Чтение онлайн

200 Тексты Конь бьет вблизи, а слон же издалека, Способен в тыл врага залезть глубоко И может сделать столь опасный ход, Что лучше с ним считаться наперед. — Так знатоками выяснено в споре. Конь в тесноте сильней, слон — на просторе. Поэтому, презрев врагов возню, Божуй дал предпочтение коню. Слона же пешка малая сразила. Теснят врага, у белых крепнет сила. На королеву метит черный конь, А слон ему ответствует: не тронь! Ладья же белых, грозно и сурово Ступив вперед, на фланг напасть готова. Конь белых королеву хочет сбить, Надеясь, что ее не защитить. Но он ошибся все-таки в расчете: Слон черных ждет его на повороте. Хоть в пешке слон и видел западню, Он так сумел ударить по коню, Что лопнул панцирь, и в одно мгновенье Стрела вонзилась в грудь до оперенья. Повержен конь, но тотчас белый слон Презренной пешкой из пращи сражен, Погибшей в свою очередь, однако. . . «Что бьешь ты королевских слуг, собака!» В смятении и тот, и этот строй, И разгорается все жарче бой. Ладьи всё время сыплют стрелы с башен, Удар слонов безжалостен и страшен, По полю мчатся кони. Нет угла, Где схватка менее была бы зла. Дворяне, слуги мечутся тревожно, И распознать их лишь по цвету можно. Фортуна, смелость помогают им,

Поэмы 207 Успех то к тем приходит, то к другим. Убивший гибнет сам. Кипит сраженье, То тут, то там удача иль смятенье. Так волны моря, поднимая рев В раздоре двух столкнувшихся ветров, Друг друга ломят с силой неизменной, Скалистый берег обдавая пеной. Вот королева белая мечом В бою жестоком всё разит кругом, Снесла слона и мчится всё бесстрашней. Она взяла ладью с высокой башней, Клинком сверкая, вправо, влево бьет. А вкруг нее теснится черный сброд. Она же рвется дальше в схватке скорой Чрез строй преград — возы, валы, заборы, Король же черных, видя, что сплошал, Защиту наилучшую избрал: Он выслал королеву в ярких латах, И вновь она разит врагов проклятых. Один смят с тыла, спереди — другой. Уж жертв немало за ее душой! Уж белым плохо. Черные бьют кони Их здесь и там в неистовстве погони, Секут ряды: здесь пешка сражена, А там, глядишь, добрались до слона. Кто может дать в словах изображенье Того, как яростно кипит сраженье? Повсюду груды деревянных тел, И длится бой, в котором каждый смел. Смешав ряды, грызутся, словно звери. У белых, черных — равные потери. В пехоте, в коннице войска равны. А обе королевские жены, Лук с огненной стрелой сгибая туго, Стоят, насторожась, друг против друга.

202 Тексты И шага не уступит ни одна, Пока стрелой не будет пронзена. Два короля, на страже пленных оба, Глядят, чтоб те, кого скосила злоба, Уже из мертвых не могли восстать И в эту битву ринуться опять. Но, неизвестно хитростью какою, Вновь белые коня вернули к бою, Того, коня, что был сражен ксендзом И кончил дни свои пред королем. Он на доску поставлен незаметно И к вылазке готовится ответной. Так ведьмы, свежий труп добыв, скорей В Фессалии сзывают всех чертей,31 Фальшивую вдыхают душу в тело, Чтобы вторично жизнь его согрела, Чтоб говорило, видело оно, Как всем на этом свете суждено. Воскресший конь — в воинственном задоре. Но Федор хитрость обнаружил вскоре, Противнику он молвил: «Ты смышлен! И Петровин тобою воскрешен?»32 Что это так, свидетелей немало. От этих слов Божую жарко стало. Ему уж не до смеха. И при всех Смолчал он — ведь божиться было б грех! С доски пришлось коня снимать скорее. «Иди в могилу! Будет так вернее!» Не верят уж друг другу игроки И не отводят взора от доски. А королевы, в чисто женской злобе, Разя врага, неистовствуют обе. Друг против друга встав, они сейчас С властителей своих не сводят глаз. Вот белая, зайдя коварно с тыла,

Поэмы 203 Мгновенно негритянку поразила, Но праздновать победу не смогла — Ей в грудь самой уже вошла стрела. Глядели оба войска в озлобленье На королев своих уничтоженье, И долго вопли слышались вдали, Когда тела поверженных несли. Уже непримиримые отряды На гетманов шатры рвануться рады. Но осторожность нужно соблюдать — И та, и эта поослабла рать, Хотя и не вконец иссякла сила, И каждая часть войска сохранила. У черных есть король, ладья и слон, Конь резвый и двухпешечный заслон. У белых столько же на ратном поле, Но — к пользе их — одною пешкой боле. А остальной отряд весь перебит, На доску глянешь — сердце защемит! У королей осталось мало свиты, Двор опустел, придворные убиты. Грустя о королевах, короли На ложе в одиночестве легли, И каждый, хоть тоскует о подруге, Но всё же размышляет на досуге О том, как лучше защитить страну И новую найти себе жену. Король в доспехах белых речь вначале К служанкам держит,33 что поближе стали: Их доблесть боевая всем видна, Но только та достойная жена, Которая, уйдя из злой неволи, Всех раньше станет на последнем поле. Три белых пешки тотчас налегке Пошли, держась друг друга, по доске.

