Чтение онлайн

Проголодался? Это не беда! Сейчас устроим завтрак в лучшем виде. Сосиски есть, яичницу подам, Пивка прикажем нацедить в подвале. А ты нам расскажи, как Амстердам Вы, пушкари, от принца отстояли. (Кричит.) Фабрициус!

Молчание.

Заспался, сатана! Флинк!

Молчание.

Тоже дрыхнет!.. Вечером вчерашним Смазливая служаночка одна Явилась к нам в сторожевую башню. Ну, мы, понятно, бросили вино, Забыли кости и решили было Ее пощупать, как заведено. Но тут девчонка эта нам открыла, Что принц Оранский, неусыпный страж Свободы нашей [44] , грузит на телеги Своих солдат, чтоб вольный город наш Лишить его старинных привилегий, Что он к нам подойдет в ночную тьму, Что, словно Каин, предающий брата, Пароль и отзыв выдали ему Тузы из армии и магистрата. Тогда мы запалили фитили, Штыки проверили, как говорится, И, не шумя, у пушек прилегли, Готовые достойно встретить принца. Боясь измены, не сказали мы И ни словечка Сиксу или Куку. Не миновать бы вам, орлы, тюрьмы, Когда б им кто шепнул про эту штуку! Мы так и думали. Глядим: как волк, Бряцая медью копий для острастки, Крадется рейтарский особый полк, И впереди — вельможный принц Оранский, Здесь для начала наш дозорный пост Их обстрелял. И поделом: не суйся! Потом поднялся наш висячий мост И громыхнули пушки Нисверслуйса [45] . Не стал протестовать высокий гость, Откланялся и повернул обратно. Лишь со скабрезной ручкой в поле трость Нашли мы утром. Принца, вероятно. Отчаянной пальбы услышав звук, В одном белье, с дежурной полуротой На башню к нам явился Баннинг Кук И грозно приказал открыть ворота. Он заорал, но тут, не обессудь, Братва его послушалась не шибко: Ребята взяли дурака за грудь И объяснили — в чем его ошибка. Как изменился он! Смешная роль! На что смешнее! Вспомнишь — хохот душит! Он проворчал, что принц ведь знал пароль, Но наконец велел стрелять из пушек. Он опоздал с приказом этим: тот И так немало получил гостинцев. Кук всякий раз хватался за живот, Когда ядро летело в войско принца.

Тихо отворяется дверь, и входит доктор Тюльп. Прислушавшись к разговору, становится за портьеру и подслушивает.

Приехал Сикс. На башне у перил Он долго в трубочку смотрел невинно. Он очень пушкарей благодарил, Но почему-то с крайне кислой миной. Наш бургомистр, казалось, был бы рад, Когда б врага впустили мы без звука. Да, Сикс — лиса! Он — тонкий бюрократ! Его накрыть куда трудней, чем Кука: Он тут соврет, а там подпустит лесть… А что ж служанка? Канула как в воду!.. Да ты, Рембрандт, хотел мне дать поесть. Я даром, что ль, сражался за свободу? (кричит) Эй, Флинк! Фабрициус!.. Всегда заснут!

Входит Хендрике. Увидев пушкаря, отворачивается. Тот внимательно в нее всматривается.

Их нет, хозяин. А коль нет, так живо Распорядись, чтоб через пять минут Стояли тут яичница и пиво.

Хендрике кланяется и уходит.

Пред Хендрике пасуют повара!.. Девчонка эта — из твоих домашних? Да. Это та служанка, что вчера Явилась к нам в сторожевую башню! (прикладывает палец к губам) Тсс. Тише, друг! Заткни-ка лучше рот И не вертись: испачкаешься краской. (тихо) Так это ты предупредил народ, Что замышляет злое принц Оранский? А хоть бы я? О том, что принц кружит Под городом, успел проговориться Мне Баннинг Кук спьяна. А я — мужик И не особенный поклонник принцев. (задумчиво) Так. Понял всё. Одно мне невдомек Ведь Молчаливый [46] , предок благородный, В роду у принца. Как он, дьявол, мог Подняться против вольности народной? Друг, вы наивны! Принцы каждый раз Теряют память о высоком прошлом, Когда им биржа отдает приказ Купцов избавить от высоких пошлин. Что ж дальше будет? Нападенье он Ошибкой объяснит. Влетит солдатам. Наш магистрат, чтоб соблюсти закон, Напишет ноту Генеральным штатам [47] . Для вида Штаты принца пожурят, Но, как рука прожорливой утробе, Он нужен им, чтоб красть чужих курят…