветра их быстро уносили из города.

Мягкая трель телефонного звонка заставила его вернуться с балкона обратно в номер. Майлз предположил, что это звонит отец Винетти по городскому телефону, поскольку все остальные звонили ему на мобильный, но когда он поднял трубку и услышал знакомый голос Марты, у него перехватило дыхание.

— Бон джорно. Я соскучилась по тебе, вот и решила позвонить.

Его словно молнией ударило в голову. После того как Майлз узнал от падре, что обнаженной девушкой, скрывавшей свое лицо во время ритуала за золотой маской, была Марта Мейерс и что она, забеременев от дьявола, вышла замуж за Белуджи, он не представлял, о чем с ней вообще можно было теперь говорить.

— Э… я даже не знаю, что и сказать, — протянул он в ответ, ощущая сильное психологическое давление с ее стороны.

Его чувства смешались. Конечно же, ему было искренне жаль Марту, потому что, будучи одержимой демонами, она не могла отвечать за все те поступки, которые совершила. У Шона до сих пор стояли перед глазами пугающие сцены того дня, когда она, прыгнув с подоконника на санитара, как дикая кошка, впилась зубами в его шею и одним лишь взглядом чуть не убила врача «скорой помощи» по дороге в монастырь. Но, с другой стороны, ужасные вещи, произошедшие с ней в ту ночь, вне всяких сомнений, сделали ее совершенно другой личностью, которой никак нельзя было доверять.

— Откуда ты узнала этот номер? — стараясь не выказывать волнения, спросил Шон.

— Я услышала разговор Джино с Трейтоном. Они говорили о тебе и о следующем ритуале, который они хотят провести на днях в ночь полнолуния. Том оставил на письменном столе записку с номером твоего городского телефона. Джино собрался позвонить тебе сегодня ночью, но я решила опередить его.

— Ты теперь называешь его Джино — по имени?

— Прекрати. Я звоню, чтобы обратиться за помощью. Лишь изредка я прихожу в себя и понимаю весь ужас положения, в котором я оказалась не по своей воле.

— И звонишь специально на номер Ватикана, чтобы этот разговор непременно дошел до ушей Папы. В таком случае, почему ты не свяжешься непосредственно с ним?

— Я не думаю, что он сможет ответить, почему из сотни миллионов молодых красивых девушек выбрали именно меня.

«Она бьет на жалость. Значит, будет просить о чем-то конкретном», — подумал Майлз.

— Я думаю, тебе хорошо известно, что практически во всех пророчествах, связанных с приходом Антихриста, сказано, что его мать будет молодой еврейкой из колена Данова. Поэтому названное тобою число сразу же уменьшится до сотни тысяч. А если принять во внимание тот факт, что почти все еврейки уже в пятнадцать лет весят больше восьмидесяти килограммов и носят шестой размер бюстгальтера, то автоматически отсеются еще девяносто тысяч. Вычти из оставшегося количества всех с наследственными болезнями, вредными привычкам и дурным характером, и получим не более сотни. Из них красивых и умных девушек окажется десять, а с пропорциональными чертами лица «а-ля Нефертити» — всего одна.

— Но за что мне такое наказание? Я никогда не участвовала в сатанинских оргиях, не поклонялась идолам, не приносила своих детей на костре в жертву Молоху, потому что вообще не рожала, не сделала ни одного аборта и даже не заходила на порносайты. Я всегда считала это мерзостью, недостойной внимания нормального самодостаточного человека. Чем же я могла прогневить Бога, который вот так запросто распоряжается человеческой болью, страданиями и горем, мотивируя это какими-то будущими мифическими благами?

— Может быть, христианская мудрость «Пути Господни неисповедимы» наиболее уместна в данной ситуации. На мой взгляд, другого объяснения нет и быть не может, — сказал Шон, не желая даже задумываться над вопросом, на который никто, кроме самого Господа, определившего в Своем вселенском сценарии для Марты эту роль, не мог знать ответа.

— Я понимаю, куда ты клонишь. Но я сыта по горло этим обманом. Страдания в этом мире приведут только к дальнейшим, еще большим страданиям. Они имеют свойство размножаться, как вирусы, если их вовремя не убить.

Марта явно хотела затянуть Майлза в омут бесперспективной дискуссии на тему жестокости Господа к своим творениям, но он не поддавался на ее уловки, и она продолжила его обрабатывать:

— Сегодня ты страдаешь, прилагая усилия к тому, чтобы выжить в этом мире сплошного очковтирательства и обмана, а завтра в Раю на тебя наденут смирительную рубаху до пят, лавровый венок и белые тапочки. Затем секьюрити с белыми крыльями раздадут всем по «чупа-чупсу» и посадят тебя на лужайку вместе с сотней таких же круглых идиотов напротив куста с жасмином, откуда будет играть на гитаре вечно обдолбленный Джимми Хендрикс. И когда от дыма каннабиса у тебя начнут глаза вылезать из орбит, ангелы, ответственные за райскую пропаганду, начнут вдувать всем в уши, что это и есть компенсация за всю ту боль и страдания, которые ты испытывал на Земле. Так, что ли?

— Ты, кажется, что-то говорила о помощи? — резко оборвал ее Майлз.

— Я хотела попросить тебя, чтобы ты уговорил отца Винетти продолжить проводить сеансы экзорцизма. Я хочу стать прежней Мартой Мейерс и сделать аборт. Меня ужасает сама мысль, что я должна родить на свет этого ребенка, чьим отцом был даже не человек, а клон, сотворенный Сатаной.

Марта замолчала на пару секунд, а потом как бы невзначай добавила:

— Да, чуть не забыла, и еще эта восковая кукла, которую сделал Сантори. Пусть лучше отдаст ее сам, пока другие не пострадали.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Шон.

— Тебе отец Винетти сам все сегодня расскажет, — не желая вдаваться в подробности, ответила Марта и добавила:

— Полнолуние послезавтра, попроси его, чтобы он не затягивал. Ты же знаешь, что Люцифер этого так не оставит, и если Сантори не прекратит служить черные мессы с целью убить меня и его сына, дьявол начнет умерщвлять ваших детей тысячами.

— Что общего у полнолуния с сеансом экзорцизма? Ты лукавишь со мной, я не верю ни единому твоему слову. Вы просто хотите снова заманить нас в западню, чтобы в обмен на жизнь падре заставить меня провести еще один ритуал, — спокойным голосом сказал Шон, прочитав ее мысли.

— Честно говоря, я и не ожидала услышать от тебя что-то другое. Для тебя милосердие так же чуждо, как и для еврея-банкира, выгоняющего на улицу старуху, за которую некому заступиться.

— К чему такие яркие примеры? Разве ты не знала, что я увижу твой обман?

— Ну и что же именно ты увидел, умник?

— То, что тебе очень даже понравилась произошедшая с тобой перемена. Ты даже удивлялась не один раз, как могла жить до этого такой скучной жизнью этих ничтожных термитов под названием «люди». Ведь скоро весь мир будет лежать у твоих ног, не так ли?