Чтение онлайн

Пока во Франции НКВД воплощал свою вторую крупномасштабную акцию против руководства РОВС, еще в одной стране Западной Европы шла «горячая война» коммунистов и их противников. Именно туда потекли ручейки добровольцев из числа бывших офицеров и генералов императорской армии. Всего на стороне генерала Франко воевало около 80 офицеров, принимавших участие в Гражданской войне в России, из которых 34 пали смертью храбрых. Предыстория же Гражданской войны в Испании такова. В результате правления испанского либерала-социалиста Беркенгера, чья личность мало соответствовала роли премьер-министра в силу ряда причин, во всех сферах управления государством, и экономике в том числе, воцарились анархия и полный хаос, приведшие, как и во время российской «февральской революции», к тому, что законный монарх отрекся от престола. Как только король покинул пределы Испании, левой оппозицией в парламенте была провозглашена республика. Правительство Испанской республики, как и российское Временное правительство, не могло справиться с бедственным экономическим положением страны, а на фоне образовавшегося кризиса власти в Барселоне стало быстро набирать силу движение анархистов. В какой-то момент возникло полное безвластие, лишь усилившее борьбу испанских политических партий. Многодневные парламентские дебаты, которые никуда не вели, обнаружили удивительный факт, что при всей ожесточенности споров по поводу дальнейшего политического будущего страны, реальная власть в стране оказалась никому не нужной. Никто из политических лидеров не взял на себя смелость взяться за насущные проблемы государственной жизни, ограничившись обвинениями оппозиционных партий и монархистов в развале страны.

