Чтение онлайн

Те показали, что да, имеются, и улетучились в полной панике.

– Не умирай, - попросила она, прижавшись лбом к его лбу.
– Пожалуйста.

– Я помню, ты сказала, что тогда тоже умрешь.

– Да. Как угодно. Могу зарезаться, могу с башни прыгнуть, тут высоко. Но я лучше с тобой вместе... Яд есть.

– Не глупи!
– Дариан привстал и охнул от боли, случайно опершись на раненую руку.
– Перестань! Ты такая молодая и красивая!

– Я твоя жена, - Азиль вдруг выпрямилась и прищурилась.
– Я пойду с тобой. Я буду с тобой. Всегда и всюду.

– Да не умру я, - выговорил он, снова вспомнив дедушку Бриана.
– Больно очень, конечно, все крыло издырявили, паскуды... извини...

– Кровь не останавливается, - сказала она.
– Я сейчас. Надо заварить чего-ничего. Что ты смеешься?

– Так прабабушка говорит, - несмотря на боль, Дариана разбирал смех.
– Принес на свою голову!

Азиль фыркнула и вышла.

– Ты принцессу голодом не умори!
– крикнул ей вслед Дариан. То, что он услышал в ответ, не смог бы повторить даже в темноте и под одеялом. Смысл заключаться в том, что принцесса может хоть удавиться, хоть в окно выброситься, но Азиль будет дневать и ночевать у постели мужа. Правда, форма, в которой высказала это девушка, заставляла задуматься.
– Точно, история идет по кругу!

К вечеру кровь унялась, и хоть Дариан очень ослабел, встать мог, пусть и с помощью Рук.

– Ну перестань ты пичкать меня этой дрянью!
– взмолился он, когда Азиль впихнула в него очередную ложку своей стряпни.
– Не могу больше, клянусь! Я почти не ем, когда болен, не лезет в меня, да и прабабушка говорит, что лучше поголодать, чем так мучиться! Прошу, отнеси это принцессе, пусть подавится!

– Это, значит, я так скверно готовлю?
– тихо спросила Азиль. Прабабушка Эдна на ее месте встала бы, уперла руки в бока и громыхнула так, что все семейство присело.
– Извини. Я исправлюсь. Я должна быть хорошей женой.

– Ты что?
– с испугом спросил Дариан.
– Азиль, я не ругал тебя, ты готовишь отлично, хоть и непривычно, но не могу я есть, когда мне плохо, вот честное тебе слово даю. Прости, если обидел...

– Ничего. Ты же мужчина, а женщины обязаны терпеть, если муж недоволен.

– Что-о?!
– от возмущения он снова привстал и упал на подушку, выругавшись.
– Прабабушка с матерью и тетками вернутся, им скажи, кто тут должен терпеть! Муж обязан сделать так, чтобы в доме было тепло и светло, припасов натаскать, чтобы кладовые не пустовали, а распоряжаются всем -- женщины.

– Но ведь и у нас так, - недоуменно ответила Азиль, присев рядом.
– Мужчины охотятся, а женщины хранят очаг. Разделывают дичь, готовят, убирают, смотрят за детьми... В чем разница?

– Да я сам не пойму, - сказал он.
– Вроде и у нас так, и у вас... Хотя погоди, попробуем по-другому... Вот вернулся твой отец, скажем, с охоты, усталый и голодный, что сделает твоя мать?

– Снимет с него сапоги, усадит и подаст холодного квашеного молока, - удивленно сказала Азиль, - у вас не пьют такого, но оно вкусное, правда. Потом соберет на стол, принесет переодеться, а сама пойдет с дочерьми снимать с туши шкуру, рубить мясо и готовить его, пока муж отдыхает. А что? Что ты смеешься?

– Да я просто представил, как мой, к примеру, отец этак вот попробовал бы обойтись с нашими женщинами!
– Ему больно было смеяться, он придерживал раненую руку другой.
– Ух и погнали бы его по кочкам!

– Как это?

