Чтение онлайн

Он перешагнул через мое тело. Нужно двигаться. Подняться на ноги, наброситься на него. Или хотя бы вытолкнуть его за дверь. Но мою грудь тяжело сдавило, а легкие отчаянно боролись за каждый миллилитр кислорода.

Чарли положил свою сумку на кровать. Затем он подошел к электронагревателю и щелкнул выключателем. Следом он открыл два окна, расположенных в противоположных концах комнаты, чтобы проветрить ее.

Усилием воли я попыталась расширить свои легкие, чтобы вдохнуть первые же порывы свежего воздуха. Но окна были слишком далеко. Или я изрядно надышалась отравой.

— Не хочу, чтобы концентрация угарного газа была слишком сильной, — пояснил Чарли. — Вдруг и на меня повлияет. Кто знает, насколько хорошо защищают эти маски, так что лучше не рисковать. К тому же, если мы немного здесь проветрим, работа следователей станет еще более увлекательной. Только представь, известный врач, умная, проницательная и предусмотрительная женщина — и все равно убита в собственной постели. Как это драматично, не правда ли? Читатели сойдут с ума.

Сгарци вернулся за своей сумкой, открыл ее.

Я видела, как у меня дрогнули пальцы на правой руке. Признаки жизни. Или предсмертные судороги от кислородного голодания?

— Можешь собой гордиться, Аделин. Я оставил тебя, как самую лучшую, напоследок. Конечно, первых двух жертв я тоже тщательно отбирал. Что мне действительно в них нравилось, так это то, что они были так привлекательны и так одиноки… превосходные жертвы. Кому есть дело до уродливых дур со скверным характером? Но две молодые дамы, у которых есть отличная работа, куча верных друзей и заботливая семья, — вот что нужно публике. Вот что любят читатели. Полагаю, твой отец думал так же. Ты когда-нибудь видела фотографии его жертв? Ни одной страшилы. У него был отличный вкус. Как будущий автор его биографии, которая определенно станет бестселлером, я сделал все возможное, чтобы пойти по его стопам. Разумеется, за тем исключением, что я не могу себе позволить такую роскошь, как собственный дом с мастерской и вынимающимися половицами в гостиной. Квартира в многоэтажном доме имеет свои недостатки.

Чарли натянул латексные перчатки и следом вынул из сумки маленький стеклянный пузырек. Хлороформ. На случай, если отравление угарным газом сойдет на нет. И на случай, если я попытаюсь сопротивляться.

Из ванной послышались какие-то звуки. Шана. Сгарци, похоже, не знал, что она тоже была здесь. Если бы только к ней вернулось сознание, если бы только у нее при себе был тот нож…

— А теперь, — бодро заговорил Чарли, — я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала, Аделин. Завершить начатое нужно сегодня. Обстановка накаляется. Особенно после того, как твоя сестра сбежала из этого курятника и копы подключили все свои резервы. Так бы я мог сыграть по максимуму, но с другой стороны… нет нужды идти на неоправданные риски. Я принес с собой несколько волосков, которые мне щедро одолжил Сэмюель Хейс, хотя сам он об этом даже не догадывается. Я хочу положить их, гм… прямо туда. Ну, ты поняла. Позже, когда судмедэксперты будут исследовать твой труп, они обязательно найдут их. ДНК приведет копов в квартиру Сэма, где он живет в полном одиночестве и даже некому подтвердить его алиби. А еще чуть позже они выяснят, что он является гордым владельцем писем и другого барахла, которое некогда принадлежало твоему покойному папаше. Если же они до всего этого не додумаются, то уж не знаю…

Чарли достал из сумки маленький пластиковый пакетик. Он открыл его и вытащил два коричневых волоска. Затем, склонившись надо мной, заглянул в мои остекленевшие глаза… потом перевел взгляд на израненное лицо.

— Ух ты, только посмотри на себя. Всегда знал, что Шана та еще сука, но чтобы настолько… — Сгарци поцокал языком, а затем вложил волоски в мою правую руку и зажал пальцы в кулак.

— Она не… не делала этого, — прошептала я.

— Ты про лицо?

— Про твоего кузена.

