Чтение онлайн

— Если понадобится, обращайтесь. А пока сосредоточьтесь на тренировках. На зимних состязаниях вы показали прекрасные результаты. Но не следует останавливаться на достигнутом. Если проявите усердие, можете стать лучшим участником! Достойная цель, согласитесь. А повоевать всегда успеете.

Вяземский был прав. За полгода я стал сильнее не только одногруппников, но и, наверное, всех студентов факультета. Моё новое эфирное тело преображалось под влиянием прежнего «я» из будущего. Не знаю, почему так происходило и как это работало, наука вряд ли сможет когда-нибудь изучить данный феномен. Тем не менее, факт оставался фактом.

И тут мелькнула мысль: что если попробовать вызвать Святослава Шереметева на поединок? Сейчас вряд ли хватит сил, но очень скоро я мог достичь того же уровня, что и он. К середине двадцатого века «славные» традиции дуэлей начали уходить в прошлое. Зачем драться один на один, когда каждый может собрать мини-армию? Но Святослав после всех наших стычек вряд ли упустит шанса поквитаться со мной лично. Сам он меня на поединок не вызовет: более низкий ранг давал мне возможность отказаться без вреда для репутации. Совсем другое дело, если вызов брошу я.

Но это крайний случай. Мне и самому не хотелось лишний раз рисковать собственной шкурой.

— Спасибо за совет, так и сделаю, ваше сиятельство, — сказал я. — А теперь позвольте откланяться. Тренировки ждут.

— Тренируетесь в неурочное время? Это очень похвально. Вижу, настрой у вас серьёзный. Идите, не смею задерживать, — сделав паузу, ректор добавил. — Всё будет хорошо, Алексей. Вам не о чем волноваться.

— Благодарю, ваше сиятельство, — ответил я дежурной фразой.

Здесь меня тоже ждало разочарование. Было понятно, что Вяземский мне не поможет.

Горбатову и Хилкову я решил не звонить. Каждому написал письмо. Так — надёжнее. Я не знал, прослушивается линия или нет, да и обсуждать важные дела по телефону в эти годы ещё считалось моветоном.

На следующий день случайно встретил Тамару в коридоре учебного корпуса, когда шёл на вторую пару. Мы давно не виделись, и я предложил ей пообедать вместе.

На большой перемене встретились снова и отправились в турецкий ресторанчик, что находился в глубине жилого квартала. Я ещё никогда там не бывал, но ради разнообразия решил попробовать. Мы заказали кебабы и устроились на диванах за столом, покрытым скатертью с восточными узорами.

— Ты опять будешь участвовать в соревнованиях? — переспросила Тамара, когда я рассказал ей новость. — Здорово! Я обязательно приду погляжу. Небось, опять всех победишь.

— Наверное. Это не самое сложное, что приходилось делать.

Тамара прожевала кусок, запила кофе и сказала:

— А я бы тоже хотела поучаствовать в состязаниях, но меня не возьмут. Я не такая сильная.

— Ты ещё на первом курсе. Может быть, на втором подтянешься. Дела у тебя идут неплохо, насколько я знаю.

— Ага. Думаешь, смогу?

— Судя по тому, что я видел… почему бы и нет? Воздушные лезвия у тебя мощные, щит пули держит, значит, сила есть. Печать… — я повертел рукой, — для первого курса вполне нормальная. Но я не знаток воздушной магии, ничего конкретного сказать не могу.

— А можно… потренироваться с тобой? — неуверенно проговорила Тамара и опустила взгляд. — Ты много чего умеешь.

— У меня, к сожалению, не так много времени, но… — я вначале хотел отказать, но потом подумал, что это меня ни к чему не обязывает и вряд ли повредит моим тренировкам, — приходи. Сегодня вечером свободна?

— Ага. Я каждый вечер свободна, — лицо Тамары осветилось радостью.

— Тогда встречаемся возле полигона в десять вечера. Знаешь, где северный вход? От вашего квартала по прямой. Если идти через сквер, упрёшься в него.

— Это где мы давеча встречались?

— Да-да, там же.

— А почему так поздно?

— Так надо. Предпочитаю тренироваться без лишних глаз. Придёшь?

— Конечно! Спасибо, что разрешил.

— А я могу запретить? На полигоне каждый может тренироваться в любое удобное время. Всё, доедай быстрей кебаб, и идём на занятия. Опоздаешь — надзиратель будет ругаться.

Тамара запихнула еду в рот, залила кофе, и дожёвывая на ходу, побежала за мной. Добравшись до главного корпуса, мы разделились.

Встретились, как и договаривались, в десять вечера возле северного входа. Тамара ждала меня, одетая в тёплый тренировочный костюм с небольшой эмблемой на груди, изображающей воздушный вихрь — знак принадлежности факультету. Я тоже был одет соответствующим образом.

Отправились в дальний конец полигона — на то самое поле, где я обычно занимался в последнее время.

Днём снег уже активно таял, а с темнотой вернулись заморозки и всё, что не успело растаять, заледенело вновь. Скользя по утоптанной дорожке, мы двигались мимо оград и бетонных сооружений. Вдали раздавались звуки ударов чего-то тяжёлого — не я один занимался тренировками в толь поздний час. Но большинство студентов уже сидели в своих квартирах и готовились ко сну.

— Ты здесь тренируешься? — удивилась Тамара, когда мы, наконец, выбрались в поле. — Никогда здесь раньше не была. Тут так… пусто. И идти далеко.

— А что делать? Мне нужно много свободного места.

— Ого! У тебя такие сильные заклинания?

— Верно. А теперь хватит болтовни. Давай поскорее приступим, если хочешь ещё успеть поспать. Вначале — подготовительные упражнения. Делай то, чему тебя учили. У меня — своя программа.

После эфирной «разминки» я продемонстрировал Тамаре несколько мощных заклинаний. Сделал огненную волну, шара объёмного взрыва и так называемый «удар Гаруды». Последнее заклинание представляло собой большой столб огня, бьющий в землю. Недавно его вспомнил и добавил в программу своих тренировок. «Удар» тоже требовал время и много энергии, но обладал такой силой, что в месте попадания образовывалась неглубокая воронка.

— Вот это да! Я первый раз такое вижу! — восхищению Тамары не было предела. — Вот бы тоже научиться чему-то эдакому. Скажи, а воздушной магии есть похожие заклинания?

— Прости, Тамара, но этот вопрос не ко мне. Более того, сейчас тебе не хватит ни сил, ни навыков на создание мощного заклинания. Оно относится ко второму типу, то есть, продвинутым. Пока рано.

— Эх, а жаль.

— Не надо сейчас об этом думать. Фокусируй внимание на том, что умеешь, доводи до совершенства те заклинания, которые тебе по силам. Путь у каждого свой, и ты должна пройти его так, как предначертано именно тебе. Когда тренируешься, будь в настоящем, обрати своё сознание внутрь, на эфирные потоки, живи только этим. И тогда эфир подчинится тебе полностью. Не позволяй мыслям распыляться на лишние вещи. Во время тренировки ничего другого не должно существовать. Искусство владения магией требует упорства и посвящения. Индийские брахманы называют это «священной жертвой», когда ты встаёшь на путь постижения силы. Знаешь, почему это так называется? Потому что ты отрекаешься от всего ради совершенства духа и слияния с Вечностью. Это — высшая цель любой магической практики.