Чтение онлайн

— Вы слишком логично рассуждаете. Пострадали дети. Система не сработала, не защитила, и люди хотят найти виноватого. Неужели девяностые ничему вас не научили? Правоохранительные органы — и первая линия обороны, и первый козел отпущения в городе.

Рейни покачала головой. Она ненавидела адвокатов. Они всё забирали и всё осложняли. А еще они, похоже, считали, что деньги исцеляют любые раны. Траур с одной стороны — и чек с другой.

Рейни прошла к столу, бесцеремонно столкнула Сандерса со своего места и постаралась сосредоточиться на первоочередных делах.

— Итак, — она положила руки перед собой на стол и посмотрела на мужчин, — сегодня утром в Портленде я разговаривала с баллистиками и судмедэкспертом. Сандерс, вы ничего не хотите мне сказать? Или я должна действовать по принципу «сначала стреляй, а потом разберемся»?

Детектив пожал плечами:

— Намекаете на тот самый так называемый загадочный спидлоудер?

— Черт бы вас побрал. Ладно, давайте начнем с него.

— Баллистики наткнулись на кое-что странное, вот и всё. На одном картридже нет отпечатков снаружи, зато есть некое вещество внутри.

— Полимер, — сказал Куинси.

Сандерс стрельнул в него глазами, а уже потом неодобрительно посмотрел на Рейни. Ему явно не понравилось, что она поделилась информацией с федералом. Ей на его недовольство было наплевать.

— Да, полимер, — неохотно подтвердил детектив. — А вам я не сказал только потому, что мы пока ничего не знаем. Надо провести еще несколько тестов, и до их окончания никакой новой информации у нас нет.

— Странный картридж — уже информация…

— В таком деле улик вроде странного спидлоудера — вагон и маленькая тележка. У нас куча несортированного мусора, отпечатки, которые не с чем сравнивать, и неизвестного происхождения телесные жидкости. Вопросов столько, что, если бы я все вам пересказывал, у вас бы голова распухла.

— Я веду расследование, и моя голова — это моя проблема, а не ваша.

— Ладно, ладно. — Сандерс миролюбиво поднял обе руки. — Поверьте, я на самом деле стараюсь помочь.

— Чушь. Все, что вы хотите, это закрыть дело. Поскорее и попроще.

— Да! Поскорее и попроще — лучше для всех и каждого. Ради бога, в этом городе полным-полно оружия…

— Тем важнее докопаться до истины. И в данный момент лично я не уверена, что это сделал Дэнни.

— Не уверены из-за того дурацкого картриджа?

— Дурацкого картриджа, дурацкой пули, дурацкой траектории, указывающей, что убийца Мелиссы Авалон был по крайней мере на несколько дюймов выше ее!

— Что?

Эйб Сандерс не разыгрывал удивление, и его реакция удивила Рейни. А потом она поняла. Детектив еще не читал отчет судмедэксперта. Он связывался только с криминалистической лабораторией.

— Не знали? — протянула она, насмешливо копируя его манеру. — Пуля из двадцать второго прошла от лба жертвы до основания черепа по нисходящей траектории. Другими словами, тринадцатилетний мальчишка-недоросток не стрелял в стоящую взрослую женщину.

Выражение на лице Сандерса сменилось с ошеломленного на озадаченное, а потом на задумчивое. Рейни видела — он пытается осмыслить новые факты. Мог ли Дэнни выстрелить, подняв руку над головой и направив дуло вниз? Или, может быть, он стоял на чем-то? На что он мог встать? И зачем?

Понять мыслительные упражнения Сандерса ей было нетрудно — тем же маршрутом она прошла сама в семь часов утра. Судмедэксперт и ее помощница даже продемонстрировали, как все могло произойти. Получить требуемую траекторию пули удалось только при условии, что стрелявший был по меньшей мере не ниже жертвы.

— Вот же дерьмо, — выругался Сандерс.

— Совершенно верно. Так что теперь эта странная гильза не так важна, как вам представлялось. К тому же есть вопрос и по пуле из двадцать второго — на ней не осталось следов нареза. Короче, все наши улики не сходятся.

— Минутку, минутку, — поспешил вставить Сандерс. — Не будем с водой выплескивать ребенка. На месте преступления изъят револьвер тридцать восьмого калибра, из которого убили двух девочек. На гильзах множественные отпечатки Дэнни. Плюс три спидлоудера. Не знаю, как насчет Мелиссы Авалон, но в случае с Салли и Элис улики указывают на Дэнни.

Рейни недоверчиво уставилась на детектива.

— А разве ничего не изменилось? У нас в деле громадная дыра, а для вас ничего не изменилось?

— Кое-какие вопросы возникли, да, и нам еще предстоит на них ответить, — спокойно парировал Сандерс, — но в целом, на мой взгляд, принципиально ничего не изменилось.

— Как же так может быть?

— А вот так! Ничего не изменилось! Послушайте, Коннер, я знаю, что у вас это первое дело с убийством, но, по правде говоря, далеко не все они укладываются в красивые коробочки с ленточкой. Случается, что вопросы так и остаются без ответа, а в уликах так и не удается разобраться. Наша работа — выстроить дело, и в этом плане нам есть на что опереться, чтобы доказать, что девочек убил Дэнни. Возможно, Мелиссу Авалон застрелил и не он, а кто-то другой, находившийся на месте преступления или решивший воспользоваться удобным моментом для достижения своих целей. Так или иначе, с моей точки зрения, Элис Бенсен и Салли Уокер погибли от руки Дэнни О'Грейди, и, следовательно, дело закрыто.

— Нет, — уперлась Рейни. — Дело не закрыто. Как только на месте преступления появляется неизвестный, все дело летит к чертям. На сцену выходит адвокат Эвери Джонсон. И он соглашается, что да, Дэнни достал оружие и Дэнни его зарядил, но стрелял кто-то другой — скажем, неизвестный ростом в пять футов и восемь дюймов, стоявший на травянистом холмике. Для присяжных это объяснение — то же самое, что сметана для кошки. Как только на месте преступления появляется таинственный незнакомец, наше дело рассыпается в пыль.

Сандерс нахмурился, открыл рот, чтобы поспорить, закрыл, снова заговорил и закончил эпизод тем, что нахмурился еще сильнее. Похоже, он вполне искренне считал, что в девочек стрелял Дэнни, но и найти слабое звено в логике Рейни у него не получалось. Таинственный незнакомец сеял обоснованное сомнение, и теперь имеющихся улик было явно недостаточно, чтобы убедить окружного прокурора.

Сандерс повернулся к Куинси.

— Коли хотите что-то сказать — не стесняйтесь, — проворчал он.

Фэбээровец пожал плечами.

— Думаю, мисс Коннер хорошо поработала.

— Ну, вы же у нас эксперт, черт возьми. Просветите, что мы упускаем.

— Если откровенно, мы возвращаемся к исходному. Мне кажется, для начала нам нужно ответить на ряд ключевых вопросов. Первый — почему Мелисса Авалон? Ее убийство отмечено несколькими уникальными элементами, и можно предположить, что именно оно было центральным событием всего случившегося. Мы знаем, что у нее, возможно, были какие-то отношения с директором Вандерзанденом. По словам Ричарда Манна, она порвала с семьей, в первую очередь с отцом. Интересно, есть ли у него доступ к компьютеру.