204 Тексты Одна из них, исполненная рвенья, Других опережает в наступленье, Кричит, чтоб только дали крылья ей, И до конца дойдет она скорей, Нет на пути преград в борьбе упорной: Жену себе искал властитель черный. К концу доски соперницы спешат, Глядит на них тот и другой отряд. Вот черная уже осталась сзади И просит помощи себе в досаде. А между тем явились слон с конем, Круша остатки белых напролом. Но спасся конь, ладья оборонилась. А пешка своего уже добилась: Как только стала на конце доски, Корона облегла ее виски. И белые тогда возликовали, А черные еще мрачнее стали. Король их в самый угол оттеснен, Нападки королевы терпит он. Чтобы ему расстаться с головою, Пути ему отрезаны ладьею. Она все подбирается к нему И в вечную повергнуть хочет тьму. Дела у чёрных плохи — гибель скоро. Уже всем ясно окончанье спора. «Сдавайся!» — Федору Божуй кричит. Того досада горькая томит. Он видит, что от мата нет защиты, Предвидит он позор, стыдом убитый. А между тем и солнце уж зашло. Сознаться в пораженье тяжело. Божуй торопит — нет уже исхода. — «Что ж! Одного нам дожидаться хода?» Но было решено прервать игру,

Поэмы 205 Чтобы окончить завтра поутру. Все, расходясь до нового сраженья, Отметили фигур расположенье: Король почти соседствует с ладьей, Что высится на клетке угловой, Конь встал пред королем на пятом поле. А пешка не шестом — там ей раздолье. Другая рядом — с правой стороны, Защищена слоном своей страны. За пешкой и слоном король Божуя Взор не спускает с черных, торжествуя, И вражьему властителю ладьей Уже грозится с линии второй. А королева, встав за тем же рядом, На черного слона косится взглядом. Так был расставлен шахматный народ. За черными остался первый ход. Король поставил стражу. Отдых нужен. Все гости отправляются на ужин. Но ест немного Федор, мало пьет, Ему зевота часто сводит рот. Хоть пьют его здоровье — в утешенье — Он чувствует и горечь, и смятенье. И на покой противников скорей Разводят, ставя стражу у дверей. В тревоге Анна. Сон зовет напрасно. Кто будет победителем — неясно. К обоим благосклонная, она В кого-то, уж наверно, влюблена. Чтоб знать, на чем игра остановилась, Она со старой няней сговорилась И вместе с ней потайным ходом в зал Прошла, где стол с фигурами стоял. Ее по голосу узнала стража

206 Тексты И пропустила, не окликнув даже. Склонилась тотчас Анна над доской, Всмотрелась зорко в каждый ратный строй; Дела у черных — хуже быть не может, Ход белых их защиту уничтожит. Но, к счастью, черным надо начинать И можно им решенье подсказать. «Конечно, конь хорош в разгаре боя, Не плох и слон для воинского строя, А всё ж идти на жертву есть расчет. Тогда и пешка до конца дойдет». Ладью поставив к королю рогами,34 К себе уходит Анна со слезами. Меж тем печален Федор — проиграл. Божуй ликует: час удач настал. Один всё ждет — скорей бы рассветало, Другой — чтоб дольше ночь еще стояла Но всё идет обычной чередой: Восток уж пламенеет золотой. Облекся Федор нехотя в одежды. И знает, что уж нет ему надежды. Однако продолжать игру идет — Бог весть, куда фортуна повернет! Пока еще не решено на небе Жить дальше иль в могилу лечь — твой жребий. Никто не встретил Федора. Смущен, При входе в зал шаги замедлил он, Улыбкою прикрыть стараясь горе, Ничем себя не выдать в разговоре. За шахматы садятся игроки, И Федору не победить тоски. Мат близок. Вдруг он видит в удивленье: Ладье дано иное направленье, На короля повернута она.

Поэмы 207 «Кто был здесь? Шутка, право, не смешна!» Доносит стража: королевна Анна Явилась полночью сюда нежданно, И, руку протянув к доске свою, Чуть повернула черную ладью. Божуй спросил: «А что при том сказала? О будущем, знать, муже загадала?» Она сказала: «Конь в бою хорош, И с доблестным слоном не пропадешь. Есть смысл порой с фигурою расстаться, А пешки могут до конца добраться». «Все это так! — Божуй нашел ответ.— Давно об этом знает целый свет. Отважный всадник саблей бой решает, В ладье сидящий 35 глупым не бывает, И Федор всем пожертвовать бы мог, Когда б удачи видел в том залог. Пехоте лишь пешком ходить пристало, Коня, ладьи судьба ей не послала». Ответил Федор: «Хорошо шутить, Когда рассчитываешь победить!» А сам на столик положил он локти И думает, покусывая ногти. Помыслил он: «Причем тут конь? К чему Считаться со слоном мне? Не пойму. Отдать ценнейшее? Но что же это? Иль суть вся в пешках? Не найду ответа. Зачем же ею тронута ладья? И это не напрасно — вижу я». Он думает и скрыть не в силах вздоха. Божуй ему: «Что, брат? Знать, черным плохо?» Но Федор уж не слышит ничего, Все мысли он собрал вкруг одного И, взвесив их, по долгом размышленье, Так королю сказал: «Судьбы свершенье

