Чтение онлайн

— Рад слышать. Знаю, вы не из робкого десятка. И силы вам не занимать. Так что рассчитываю на вас. У вас ведь есть опыт командования подразделением?

— Недавно меня повысили до лейтенанта и дали в подчинение тактическую группу из десяти человек — по сути, отделение. Два месяца ими командую.

— Прекрасно! Когда будет собрано ополчение, вы поведёте в бой один из отрядов.

— Благодарю за доверие, Анатолий Иванович, но я буду вынужден отказаться. Причина проста. Гораздо эффективнее я действую, как самостоятельная боевая единица. Командир подразделения должен находиться с собственными подчинёнными. Но если понадобится драться с повелителем или другими сильными тварями, меня не должно ничто ограничивать или отвлекать. Понимаете? Поэтому сразу предупреждаю, не надо обременять меня лишними заботами.

— А кто тогда командовать будет? Ну… ладно, посмотрим. Учту ваше пожелание. Но опытом своим вам поделиться придётся. Опыт у вас есть, а тут повелителей и вождей никто в глаза не видел, кроме меня и ещё десятка стариков, которые уже одной ногой в могиле. Да и воевали мы пятьдесят-шестьдесят лет назад. А вы — только с передовой.

— Боевым опытом я поделюсь — не вопрос.

— Вот и славно. В общем, Алексей Михайлович, в связи с обострившейся на границе ситуацией, прошу не отлучаться надолго. Если я… точнее, мой сын — он же здесь главный — примет решение собирать ополчение, вы должны будете явиться. За нами не только Первосибирск. За нами вся страна. Я видел, как тьма наступала. Пожирал города, расползалась по всей Сибири. Не хотел бы снова увидеть такое под старость лет.

— Я тоже. Не для того я здесь, чтобы позволить тёмным ублюдкам по всей земле расплодиться, — я чуть было не добавил «снова», ведь на моей памяти однажды такое уже произошло.

— И ещё вот что скажу. Если мне в грядущей битве суждено погибнуть, я бы хотел, чтобы место хранителя заняли вы. Из всех, кого я знаю, вы больше всего достойны этой должности.

— Если честно, я даже не понимаю, что это за должность…

— Хранитель возглавляет ополчение. Он должен обладать огромной силой и боевым опытом. Первое у вас есть, второе — надеюсь, тоже. Год уже воюете, как-никак.

— К сожалению, не всё от меня зависит. Как император прикажет, так и будет.

— Верно. Но я замолвлю за вас словечко. Прежний император в наши дела не шибко нос совал. Мы сами решали, как нам землю свою защищать. Надеюсь, и нынешний будет придерживаться того же принципа.

С последним утверждением Анатолия я был несогласен. Может быть, император и не станет сильно лезть в дела местных князей и бояр, но вот меня он, есть вероятность, захочет оставить при себе. Он уже намекал, что, возможно, даже в Москву отправит, когда всё закончится. Но спорить с Третьяковым-старшим я не стал. Потом разберёмся, кому куда ехать. Сейчас главное — защитить границу.

По-хорошему командование должно было перебросить сюда резервы, чтобы поддержать местных. Но Анатолий Иванович сомневался, что это случится. Наверное, у него имелись на то основания. Однако мне казалось это глупо. Ведь падение Первосибирска станет серьёзной потерей и ударом по авторитету императора. Лучше не к Енисею рваться сломя голову, а вначале свои земли защитить должным образом. Неразумно сваливать всю ответственность на какое-то ополчение.

С другой стороны, есть губернская гвардия. Это тоже серьёзная сила, как я понял. Есть ополчение. Ну и мы с Анатолием вдвоём чего стоим. Теоретически все средства в наличии имеются. Главное, разумно ими распорядиться.

