Чтение онлайн

— Зачем хотел встретиться? — сухо спросила Екатерина.

— Он пришёл за мной. Вчера. Прямо в клуб ворвался. Надо что-то делать, — с возмущением заговорил Вениамин. — Всех моих людей перебил. Понимаешь? Всех! Лёша Голицын погиб. Мы должны убить этого урода!

— Погоди, не тараторь, — осадила его Екатерина. — Рассказывай по порядку. Что случилось?

— А ты как будто не знаешь! На клуб напали. Мы с Лёхой обсуждали деловые вопросы. А тут — он. Всю охрану на хрен перебил.

— Сколько человек напало на заведение?

— Сколько? Один! Я о чём тебе толкую-то? — Вениамин был взвинчен до предела, но Екатерина лишь хмыкнула в ответ:

— Интересно.

— Да вообще, обосраться, как интересно! Это долбаное отребье пришло ко мне, князю, и пыталось меня убить! Меня! Ты понимаешь?!

— Ну что за манеры, — поморщилась Екатерина. — Когда уже перестанешь разговаривать, как шпана из трущоб?

— Да вертел я эти манеры! Делать-то что будем?

— Погоди ты, — отмахнулась Екатерина. — Подумать надо. А что у вас с Голицыным за дела были?

— А что? Это мой деловой партнёр, мы осуждали крупную сделку…

— Наркоту толкал?

— А это что-то меняет? — насупился Вениамин. — Нам надо избавиться от этого сраного посредника.

— Да поняла я. Лучше езжай домой, отдохни. Выпей чего-нибудь, понюхай… Сам знаешь, как расслабляться. Не мне тебя учить.

— Ты так спокойно об этом говоришь? Это чёрт знает что. Демоны на улицах. Мне угрожает опасность. Да может, нам всем угрожает опасность! Тебя там не было, ты не видела, какой монстр вторгся в наш мир. Он был огромен! Чёрный весь, десять глаз горят. Я никогда не видел ничего подобного…

— Ну что ты разнервничался, — Екатерина погладила Вениамина по щеке и в голосе её послышались нотки нежности. — Ну будет тебе. Всё же хорошо? Ты жив и здоров — это главное. А с остальным мы разберёмся. Вот увидишь, волноваться не о чем.

— Да, правду говоришь, — тут же успокоился Вениамин. — Ладно, я поеду, отдохну… Слушай, мысль есть. Ты же знаешь где он? Верно? Я могу сам им заняться. Завтра же пойду и разберусь. За всё ему отплачу.

— А вот торопиться не надо, — покачала головой Екатерина. — Это дело не такое простое, как кажется. Мало ли, что пойдёт не так? Доверь этот вопрос мне, хорошо?

— Как знаешь. Просто хочу лично посмотреть в глаза этому уроду. Хочу своими руками его удавить. Он перешёл границы, он должен заплатить.

— И заплатит, — уверила Екатерина. — Ты же меня знаешь. Скажи лучше вот что: ты с нами?

— Ну а с кем же? — удивился Вениамин. — Естественно с вами.

— А что ты у брата своего в прошлую пятницу делал, а?

— В смысле? Да пригласил, знаешь ли… В бильярд партейку сыграли, выпили, поболтали о том, о сём. Я что, не могу со своим братом встретиться?

— Конечно, можешь. Только не забывай, кто заботится о тебе, ладно? Времена грядут непростые, и сторону выбирать надо с умом. Надеюсь, ты понимаешь? — Екатерина строго посмотрела поверх очков.

— Конечно, — Вениамин смутился. — Всё понимаю. О чём вопрос?

— Тогда езжай домой и отдыхай, — улыбнулась Екатерина. — И не звони мне больше. Сейчас это может быть опасно. Я сам свяжусь, когда потребуется.

Домой я возвращался на метро. Мотоцикл остался на стоянке. Его я решил забрать в другой день, дабы лишний раз не мелькать на виду у полиции. А её возле клуба сегодня соберётся полно — сомнений никаких.