Испанские коммунисты и социалисты решили воспользоваться сложившимся положением дел и забрать власть в свои руки. 16 июня 1936 года католический депутат по фамилии Сотелло, выступавший на заседании кортесов, произнес речь, обличая всю гибельность «Народного фронта» — альянса социалистов и коммунистов. Малоизвестная тогда коммунистка Долорес Ибаррури в ответной речи призвала народ Испании к восстанию и уничтожению всех «контрреволюционеров», подобных своему оппоненту. Это стало отправной точки обострившейся и уже вооруженной борьбы за власть. Для Испании начались дни «красного террора». Под давлением «Народного фронта» умеренный по своим политическим воззрениям президент республики Алькала Замора, был свергнут «восставшим народом» и заменен кандидатом от коммунистов — Мануэлем Азанья. «Народным фронтом» руководил член Коминтерна, частый гость советского правительства коммунист Ларго Кабаллеро. 13 июля 1936 года испанские коммунисты арестовали католического депутата Кальво Сотелло, увезли на грузовике и убили выстрелом в затылок. Труп его был выброшен убийцами на улицу. В Испании 1936 года события развивались по российскому сценарию 1917 года под управлением Коминтерна. Для полной победы международному коммунистическому движению осталось только лишь развалить армию и казнить офицеров-роялистов. В ответ на убийство Сотелло испанские генералы решили положить конец творящимся беззакониям, и, взяв власть в руки, подавить беспорядки. Испанский генерал Франко, как некогда и генерал Корнилов в России 1918 года, возглавил это движение также на юге своей страны. Противостояние началось в колонии на севере Африки. В ночь с 16 на 17 июля 1936 года восставшие офицеры под командой полковника Газало с верными частями захватили город Мелиллу. Попытка восстания в столице метрополии Мадриде, предпринятая генералом Виллегасом, провалилась. В ответ на это ночью на 20 июля 1936 года революционеры-анархисты и коммунисты устроили массовое сожжение католических храмов по всей стране, уничтожив огнем 50 церквей по всей Испании. Следом за этим ими инициировались массовые убийства мирных граждан. Как и в России, толпы коммунистов врывались в частные дома, искали, захватывали и убивали офицеров королевской армии. Многие испанские генералы были убиты в ходе этой резни, однако генералу Франко, находившемуся вне страны, удалось овладеть всей северной испанской Африкой и почти без всякого сопротивления начать высадку своих войск на южном берегу Испании. На севере Испании также появилась новая сила: «карлисты» — приверженцы монархического образа правления, которые сразу присоединились к националистам и стали создавать свои боевые добровольческие части «красных беретов» под названием «рекете», командовали которыми выбранные добровольцами офицеры. К концу июля 1936 года объединенными антикоммунистическими силами была захвачена треть Испании. В «республиканской» коммунистической части Испании продолжал бушевать пожар «красного террора». Испанские коммунисты с невероятными жестокостями убивали офицеров, священнослужителей и государственных служащих. Испанские «чекисты» — члены коммунистической тайной полиции все совершаемые именем революции убийства сопровождали чудовищными пытками: священников сжигали заживо, распинали на самодельных крестах, словно бы воскрешая былой опыт испанской инквизиции средневековья. Примечательно, что в вышедшей в свет еще в 1932 году книге Ильи Эренбурга «Испания», как отмечает рецензент [22] в газете «Парижский вестник», содержалось «кощунственное святотатство над христианскими обрядами, иконами, скульптурой, атрибутами культа, глумление над священниками и монахами… И переезжая с места на место, автор с торжествующим удовольствием сообщает: — Здесь они уничтожили все церкви! (Или несколько церквей или столько-то монастырей.) Он готов плясать от радости, получая сводку “успешных” святотатственных событий на антирелигиозном фронте… Эренбург бросал искры в пороховой погреб и своей цели достиг. Одна из его искр вспыхнула…» {112} Ввиду бедственного положения на фронте борьбы с роялистами республиканский премьер-министр Хираль обратился к председателю совета министров Французской республики Леону Блюму с просьбой о помощи. Во Францию, родину коммунизма, полетела телеграмма от правительства Испании о направлении оружия и боеприпасов. Одновременно с этим испанский коммунист Ларго Кабальеро телеграфировал просьбу об оказании подобной помощи в Москву. Французское правительство поручило Военному министерству направлять испанским коммунистам оружие и самолеты. Советское правительство послало военных специалистов и инструкторов. С молчаливого согласия премьер-министра Блюма в ряде городов Франции были открыты многочисленные вербовочные пункты для интернациональных бригад, состоявших из сочувствующих социализму добровольцев. А в начале августа 1936 года из Франции в сторону испанской границы тронулся первый эшелон с 700 «интернационалистами» на борту. В ответ на этот ход французской стороны итальянский дуче Бенитто Муссолини согласился с решением парламента своей страны о направлении вооружений, самолетов и добровольцев на помощь националистам Испании. 15 октября 1936 года в Барселону прибыли и первые советские пароходы «Георгий Димитров», «Нева», «Большевик», привезшие огромное количество боеприпасов, оружия и грузовиков. Тем временем в Москве ИНО НКВД начало работу по кадровому обеспечению испанских коммунистов. Помимо политических руководителей в Испанию направлялись специалисты различных направлений: военные инструкторы, комиссары, артиллеристы, танкисты и летчики. По сведениям некоторых исследователей, в обмен на это республиканцы передали Советскому Союзу весь золотой запас страны. За что к концу 1936 года получили из Москвы: 160 000 ружей, 4 миллиарда патронов, 25 000 пулеметов, 400 орудий и 12 000 снарядов, 350 танков, 200 000 бомб и гранат.

В ноябре 1936 года в Испанию стали прибывать в массовом порядке советские офицеры и технические работники. Примерно в это же время на южном побережье Испании начали выгружаться две итальянские стрелковые дивизии и приданная им авиация. В декабре 1936 года из Германии прибыл авиаполк «Кондор» в составе 4-х эскадрилий бомбардировщиков, 4-х эскадрилий истребителей и батареи ПВО. Политический кризис в Европе 1938 года и появившийся ультиматум Гитлера вынудили европейские страны отказаться от помощи противоборствующим сторонам в Испании.

Премьер-министр Испанской «республики» Хираль был заменен альтернативной кандидатурой теневого премьер-министра — Ларго Кабальеро, что поставило испанское республиканское правительство в прямую зависимость от советских директив. Президент Азанья покинул страну. «Интернациональные бригады», на которые республиканцами возлагались большие надежды, начали постепенно рассыпаться. Республиканский полковник Касадо по собственной инициативе тайно связался с националистическим командованием и предоставил возможность эвакуации Мадрида.

