Чтение онлайн

— Деньги останутся здесь. Мы будем сами оплачивать все по мере необходимости. Ваши жены будут находиться под домашним арестом до конца операции.

Закурив любимые ванильные сигары, он продолжил перечислять «компаньонам» ближайшие перспективы их светлого будущего:

— Чтобы дурные мысли не приходили вам в голову, вечером вас официально объявят в розыск Интерпола, но волноваться по этому поводу особенно не стоит. В Багдаде вы будете жить на территории одной из наемных охранных компаний, работающих по контракту на армию США. Там вас искать никто не станет. Вы будете передвигаться под конвоем до тех пор, пока мы не войдем в эту гробницу. Если все пройдет гладко, без эксцессов, то мы выполним свое обещание и выдадим вам официальные швейцарские паспорта.

Услышав, что уже завтра утром он будет на родине, генерал Оскан широко улыбнулся, как будто Трейтон донес до его ушей новость, ласкающую слух, о взрыве бомбы в американском посольстве. Хитрый огонек, блеснувший на долю секунды в его глазах, не ускользнул от внимания Тома. Когда их вывели из кабинета, он задержал своего помощника Брайана Пирсона, которого лично обучал на протяжении двух лет:

— Вроде серьезные люди, а ведут себя, как безнадежные придурки. Вы ничего подозрительного не заметили?

— Я уверен, сэр, что при первом удобном случае они попытаются улизнуть от нас, поскольку их настоящие семьи живут в Ираке, а здесь у них фиктивные браки только для отвода глаз. Так что, на самом деле, у нас нет никакого сдерживающего фактора.

Уловив недоумение на лице шефа, Пирсон достал фотографии из кармана:

— Взгляните сами, разве могут уважающие себя мужчины жить с такими, хм, как бы это помягче сказать…

— Вы хотите сказать, с обезьянами?

— И это тоже, сэр, но в данной ситуации все намного печальнее. Они сестры — однояйцевые близнецы, что само по себе встречается не так уж и часто.

— Ну и что из этого следует?

— Они состоят на учете у психиатра и живут на социальное пособие, так как комиссия признала их недееспособными. Периодически, раз в год, вот уже на протяжении тридцати лет их на месяц закрывают в психушку для профилактического лечения обострений параноидальной шизофрении. Так что наши арабы, подкупив местный опекунский совет, автоматически получат гражданство в случае, если у них отнимут дипломатические паспорта по известной вам причине.

— Не думаю, что это будет так просто сделать, но все же, Брайан, я искренне рад, что не потратил на вас время впустую. Наденьте нашим подопечным на ноги браслеты с GPS и передайте парням в Багдаде, чтобы не спускали с них глаз.

Вспомнив имена молодых ученых, о которых говорил профессор, Том сразу же решил навести о них справки.

Белуджи тем временем успел разобраться с текущими вопросами. Убедившись, что привлек к работе не гнусавого аморфного зануду, а способного творчески мыслить человека с острым умом, чувством юмора и деловой хваткой, он благосклонно обратился к Штейману:

— Не стану лукавить, профессор, меня действительно поджимает время. Светила онкологии дают мне максимум три, а кто-то и всего один год жизни. Будьте со мной всегда откровенны, и я вознагражу вас достаточно, чтобы вы прожили остаток своей жизни в тропическом раю на каком-нибудь экзотическом острове или на лазурном берегу Монако.

— Мне незачем гоняться за воздушными замками. К тому же, я не в том возрасте, чтобы позволить себе такую роскошь, как ошибки. После этой работы мне пора на покой, — ответил Штейман.

— Значит, вы полагаете, что наша игра все-таки стоит свеч?

Профессор немного замялся и постарался уйти от однозначного ответа на прямой вопрос, что безусловно понравилось медиамагнату, так как он всегда с долей здорового скептицизма относился к заявлениям самоуверенных кретинов, даже не подозревающих о том, какие могущественные невидимые силы сразу же начинали им мешать:

— Э-э… вот, если бы эти продавцы-арабы хотя бы намекнули вам о месторасположении этой гробницы, тогда бы, конечно, многое сразу прояснилось. Классическая чушь о пастухе, искавшем в горах отбившегося от стада козленка и вдруг случайно наткнувшегося на пещеру, которая в течение четырех тысяч лет удивительным образом оставалась незамеченной, не внушает никакого доверия. С тех пор как эту гробницу запечатали, пусть даже и в самом труднодоступном горном районе, сменилось не менее ста двадцати человеческих поколений. Еще до начала строительства Вавилонской башни в 1996 году до нашей эры кочевые семитические племена кутиев и эламитов, систематически разорявшие аккадские города-государства, успели помочиться в этих горах на каждый камень. Ну а «по большому» они, как правило, ходили всегда в пещеры.

— Там, наверное, просто прохладнее, — рассмеялся Джино, подметив, что профессор далеко не наивный простак, так как не поверил в историю торговца, на которую он сам уже чуть было не «повелся».

— Прохладнее — раз, а во-вторых, мухи не так за задницу кусают. Они в пустыне довольно злобные, и к тому же зеленые, что само по себе не очень-то радует глаз, — не растерялся Штейман и продолжил:

— Кому, как не мне, известно, что за последние два столетия, с тех пор как появился стабильный спрос на всякого рода древние пергаментные и бронзовые свитки, талисманы с текстами всевозможных заклинаний и даже целые фрагменты стен, бизнес по разграблению гробниц был поставлен на промышленные рельсы. Появились целые фамильные династии, не брезгующие этой пыльной работенкой. А в наше время, когда к ним присоединились военные, которым как раз и поручено охранять древние захоронения, вероятность обнаружить нетронутую гробницу близка к нулю. Так что пусть лучше арабы действительно расскажут вам правду, а не морочат голову всякой чепухой.

— Хм-м, Бабилу — врата бога, — задумчиво протянул Джино, чувствуя, что за этими двумя словами скрывается все то, ради чего ему придется выложить круглую сумму денег.

Медиамагнат посмотрел на часы, и профессор понял, что его лимит времени уже исчерпан, но, желая напоследок посильнее разжечь у собеседника искру любопытства, он добавил:

— Верховный жрец, составивший этот загадочный текст, прекрасно знал, что его сможет прочитать только тот человек, кому это предназначено свыше.

— Не удивлюсь, если вы искренне верите в то, что сами и являетесь этим человеком!

— Почему бы и нет! Ведь это же очень логично, учитывая, что вы днем с огнем не найдете на всей планете ни одного специалиста, который разбирался бы лучше меня во всей этой шумеро-аккадской галиматье, — рассудительно ответил Штейман, не принимая близко к сердцу иронию Белуджи.

Джино достал чековую книжку и, выписав чек на сто тысяч долларов, вложил его в конверт.

Почувствовав приближение очередного сильного приступа боли, он скривился и передал его испугавшемуся профессору.

— Это вам пригодится на мелкие расходы.

— Что с вами, вам плохо? — с неподдельной тревогой в голосе спросил профессор.

— Не обращайте внимания, — бросив взгляд на оригинал Ван Гога, висевший справа на стене, сказал медиамагнат и, улыбнувшись, добавил:

— Винсент каждый день строчил письма своему брату Тео и в одном из них он как-то упомянул, что все смертельные болезни — это всего-навсего поезда, быстро мчащиеся в другой мир. Тихо умереть в старости своей смертью — означает добираться туда пешком.