Когда я приехал домой, Олеся спала: на работу ей было к девяти. Но едва я приоткрыл дверь в спальню, девушка открыла глаза.

— А это ты, — Олеся потянулась и села на кровать. — Тебя опять всю ночь не было.

— Вениамин сбежал, — сказал я. — Я убил его людей, но сам он остался жив.

— То есть как? Ты ездил убивать Куракина? А чего мне не сказал?

— А зачем тебе? — я пошёл в ванную, умылся и вымыл руки. Хотелось спать.

— И что теперь? — Олеся, надев свои домашние шорты и футболу, вышла из комнаты. Она тоже направилась в ванную, принялась умывать своё заспанное лицо и расчёсывать всклокоченные волосы.

— Есть вероятность, что мне придётся бежать из города.

— А куда?

— Пока не решил. Куда у вас обычно бегут? В Турцию, Персию, Афганистан? Желательно, чтобы без визы. Может, имя придётся сменить. Чёрт его знает. Думать надо. Денег нет, ничерта нет… — заключил я с досадой.

— А можно с тобой?

— Да тебе-то куда? — рассмеялся я. — Не дури. У тебя тут и квартира, и работа. Нет, нельзя со мной.

— Жаль, — вздохнула Олеся. Она отправилась на кухню. — Тебе разогревать завтрак?

— Ага. Голоден, как волк, — я зашёл на кухню и сел за стол. — Да я тебе сейчас и не нужен тут. Только место занимаю.

— Мне будет скучно.

— Мне тоже не до веселья, знаешь ли. Ну а что поделать? Да и вообще, пока ничего не решено. Может, я тебе ещё какое-то время понадоедаю.

Позавтракав, я плюхнулся в постель и тут же отрубился. Но проспал недолго — меньше четырёх часов. Когда продрал глаза, Олеси дома не было, и я занялся ментальными тренировками, после чего пообедал и долго сидел у окна наблюдал за двором и за многоэтажкой напротив. Потом расхаживал по квартире, думая, что делать, а когда стрелки на большом железном будильнике, стоящем на тумбочке у кровати, показали семь, отправился к уличному телефону. Вряд ли Степан порадуется тому, что я сделал, но поставить его в известность я был должен. Теплилась надежда, что он не откажется помочь и хотя бы подскажет, куда податься, потому что я в этом мире за пределами райончика, в котором Денис обитал всю свою короткую жизнь, не знал абсолютно ничего. Приходилось хвататься за любую соломинку.

Трубку взяла Галина. Оказалось, Степана дома нет, и она не знала, когда будет. Делать нечего, пришлось ждать. Спустя полчаса бессмысленного блуждания по улице я позвонил снова — результат тот же. Потом позвонил полдевятого — Степан так и не пришёл.

Я повесил трубку. Мной овладело беспокойство. То с Куракиным не повезло, теперь ещё и опекун пропал, когда он так нужен. Случись это в другой день, я бы не подумал ничего дурного: мало ли, по какой причине можно задержаться на работе? Но сейчас меня терзали мрачные мысли. А что, если его схватили? Вдруг Куракины поняли, кто стоит за покушением на Вениамина, и поймали Степана, чтобы он сдал меня? Он-то, ясное дело, не знает, где я нахожусь, но если всё так, то теперь мне просто опасно с ним связываться.

На дороге, у которой стоял телефон-автомат, показалась колонна машин. Она сразу привлекла моё внимание, как и внимание прохожих, и те, завидев её, стали спешно расходиться по дворам.

Впереди ехал пикап со сдвоенной кабиной и увеличенным дорожным просветом. В кузове был установлен крупнокалиберный пулемёт, там же сидели люди в полувоенной форме. Все — с автоматами, а некоторые ещё — и в бронежилетах, все — кавказской внешности. Следом катил ещё один пикап, тоже с пулемётом. Потом — микроавтобус с пулемётной турелью на крыше и пять легковушек, набитые вооружёнными горцами. Колонна неспешно проехала по улице и свернула на ближайшем перекрёстке.