Чтение онлайн

Тамара смотрела на меня во все глаза:

— Ты так умно говоришь. А как это сделать?

— Это называется работа сознания. Мой учитель из Индии говорил, что тренировка мысли — фундамент в любой магической практике. Но здесь, в академии, этому, к сожалению, уделяют недостаточно внимания.

— Вот почему ты такой сильный! А меня научишь?

— К сожалению, я не смогу в двух словах объяснить вещи, которые постигают годами. К тому же, работа сознания предполагает изучение особого боевого искусства. Может быть, однажды познакомлю тебя с основами. Но… это потом, — я огляделся по сторонам, никого поблизости не было. — Хочешь попрактиковать боевые техники в тренировочном поединке?

— Прямо в поединке? — переспросила Тамара. — А это разве можно? Нам строго-настрого запретили поединки с заклинаниями.

— А ты никому не говори. Здесь никого, кроме нас, нет. Давай. Чем нам ещё вдвоём заниматься на пустом полигоне? Или боишься?

— И ни капельки я не боюсь! Ладно, — в голосе Тамары чувствовался интерес. — Давай попробуем.

Мы встали друг напротив друга шагах в двадцати. Я создал огненный полусферический щит, закрывший меня с головой, и велел девушке кидать воздушные клинки.

Тамара стала метать прозрачные лезвия, на щит обрушились тяжёлые удары, эфирное поле всколыхнувшие. Но для меня такие атаки не являлись большой проблемой. Я мог выдержать много попаданий.

— Сильнее! — крикнул я. — Увеличивай силу.

— Я стараюсь, — ответила Тамара.

— Иди по кругу.

— А?

— По кругу иди и бей на ходу. Не будешь же во время боя стоять как истукан? Надо постоянно двигаться. Представь, что я вот-вот в тебя кину огненный шар.

Тамара быстро зашагала вокруг меня, продолжая создавать заклинания.

Наконец, она устала, мы сделали упражнения для восполнения баланса, а затем поменялись местами.

На этот раз Тамара прикрылась воздушным щитом, а я стал кидать слабые огненные шары, постепенно увеличивая силу. В ночи засверкали частые оранжевые вспышки. Когда Тамара сказала, что ей становится сложно удерживать барьер, мы прекратили занятия.

— Так и надо тренироваться, чтобы научиться вести бой, — подытожил я. — Вначале учишься держать удары и создавать заклинания в движении, потом можно приступить к отработке атакующих и защитных связок. Затем — полноценный учебный бой.

— Ух ты, как здорово! — Тамару переполняли эмоции и адреналин. — А меня научишь?

Я усмехнулся. Не хотел же никого учить, но у девушки был потенциал.. Сработал старый преподавательский рефлекс: захотелось развить в человеке талант.

— Так и быть, я научу тебя тем вещами, которым знаю. Будем встречаться здесь два раза в неделю и…

Моё внимание привлекли тени, что двигались со стороны бетонных конструкций неподалёку. К нам шли восемь человек. Двое держали в руках зажжённое пламя.

— Ой, к нам идут, — встревожилась Тамара. — Это, наверное, охрана. Они видели, что мы делали, теперь нам влетит. Зря мы затеяли всё это.

— Погоди… Отойди назад. Это не охрана.

Приближающиеся к нам люди были одеты в обычные штатские пальто и шляпы, лица были закрыты повязками. Сразу стало ясно, что намерения у компании недобрые.

— Эй, голубки, воркуем? — хрипло проговорил человек в сером пальто и плоской кепке — один из тех, кто держал в руке зажжённое пламя. — Не возражаете, если мы присоединимся к вашей милой беседе?

— Кто такие? — грозно спросил я.

— Тебя, Дубровский, предупреждали, что до лета не доживёшь? Предупреждали. Ну так что, убить тебя или просто покалечить?

Компания парней встала полукругом, готовясь атаковать. Эфирное зрение показало, что все они имели достаточно развитые печати. Трое были огневиками, трое — магами воздуха, один владел стихией земли, ещё один — стихией воздуха.

Особой силой ребята похвастаться не могли, но и слабаками не назвать. Уровень примерно студента четвёртого курса академии или среднестатистического стражника. Но думать о том, кто они, времени не было. Я не знал, справлюсь ли со всеми, ведь моя сила не успела восстановиться после тренировки.

Секунды оказалось достаточно, чтобы укрепить тело и окутать себя огнеупорной аурой.

— Лучше валите отсюда по-хорошему, — проговорил я и крикнул Тамаре. — Закройся щитом!

Подумал, что так она сможет выдержать больше ударов. Драться ей не имело смысла. Остатки сил следовало вложить в защиту.

Парень в сером пальто и кепке, который, судя по всему, был предводителем отряда, рассмеялся:

— Значит, тебе конец, Дубровский. Бейте его, пока не сдохнет!

Мои ноги сковала горная порода, тело обвила водная плеть. В ночи засверкали вспышки, в меня полетели магические снаряды: огненные «стрелы», острые булыжники и невидимые в темноте воздушные лезвия. Тело ощутило десятки ударов.

Одним движением я разорвал водные путы и направил энергию вперёд. Огненная волна прокатилась над землёй. Двух нападавших сбило с ног, остальные устояли, у кого-то загорелась пола пальто. Противников, как и меня, окутывала огнеупорная оболочка. Первый удар они выдержали.

— У него ещё полно сил! — крикнул кто-то.

— Поднажмём! — захрипел предводитель. — Он всего один! Струхнули?

Магические атаки возобновились не сразу. Противникам понадобилось несколько секунд, чтобы придти в себя. Я же не стал бить новой волной — готовил кое-что помощнее.

Шквал магических атак обрушился на меня с новой силой, но я держался, пока не почувствовал, что в руках моих достаточно силы.

Огненный столб ударил в землю и разлился волной по полю, обдав жаром всех вокруг, в том числе и меня. Один нападавший превратился в обугленную головешку, у двух загорелась одежда. Предводитель так и остался на ногах, хоть заклинание было направлено, главным образом, в него.

Сил осталось мало, а противники почти не убавлялись. Я понимал, что одному мне с ними не справиться, а на Тамару рассчитывать не приходилось. Надо было срочно устранить главного.

Рывок — я выдернул ноги из каменных оков. Ещё несколько рывков — двигаясь зиг-загом, переместился к предводителю. Тот швырнул пламя — оно столкнулось с моей огнеупорной оболочкой. Огненным ударом ладони я чуть не сбил противника с ног. Заряженные эфиром кулаки пробили хук и апперкот. Парень попытался ответит, но его рука оказалась в моём захвате. Бросок — и он на земле.

Удерживая руку противника, я стал его молотить по лицу. Мой кулак кувалдой обрушивался на замотанную повязкой физиономию. Главарь ударил меня огнём, я обдал его небольшим вихрем пламени и продолжил лупить, не позволяя вырваться из захвата.