После этого Касадо сверг Миаха, арестовал и расстрелял других печально известных своим участием в испанском «красном терроре» коммунистических вожаков. 27 марта 1939 года республиканские войска постепенно отступили к Средиземному морю, и фактически Гражданская война в стране завершилась. Героическая борьба испанских патриотов против социалистов и коммунистов привлекла симпатии русских белых офицеров, многие из которых пытались принять в ней посильное участие. Однако Франция, управляемая правительством Леона Блюма, была всецело на стороне «красного» испанского правительства, и граница для добровольцев, пытавшихся выбраться из Франции, была закрыта. Средств у русских эмигрантов не было никаких, и они пробирались в Испанию своим ходом, по горным дорогам с постоянно присутствующим риском быть арестованными французскими пограничниками.

Как известно, около 80 белым офицерам все же удалось пробраться в Испанию, в том числе и генерал-майору Анатолию Владимировичу Фоку, служившему в подразделении (терсио) Зумалонореги и погибшему смертью храбрых на Арагонском фронте. В число пробравшихся на территорию Испании, конечно же, не входят те из белых эмигрантов, которые к началу Гражданской войны уже служили в Испанском иностранном легионе. В апреле 1937 года было получено распоряжение из штаба генерала Франко о формировании отдельной русской добровольческой части с русским уставом и русским командованием в составе терсио дона Мария де Молина.

Особую активность по организации записи русских добровольцев в армию генерала Франко проявил старший Парижской группы корниловцев полковник Г.З.Трошин. В начале марта 1937 года первая группа офицеров в количестве 7 человек, состоявшая главным образом из марковцев-артиллеристов, замечательно зарекомендовавших себя в качестве охраны великого князя Николая Николаевича еще в конце 1920-х годов, выехала из Парижа в Сен-Жан-де-Люс, расположившийся на границе с Испанией, как раз напротив испанского городка Ирун. Техническую переправу добровольцев через франко-испанскую границу обеспечивал поручик Савин. Генерал Фок, причисленный в армии Франко к штабу терсио, сам вызвался пойти в роту добровольцем. Анатолий Владимирович Фок, Яков Тимофеевич Полухин и генерал-майор Николай Всеволодович Шинкаренко приехали в Испанию из Африки: им пришлось нелегально перейти через границу испанского Марокко, чтобы попасть к испанским «белым». Пограничники встретили их настороженно, так как все русские олицетворялись в глазах испанцев с Советским Союзом. Однако вскоре мнение о них изменилось. Поводом для перемены отношения к добровольцам послужила история с генерал-майором Фоком. Когда пограничный комендант в испанском Марокко выразил сомнение в способности генерала быть полноценно задействованным на фронте, указав на его высокий чин, а главное — возраст генерала, которому было тогда 57 лет, Анатолий Владимирович Фок ответил испанскому колониальному пограничнику: «Насчет чина не волнуйтесь, я в 1918 году уже был рядовым бойцом (в батарее капитана Козлакова. — Примеч. авт.), а насчет возраста судите сами…» и тут же на глазах изумленных испанцев проделал несколько акробатических приемов и показал гимнастические упражнения с винтовкой.

Все четверо из прибывших чинов бывшей белой армии были сразу же зачислены в испанскую офицерскую резервную роту. Генерал Фок вскоре получил назначение в 1/3 батальона (терсио. — Примеч. авт.) под названием «Зумалакарреги». Вскоре за отличие в боях он был произведен в лейтенанты (тениенте. — Примеч. авт.) испанской армии и переведен на Арагонский фронт. В течение двух дней рота, где служил Фок и его боевые товарищи, мужественно сопротивлялась окружившим ее красным, больше половины ее погибло. Генерал Анатолий Владимирович Фок, штабс-капитан Яков Тимофеевич Полухин и испанский фельдфебель по фамилии Пастор перенесли раненых в часовню и, укрывшись там, открыли огонь по красным. Отрезанные от своих частей, они продержались в окруженной коммунистами часовне 12 дней, пока она и все, кто оставался в ней, не были сметены ураганным артиллерийским огнем испанских «красных». Так погиб начальник артиллерии 1-й пехотной дивизии Русской армии генерал-майор Фок Анатолий Владимирович, воевавший в Испании в чине подпоручика в подразделении «Зумалакарреги».