Чарли замер. Выражение его лица сменилось, а вместе с ним — и манера поведения. Выдуманный Пол Донабедьян исчез. Его место занял Чарли Сгарци. Он вдруг сощурился и угрожающе посмотрел на меня. Столько лет спустя ему все равно лучше всего удавалась роль уличного хулигана.

— Не смей говорить со мной о Донни, — прорычал он.

— Ты убил его.

Чарли уставился на меня.

— Это был несчастный случай? Он просто хотел… чтобы ты остановился…

— Это была шутливая потасовка. Просто шутливая потасовка!

— Шана тебя обнаружила. Ты над ним склонился. Колено стояло на груди? А руки сжимали шею?

— Заткнись!

— Ты… убил его. Но Шана… сошла с ума. Выхватила нож. Ты убежал, и она, вместо того чтобы наброситься на тебя, кинулась на Донни.

— Она отхватила ему ухо!

— Она просто… прикрыла тебя…

— У нее поехала крыша.

— Приступ психоза. Это все из-за тебя. Ты сломал ее, и никто… — Я наконец смогла дышать полной грудью. Легкие наполнились свежим воздухом. Я чуть не застонала от удовольствия. — Никого… не было рядом… чтобы помочь ей прийти в себя.

— Что сделано, то сделано. Я выучил свой урок. Уехал в Нью-Йорк и кем-то стал…

— Великий Притворщик, — пробормотала я.

— Заткнись!

— Раньше я часто наблюдала за людьми… пытаясь понять, как именно они испытывают боль. Но ты наверняка наблюдал за ними… чтобы копировать каждую их черту. Любые черты характера, любые эмоции. В тебе… в тебе нет ничего своего.

— Что ж, будем надеяться, что я смогу хорошо сыграть роль успешного человека, потому что уже завтра утром каждое телешоу захочет показать меня в прямом эфире и взять эксклюзивное интервью. Как я сумел пережить смерть матери от руки недавно объявившегося Убийцы с розой? Каково это — потерять всю семью из-за одного человека, между прочим, из-за твоей сестры? Тот, кто берет, всегда должен отдавать что-то взамен. Я главный эксперт по Гарри Дэю, не говоря уже об Убийце с розой. Первым делом завтра утром я окажусь перед объективами камер, зная, что все права на эту историю принадлежат мне. Книги, телешоу, права на экранизацию. Все это мое. И только мое. Больше нет нужды притворяться. Все мое, раз и навсегда.

— Ты убил свою собственную мать.

— Она все равно умирала! — прорычал Чарли. — Ты видела, что сделал с ней рак? Видела? Это похуже всякого убийства. Я подсыпал ей в чай снотворное, и она уснула. Из двух зол…

В комнате стало посвежее. Медленно, но верно воздух проникал внутрь. Но мог ли он дойти до ванной? Мог ли проникнуть в легкие Шаны?

Чарли, удостоверившись в качестве воздуха, сорвал с лица маску. Было видно, что ему уже не терпится приступить к самому главному.

— Волосы Сэма. Засунь их себе в трусы. Живо.

Я продолжала смотреть мутным взглядом прямо ему в глаза:

— А ведь она любила тебя.

Сгарци нахмурился:

— Еще бы. Я был примерным сыночком, заботился о ней.

— Даже после того, как ты убил ее племянника… и довел до смерти ее сестру.

— Я не хо…

— Длинные волосы. У тебя были длинные волосы?

— Что? — Сгарци удивленно посмотрел на меня.

Я сделала еще один глубокий вдох.

— У тебя… были длинные волосы?

— Давно. Еще в восьмидесятых. А что?

Я улыбнулась:

— Ты был похож на девчонку… по крайней мере, со спины. Вот почему Шана так отреагировала. Она увидела нашу мать, склонившуюся над отцом с лезвием в руках. Я так и знала.

— Ты такая же больная, как и она.

Позади раздался новый голос. Тихий. Полный угрозы. Голос Шаны.

— Но отнюдь не такая опасная.

Чарли подскочил к кровати, где стояла его спортивная сумка. Скорее всего, за скальпелем. Но в следующую секунду в его руке мелькнул пузырек с хлороформом. Без лишних раздумий он раздавил его в заранее приготовленной тряпке и двинул кулаком Шане в голову.