Чтение онлайн

Существо ринулось в комнату. Выстрел — и всё смолкло. Я зашёл следом. На полу лежал мужчина, одетый в самый обычный гражданский костюм. В руке был тяжёлый армейский пистолет. На столе перед окном стояла на сошках снайперская винтовка.

Вот этого-то я и боялся! Вот поэтому-то я каждый день и осматривал квартиры напротив. За мной всё же прислали убийцу. И прислали его отнюдь не бандиты. У тех, как мне казалось, другие методы, а тут на лицо более профессиональный подход.

В чехле я нашёл запасной магазин на восемь патронов. Я разобрал винтовку и упаковал в чехол. Пистолет тоже прихватил вместе с кобурой и двумя дополнительными магазинами. Тело устранил уже привычным способом, трофеи отнёс домой, после чего отправился по делам.

Когда Олеся вернулась вечером, она заинтересовалась чехлом, который стоял в углу одной из комнат. Пришлось показать оружие. Винтовка вызвала у девушки бурю эмоций.

— Ух ты! — воскликнула она. — Вот это хреновина! Откуда ты её взял?

— Считай, нашёл, — сказал я.

— Не, ну правда?

— Убийца меня караулили в доме напротив. Я же говорил, что меня ищут и мне нельзя тут долго оставаться. Выследили, уроды. Всё. Надо сваливать. Иначе скоро ещё пришлют.

— Блин, жалко. Значит, уедешь скоро да? — Олеся печально посмотрела мне в глаза.

— Уеду. Скоро, — подтвердил я.

— А ты умеешь с ней обращаться? — Олеся продолжала вертеть в руках разряженную винтовку. — Покажешь, как стрелять?

Я показал. Стрелять мы, разумеется, не стали, но я объяснил принцип действия оружия, показал, как целиться с оптикой и без, а так же рассказал, что знал, про работу пехотного снайпера.

Мне попалась самозарядная винтовка СВФ. Она создавалась на базе штурмовой винтовки АФ-83, но в отличие от автомата, имела более длинный ствол, модифицированные приклад и цевьё, и патрон в ней использовался винтовочный, а не промежуточный. Оружие было укомплектовано четырёхкратной оптикой и съёмными сошками.

Олесю удивили мои познания в области стрелкового оружия.

— И откуда ты всё это знаешь? — спросила она.

— Отец служил, рассказывал, — соврал я.

— Здорово было бы пострелять.

— Хочешь научиться?

— Конечно. Жаль, что нам запрещено владеть оружием, — вздохнула Олеся.

А между тем в районе постреливали. Возвращаясь на мотоцикле из Анино, я чуть не угодил под пули. На проспекте шёл бой. Кто с кем воевал, было непонятно. Я видел только пикап с пулемётом, который строчил куда-то в сторону дальних домов. Олеся тоже не знала, кто куролесит у нас на районе. Слышала, что вроде как дагестанцы из Химок с местными воюют. И это было плохо, ведь ими заведовал Гасан, которому я перешёл дорогу и который теперь жаждал моей смерти. Оставалось надеяться, что я уберусь отсюда раньше, чем он узнает о моём местонахождении.

Я до сих пор раздумывал, звонить или нет Степану. Боялся, что через него меня найдут те, с кем пересекаться я никак не желал. Но доводы «за» всё-таки перевесили. Решил: пойду на встречу, но если почувствую угрозу, выпущу дэва и постараюсь скрыться. У меня почти всё было готово к отъезду. Осталось купить баул и кое-какие мелочи, упаковать свои скудные пожитки, и — хоть завтра в путь. Ехать планировал либо в Хивинское, либо в Бухарское княжество. Ну а там — как получится.

Следующий день начался с традиционной тренировки и разведывательных мероприятий. Затем я отправился в туристический магазин, который находился на соседней станции. Можно было поехать на метро, но я решил прогуляться пешком — по времени не намного дольше.

И вот, идя по улице, я увидел, как мимо проезжает колонна бронетехники — четыре трёхосные бронетранспортёра с крупнокалиберными пулемётами в приземистых круглых башенках. На броне сидели солдаты.

Но едва колонна добралась до перекрёстка, как раздался взрыв. Один из ехавших в центре бронетранспортёров заволокло дымом. Солдаты попрыгали с машин и спрятались за уцелевшими бронетранспортёрами, которые дали задний ход, отступая за ближайший дом. Рокот крупнокалиберных пулемётов эхом разнёсся над кварталами.

Я ничего не понимал. В городе начиналась какая-то чехарда. Власти опять ввели военных? В газетах об этом не писали. Да и непонятно, откуда у бандитов гранатомёты. Так или иначе, Москва снова превращалась в зону боевых действий.

Я отправился в обход, но по пути пришла мысль заглянуть в магазин, где работала Олеся, проверить, всё ли в порядке. Я знал адрес: он как раз был где-то недалеко. Однако крюк всё же пришлось сделать.

Олеся работала в маркете, являющемся частью не самой крупной сети продуктовых магазинов. Он находился в торце двухэтажного панельного здания, в котором больше ничего не было — по крайней мере, так казалось на первый взгляд. Здание это стояло между двумя многоэтажками, на противоположной стороне улицы находился забор какого-то предприятия и автомастерская.

Когда я подошёл, магазин был закрыт, а возле крыльца толпились шестеро вооружённых людей. У некоторых я заметил штурмовые винтовки, у других — дробовики. Один здоровый бородатый кавказец яростно долбил ногой в железную дверь. Потом отошёл и дал очередь из автомата по окнам. Окна были зарешёчены, и налётчики не могли просто так попасть внутрь. Я не знал, есть ли в магазине народ, но если персонал оказался заперт, им требовалась помощь. Недолго думая, я направился к компании.

Я постучался в дверь.

— Они ушли, — крикнул я. — Открывай.

Молчание.

— Олеся, ты там? Это я. Открывайте!

Снова молчание. Но примерно через минуту за дверью послышались осторожные шаги.

— Денис? — спросила Олеся. — Это ты?

— Он самый. Открывай, говорю.

В замке скрипнул ключ, и тяжёлая металлическая дверь приоткрылась. Я зашёл, и Олеся тут же заперла её за мной.

В магазине меня встретили десять человек. Среди них были женщина-хивинка, мужик с пропитым лицом, который держал кусок трубы, и крепкий белобрысый парень, сжимавший в руке монтировку, а так же несколько продавцов в зелёных фартуках (как и у Олеси) и посетителей.

Я же держал отобранную у налётчиков штурмовую винтовку, и люди смотрели на меня с опаской.

— Что случилось? — спросила Олеся. — Мы слышали стрельбу.

— Ушли, — ответил я. — Повезло вам, смотрю. Успели закрыть.

— Мы как увидели, что эти шастают, — сказала с лёгким акцентом хивинка, — так и заперлись. И как раз вовремя. Те стрелять стали. Ты не из военных?

— Нет. Кто тут заведующий? Мне кажется, пора заканчивать рабочий день и расходиться по домам.

— Я сейчас закрою магазин, — хивинка пошла выключать свет в зале.

— Хорошо, — сказал я. — Сейчас все осторожно выходим за мной. А потом, как отойдём подальше, разбегаемся по домам. Что вообще происходит? Кто-нибудь в курсе?

— Сегодня Ховринская военная часть восстала, — объяснил белобрысый парень с монтировкой. — И Красковская — тоже. Вчера несколько кланов потребовали отречения императора, и от этого пошла вся заваруха.

— А военные, значит, за императора? — спросил я.

— Как раз, нет. Армия поддерживает отречение.

— Вот как? А дагестанцы за кого?