Третьяков просил меня остаться в Первосибирске, и я согласился. В Омск, правда, всё равно придётся съездить, но всего-лишь один день. А потом вернусь. Я боялся, что моё нахождение здесь усугубит ситуацию, и тенебрисов будет появляться больше. Но если мы с Третьяковым не ошиблись в своих догадках, над городом нависла куда более серьёзная угроза, и сейчас самой главной задачей являлось — предотвратить именно её.

А чтобы понять, действительно ли всё так ужасно или нет, я после разговора с Анатолием сам поехал к рубежу оценить обстановку.

Был уже вечер, но темнело сейчас поздно, и солнце ещё висело над горизонтом, когда я добрался до ближайшей крепости.

Подъезжая к буферной зоне, услышал стрельбу. Она гремела то вдали за горизонтом, то где-то совсем близко. Мне нечасто приходилось здесь бывать, но прошлые разы такой бешеной канонады не было. Похоже, прямо сейчас тенебрисы атаковали линию обороны.

Существа даже в буферную зону забрели. Пока я ехал через неё, насчитал более двадцати бестий и беллаторов. Пришлось останавливаться и уничтожать ближайших тварей. Бегать за ними по всему полю я сейчас не собирался, но вот путь следовало расчистить, чтобы не напал никто исподтишка.

А потом я увидел то, из-за чего бил тревогу Третьяков-старший. Густая тьма разлилась по всему горизонту и поднималась к самому небу. Эта картина выглядела устрашающей, хотя я подобное наблюдал не раз. С возвышенности, на которую я поднялся, мне удалось окинуть взглядом большое пространство вокруг и оценить масштабы угрозы. И да, это было серьёзно. Анатолий не зря паниковал.

То, что было в Гордеевской губернии, перед тем, как тёмные смяли там линию обороны, не шло ни в какое сравнение с тем, что появилось здесь. Нечто подобное наблюдалось разве во время пришествия первого повелителя, который полз, окутанный точно таким же густым дыханием бездны. И это могло говорить о появлении ещё одного исполинского монстра рядом с Первосибирском.

По словам Третьякова, тьма висела вёрстах в десяти от границы. А что такое десять вёрст? Повелитель пройдёт их за несколько часов, а потом и ещё пятьдесят пройдёт до Первосибирска. Или просто пошлёт вперёд свою армаду, которая в считанные дни уничтожит город и обратит всё население в живых мертвецов.

Атака могла начаться в любой момент, но к неё никто готов не было. Подкрепления нет, ополчение не собрано, даже город не эвакуирован. Люди продолжают жить как ни в чём не бывало, не подозревая, что тьма стоит у них на пороге.

Такое бездействие пугало сильнее, чем все повелители вместе взятые.

Задерживаться я долго не стал, а сразу же помчался обратно в свой особняк. По дороге набрал номер Третьякова-старшего:

— Анатолий Иванович, сейчас я от границы еду. Видел всё собственными глазами. Нужно срочно собирать ополчение. Немедленно! Простите за мой резкий тон, но ситуация критическая. Это похоже на то, когда мы с первым повелителем столкнулись. Тогда дыхание бездны было настолько же густым.

— Да, Алексей Михайлович, мне и самому только что снимки прислали, — ответил старик, и в голосе его чувствовалась печаль. — Вижу, серьёзно всё. Мой сын уже поднял по тревоге губернскую гвардию. А к вам просьба завтра явиться на нашу базу в Михайловском. Будем готовиться.

Когда я примчался домой, Света и Лера, как обычно, сидели за компьютерами каждая в своей комнате. Те располагались по соседству, двери были открыты, и девушки даже умудрялись иногда разговаривать друг другом.

— Срочно собирайтесь, — приказал я им. — Завтра уезжаете в Омск. Надо торопиться.

— А что случилось? — Света сняла наушники и повернулась ко мне в своём вращающемся кресле.

— На Первосибирск надвигается тьма. Губернатор собирает ополчение. Это не шутки. Тёмные могут напасть в любой момент. Вам надо срочно уехать