Чтение онлайн

Я сунул револьвер в карман пальто.

На всякий случай мы объехали квартал и остановились неподалёку так, чтобы видеть особняк Шереметевых.

Стали ждать. Часа через два, когда уже стемнело и улицу осветили фонари, приехал длинный чёрный седан АЗТ «Лань» и тоже припарковался недалеко от ворот Настиного дома. Синего Кадиллака не было, и я не знал, что делать. Похоже, Безбородко решил не показываться здесь.

Однако «Лань» мозолила глаза. Она стояла на другой стороне перекрёстка задом к нам и совсем близко к дому Шереметевых. Возможно, там находились дружинники, которые собирались схватить Настю. Но они мне были ненужны — мне был нужен глава тайной канцелярии.

Я вылез из машины и прошёлся по другой стороне улицы. Включил эфирное зрение. Сейчас оно доставало далеко, шагов на двадцать пять. В «Лани» сидели два эфирника и один одарённый, причём не самый слабый. Возможно, это и был Безбородко, но точно я знать не мог.

Вернулся. Продолжили ждать, в полном молчании таращась на калитку особняка, откуда должна была вот-вот появиться Настя.

Она вышла лишь спустя час. Было уже совсем поздно.

Едва Настя показалась на улице, как я велел Нике давить на газ. Машина рванула с места, проехала по диагонали пустой перекрёсток и затормозила как раз возле ворот дома. Настя даже понять ничего не успела.

Я открыл дверь и приказал:

— Залезай.

В этот момент из «Лани», что оказалась позади нас, выскочили двое мужчин в пальто и шляпах.

— Госпожа Шереметева, погодите минуточку, — окликнул один, который был повыше. — На два слова.

— Чёрт! Они за мной, — Настя спешно забралась на заднее сиденье.

Я вышел из машины и встал на пути мужчин, сжимая в кармане рукоять револьвера. Один из них был одарённым, второй — эфирником. К сожалению, я не знал Безбородко в лицо, но под то описание, которое дала Настя, ни один из них не подходил.

— Господа, прошу прощения, вы кто? — спросил я.

— Прочь с дороги! Дружина Шереметевых, — сказал один из мужчин.

— Стража Вяземских, — соврал я. — Какой у вас вопрос к Анастасии Шереметевой?

— Она должна поехать с нами. Это дела семьи, вас они не касаются.

— А я должен доставить её в академию до десяти вечера. Это приказ ректора, Константина Вяземского. Ещё раз прошу прощения, господа, но мы опаздываем.

— Да как вы смеете… — первый начал возражать, но второй, одарённый, жестом остановил его.

— По какому праву вы задерживаете Анастасию Шереметеву?

— Я выполняю приказ, отданный Константином Вяземским, ректором Первой академии. Все вопросы должны быть обращены к нему. Доброй ночи, господа, — попрощался я и вернулся в машину, не дожидаясь развития беседы.

Стражники находились в замешательстве, они не знали, что предпринять. Этим следовало воспользоваться и поскорее свалить отсюда. Не увидим Безбородко, я передумал устраивать драку.

Ника вдавила газ, развернула автомобиль через всю улицу, и мы поехали прочь. «Лань» шереметевских дружинников долго следовала за нами, отстала лишь у поворота к академии. Они не решились напасть. Я притворился стражником Вяземского, и это сработало. Дружинники не стали рисковать. Столкновение могло спровоцировать конфликт родов — наверное, они и сами прекрасно это понимали.

Но я не собирался сопровождать Настю каждое воскресенье. Лучше всего было поручить это дело настоящим стражникам Вяземского. Вряд ли ректор откажет нам.

Моей же главной целью по-прежнему оставался Святослав Шереметев, а главной задачей на ближайшее время — подготовка ко встрече с ним. Я не знал, при каких обстоятельствах она произойдёт, но рано или поздно, это случится, и тогда у меня должно быть достаточно сил, чтобы сделать то, что надо.

Состязания должны были состояться в середине июня, в первые три дня каникул, но на этот раз их планировали провести не в академии, а на открытой арене в Измайлово — втором крупном стадионе Москвы, или точнее сказать, первом, поскольку появился он раньше академического спорткомплекса.

Готовился я усердно, но не столько для того, чтобы победить в состязаниях (я не видел проблемы одержать победу во второй раз), сколько для того, чтобы бросить вызов Святославу Шереметеву. Он, как обычно, появится на церемониях открытия и закрытия, там-то я и подловлю его. Пора было кончать с этой сволочью, которая только и делает, что жизнь мне портит, и самым верным и безопасным способом это сделать я считал вызов на дуэль. Поводов требовать сатисфакции у меня было достаточно.

Затем я планировал посетить Ярославль, погостить у Лизы пару недель, посмотреть, как идут дела на заводе, а заодно заглянуть в фамильный особняк, превращённый в базу стражи, проведать моих новых сотрудников. Три набранные из уличной шпаны бойца пока нареканий не вызывали, они охотно учились, постигая ремесло, и проблем не создавали. А летом должны были прийти ещё десять человек, о которых мы договорились с Вяземским.

После Ярославля мне предстояло ехать в Екатеринбург. Пётр Оболенский предложил семьсот рублей за месяц службы, и я согласился. Сейчас любые деньги были нелишними. Кофейни в Ярославле и предприятия пока доход не приносили, и я хватался за каждую соломинку, чтобы не лезть в долги. К тому же услуга, оказанная роду Оболенских, укрепит наш союз, что также сулило некоторую выгоду.

Я пока не знал точно, что замышляет Пётр Петрович. Слышал, у него давний конфликт с двумя уральскими родами из-за каких-то заводов, и, похоже, этим летом Оболенские собирались поставить точку в данном вопросе. Мне предстояло участвовать.

Рассчитывал я и на приз за первое место на государственных магических состязаниях. С моими талантами это выглядело довольно простым способом заработка. Зимой за победу я получил в общей сложности пять тысяч: три — императорские деньги, две — награда от академии.

В мае, незадолго до окончания учебного года, начался очередной виток проблем после небольшого периода затишься. Так, с нами ни с того, ни с сего по какой-то неясной причине отказались сотрудничать два предприятия, делавшие заказы на поставку чугуна, а потом и вовсе взорвалась одна из трёх доменных печей.

С этой печальной новостью позвонила мне Лиза одним тёплым майским вечером.

— Кто это сделал? — спросил я, хотя догадаться было несложно.

— Никто не знает. Полиция начала расследование, — в голосе Лизы звучала печать. Моя попечительница не меньше меня была расстроена случившимся. — Говорят, похоже на взрывное устройство, но подробности пока не сообщают.

— Святослав, сволочь, и до завода добрался. Почему охрана проспала? Проверь их там всех. Вдруг кто-то из наших на него работает? Особенно новеньких.

— Думаешь, Святослав сделал?

— А кто ещё-то? Кто ещё? — возмущался я. — Разумеется, он! В прошлом месяце он уже пытался устроить диверсию. Забыла?

— Нет, конечно же, не забыла… просто взрыв могли устроить рабочие или… даже не знаю, кто. Наверное, ты прав, больше некому. Я скажу Нике, чтобы она проверила всех наших охранников.