Из числа белых добровольцев еще один русский генерал-майор, Николай Всеволодович Шинкаренко, провоевал в чине лейтенанта франкистских войск, участвуя в борьбе против испанских коммунистов. Старший лейтенант Российского императорского флота Николай Александрович Рагозин был пожалован чином подполковника испанских ВВС за свои выдающиеся успехи в небе над

Испанией. Еще один русский летчик — старший лейтенант императорского форта Всеволод Михайлович Марченко (погибший под Мадридом в 1939 году [23] ), посмертно был удостоен высшей испанской военной награды — коллективной Лауреады.

Подполковник Сергей Николаевич Благовещенский, директор страховой компании «Стандарт-Книон» в Париже, организовывал переброску русских добровольцев из Франции в Испании. По окончании войны все русские добровольцы, из тех, кто не получил офицерского чина в испанской армии, были произведены в сержанты. Кроме того, русские добровольцы получили двухмесячные отпуска с сохранением за ними денежного содержания, а также (при наличии желания) испанское гражданство.

Один из доживших до XXI века участников русского добровольческого отряда в Испании, престарелый граф Григорий Павлович Ламсдорф, в интервью, данном в феврале 2002 года журналистке еженедельника «Совершенно секретно» Джин Вронской, так описывал свое участие в испанской кампании: «…уже через час после венчания ехал поездом к испанской границе. Ехал один. Знал, что мы там нужны. По-испански не знал ни слова. В этот момент войска фалангистов брали Ирун. Я переплыл реку и явился к ним. Когда я сказал, что русский, они решили: чекист из Москвы, провокатор. Меня вывезли в Наварру и отправили назад во Францию. Там на границе я встретил Колю Зотова, бывшего поручика Алексеевского полка. В эмиграции он работал киномехаником в Париже. Он тоже хотел сражаться с коммунистами, и мы вернулись в Испанию. На этот раз нам повезло, правда, не сразу. Нас отвезли в Памплону, посадили в тюрьму, а потом начали разбираться и поняли, кто мы такие. Тогда нас послали в Сарагосу. У меня от рождения были способности к языкам, и я быстро схватил испанский, даже научился писать. Нам дали переводить какие-то советские документы. Мы встретили антикоммунистов из многих стран. Мир знает о сражавшихся в Испании на стороне республиканцев интернационалистах-коммунистах, а о нашем “антикоммунистическом интернационале” никто и не слышал. Была сформирована русская часть из восьмидесяти бывших офицеров белой армии и солдат. Меня назначили на пулемет, как молодого инженера со смекалкой, к тому же говорившего по-испански. С Зотовым нас разделили. Каталония была абсолютно красной — гнездом анархистов. Я два года провоевал в Испании. По вечерам писал письма за неграмотных солдат. Священник, князь Шаховской (о. Иоанн. —Примеч. авт.), регулярно нас навещал. В 1937 году в Сарагосе меня тяжело ранили — был поврежден левый глаз и разворочена вся левая сторона тела. Зотов в Испании спился. Умер он на улице Мадрида — замерз».

В феврале 1939 года батальон с русским отрядом был передислоцирован через Теруэль в населенный пункт Эльторо, где русские занимали боевые позиции «Пенья Кемада» и «Пенья дель Дьябло» вплоть до окончания боевых действий. На март 1939 года русские добровольцы были распределены следующим образом: русский отряд в терсио Донья Мария де Молина состоял из 26 человек и находился под началом лейтенанта испанской армии Н.Е. Кривошеи и сержанта П.В. Белина. В русском отряде в «Терсио рекетэ» Наварры служило 2 человека; в терсио Ареаменди — 1; в терсио Монтехура — 2; в легионе — 3; а в эскадроне рекетэ Бургонья — 1, и трое оставили военную службу, из которых один лишь ротмистр Г.М. Зелим-Бек вынужден был сделать это по состоянию здоровья. Из всех известных на сегодняшний день русских добровольцев в Испании было убито 34, а из оставшихся в живых — 9 ранено. В разное время в ходе боев погибли: князь Лаурсов-Магалов, 3. Кампельский, В. Чиж, А.А. Бонч-Бруевич, Н. Иванов, морской летчик, капитан 2-го ранга М.А. Крыгин и др. Фалангист-легионер Куценко, раненный под Тэруэлем, был взят в плен коммунистами и замучен.