208 Тексты Уловке подчиняется простой. Хорош иль нет тот способ, но порой Фортуна лишь тому дается в руки, Кто тверд душой и в радости, и в муке. А кто удачей ослеплен всегда, Тот раскисает, лишь придет беда. Начнем игру! Смотри, Божуй. Я знаю, Ты слишком рано радуешься раю. Не думай, что сказал я наугад — На третьем ходе ты получишь мат!» Король подсел поближе, весь вниманье. Двор ждет, какое будет окончанье. Дают сигнал. Ладья одним прыжком Становится пред самым королем. Что делаешь, глупец! Готовясь к бою, С последней расстаешься ты ладьею? И королю иного нет пути, Как до конца с ней ссору довести. Обороняться надо поневоле, И он ладью сбивает тотчас с поля. А вслед ей пешка. Он назад прыжок — Другая пешка целит прямо в бок. За черными победа. Завершенье Игры повергнуло всех в изумленье. За Анной послано. Теперь она Судьбы веленьем — Федору жена. Соперник даже пира не дождался, Домой уехал — и не попрощался. Пора и мне! Покой я берегу И должен отдохнуть на берегу, Я Виды подражал умелым одам, Что долго плыл по итальянским водам, О той войне ведя искусно речь, Которой не нужны ни лук, ни меч.

Поэмы 209 МУЗА36 Для муз и для себя пою. Кого ж на свете Могли бы радовать простые песни эти? Все ищут выгоды, презрев порою честь, Хватая лишний грош. В том смысл, конечно, есть. Что толку от стихов? Одни пустые звуки! Ведь только богачу дается счастье в руки. Он всё имеет: власть, и деньги, и чины. Речист, красив. Ему все уступать должны. Затем и золото повсюду хвалят хором. Поэт же одинок, играет за забором С кузнечиками в лад, когда в лугах они Приветствуют июль и солнечные дни. Но все ж грядущие оценят поколенья Часы моих трудов и ночи вдохновенья. За равнодушие теперешних времен Посмертно буду я с лихвой вознагражден. Давно заботится прекрасный сын Латоны, Чтоб уцелел мой прах, потомством сбереженный. Пусть до простых людей и не дошел мой глас, О музы, к вам меня уже вознес Пегас, Вас буду вечно чтить, вы для меня родные, И я иным путем иду, чем остальные. Вы отличить меня сумели на века И, из толпы изъяв, взнесли под облака. Отсюда вижу я — спокойно, слава богу, — Тщету людских надежд, ошибки и тревогу. Иду за вами вслед, о золоте забыв, Что жемчуг мне, хоть он и дорог и красив? Не стоит доверять ценою дорогому. Сперва оно с тобой, потом уйдет к другому. Люблю поэта труд. Пусть зависть, гнев тая, Провалится, чтоб мог еще при жизни я 14 Ян Кохановский

210 Тексты И позже заслужить людское одобренье, Хоть что-то сохранить от тьмы уничтоженья. Вас, музы чтимые, мольбы мои зовут. О, помогите мне начатый кончить труд! И рыбам в силах вы дать голос лебединый, О, Зевса дочери, род славный и старинный, У грозного отца, на небе, за столом На пиршестве богов в чертоге золотом Приятным голосом под струн своих звучанье Ведете о былых вы днях повествованье, О том, как Энкелад, Мимант, Ред и Тифон, Всесильный Бриарей, гигант Порфирион37 С другими братьями пытались взять чертоги, Где издавна блаженствовали боги, И, горы взгромоздя, добрались до высот, Таранами дубов стуча в щиты ворот. Но тщетно. Хоть и был ужасен натиск рьяный, Бессмертным ли страшны восставшие титаны? Вот Марс с мечом в руке, в доспехах боевых — И сталь их гладкая, вся в отблесках живых. Вот рядом с ним Вулкан и грозная Юнона, Паллада со щитом у царственного трона, Прекрасный Аполлон, величьем осиян, Он в битве до конца опустошил колчан. Юпитер, наконец, разгневанный и ярый, Взял в руки молнии, громовые удары, Что бьют без промаха и недруга разят, Хотя б сквозь пласт земли он скрылся в самый ад. Ударил громом он, и молниею длинной Самоуправцев сверг в глубокие низины, Где придавили их обломки грузных гор, И там они лежат в могиле до сих пор. Богам поете вы. В дни мира золотые Приятно вспоминать опасности былые.