– Так. Сам приволок тушу какую-нибудь, отдохнешь, сам и разделывай. Конечно, муку там или что полегче хозяйки разберут да разнесут по кладовым, птицу ощиплют, рыбу почистят, Руки помогут, но большая добыча -- это для хозяина. Ну а уж приготовить -- тут они мастерицы... Правда, - сознался Дариан, - проще так сожрать, чем тащить, свежевать... Но ведь и детям мяса хочется, куда денешься? Приходится... Ты опять плачешь? Ну что такое? Не умираю я, не бойся. Больно, конечно, но заживет. У прадеда хуже было, прабабка тайком рассказала, и ничего, до сих пор летает...

– Я не потому, - всхлипнула Азиль.
– Там же корабли эти... Кто-то ведь их провел, кому-то заплатили. А раз так, то они ведь пристанут, хоть на шлюпках, людей высадят, пушки вытащат да и начнут палить по замку. И с берега люди подойдут.... Что тогда делать?!

– Не знаю, маленькая, - тихо ответил Дариан, погладив ее здоровой рукой по голове.
– Давай, я просто скажу тебе заветные слова, возьми в сокровищнице, сколько в руки уместится, да хоть принцессу туда отведи, и выходи. Дверь закроется сама.

– Так ведь дверь сломают, а эти слова у меня выпытают, - прошептала Азиль.

– Тогда дай принцессе столько драгоценностей, сколько сможет унести, выстави ее, и все. Наружную дверь не сломают, не бойся. Прости, в сон клонит... Пока не забыл, слушай и запоминай...

Поцеловав спящего мужа, Азиль вскочила, умылась и с по-прежнему непроницаемым лицом вошла к принцессе.

– Где тебя носит?!
– вскричала та.

– Тише, госпожа!
– шикнула та.
– С той стороны мыса целая эскадра! Наш-то дракон не полетел к ним, очень уж ленив, но зато я вызнала тайное слово! Идемте скорей за сокровищами, пока он спит.

– Какая ты умница, Азиль!
– всплеснула руками Лилиана.
– Бежим! Шаль взять?

– Непременно, госпожа, снаружи ветер холодный. Идите за мной!

Девушки пробежали галереями и переходами, спустились в сокровищницу, и Лилиана ахнула, увидев, какие вещи тут хранятся.

– Скорее, госпожа, он же проснется!
– торопила Азиль, хотя думала вовсе не о том.
– Берите, что подороже, вы ведь разбираетесь, да бежим!

– Сейчас, сейчас, сию минуту...

– Держите мою шаль, госпожа, в нее больше поместится, - сказала она.

– А ты?..

– Я степнячка. Я не замерзну. Быстрее, госпожа!

– Все-все!
– уверила Лилиана.
– Вот еще пару колечек. Идем... Ах, сколько тут всего!

Азиль все равно было, сколько добра в сокровищнице, она бегом протащила принцессу к выходу, отворила двери и вытолкнула ту наружу.

– Что с тобою?
– удивилась Лилиана.

– Идите, ваше высочество, - спокойно ответила Азиль.
– Вон, видите мачты? Туда и отправляйтесь. Прощайте.

– А как же ты?!

– А я теперь замужем, - ответила Азиль и тяжелая драконья дверь с грохтом захлопнулась.
– Авось доковыляешь, с бриллиантами-то в узле...

*

Дариану было не хуже и не лучше, и не стал он ругать жену за сокровища, подумаешь, камушки, их сколько угодно насобирать можно, а драконы вообще драгоценностей не носят. Избавилась от принцессы, и хорошо!

Только Лилиана, похоже, была крепче, чем казалась, и сумела спуститься туда, откуда могла докричаться до кораблей. После долгой паузы снова ударили пушки.

– Пусть стреляют, - сказал он, гладя Азиль по голове: она убрала волосы, как подобает замужней женщине.
– Пусть. Не достанут. Не бойся. И внутрь никто не войдет, это ведь еще добраться нужно!