Чтение онлайн

Мы свернули с тропинки и буквально через двадцать метров вышли к озеру. Оно притаилось в окружении деревьев — тёмное, могучее, таинственное. Гладкая вода отражала серое небо, откуда, крадучись, начал сыпаться лёгкий, редкий дождь.

Но мы не чувствовали его, потому что это было наше время.

Дмитрий повернулся ко мне и взял меня за руки, мягко сжал их, пытаясь передать свои чувства. Мы смотрели друг другу в глаза. Казалось, что время остановилось.

— Полина… — проговорил он наконец, — я так ждал этого момента, потому что очень хотел сказать… можно?

Я коротко кивнула, волнуясь, как девчонка. Кажется, со всеми этими событиями я совсем забыла, сколько мне лет на самом деле, и чувствовала себя такой молодой.

— Я очень хочу забрать тебя и Серёжу из этого дома, — наконец продолжил Дмитрий. — Больше не могу смотреть на то, что происходит здесь. А так как мне скоро нужно будет уйти, потому что Дарья увезёт своего сына, то прошу: позволь мне сделать это. Я спрячу вас. Тимофей никогда нас не найдёт…

Последняя фраза, хоть и звучала замечательно, казалась нереалистичной.

— У Тимофея большая власть… — начала я несколько напряженно. И тут некстати вспомнился ещё один неприятный человек — тот самый, кто угрожал мне некоторое время назад.

— Нас могут найти, — продолжила печально. — Потому что Тимофей от сына он не отступится. Просто заберёт его у меня — и всё. Однако… — я громко сглотнула, — я тоже не хочу здесь оставаться. Если бы знала, что всё обернётся так… никогда бы не позволила вернуть себя. Впрочем, сейчас не стоит толковать о прошлом. Нужно думать о будущем…

— Что-нибудь придумаем! — воскликнул Дмитрий с жаром.

Кажется, тот факт, что я не отвергла его предложение, очень его воодушевил. И тогда я поняла, что, пожалуй, не могу больше держать своих чувств в себе.

— Дмитрий… — я шагнула к нему, оказавшись вплотную. — Митя…

Он вздрогнул при звучании своего имени, и по лицу его расплылась счастливая улыбка. И снова он казался мне таким юным, таким необычным, таким особенным.

— Полинушка… — он улыбнулся, обняв меня руками за талию. — Свет очей моих…

Я коротко рассмеялась. Прозвучало это так мило, хотя довольно-таки старомодно… с моей точки зрения.

— Скажи… скажи мне, чувствуешь ли ты в своём сердце то, что чувствую я? — зашептал он приглушённо, а глаза загорелись невероятной надеждой. Я кивнула.

— Чувствую. Действительно чувствую.

Дмитрий просиял.

— Я… я так счастлив слышать это. Спасибо тебе!

— За что же спасибо? — я смутилась. — Всё это время ты помогал мне. Помогал, спасал, поддерживал. Это я тебе должна.

Тогда он рывком наклонился ближе, и его губы оказались напротив моих.

— Можно я верну свои долги… поцелуем?

Этот игривый вопрос застал меня врасплох. Вот уж не думала, что такой правильный, добропорядочный молодой человек вдруг захочет такой оплаты. Но в этот момент я почувствовала безумную радость.

— Можно, — ответила с улыбкой.

И Дмитрий не заставил себя ждать.

Он целовал меня нежно и трепетно, ласково и с жаром. Его руки обнимали меня крепко-крепко. Движения чужих губ заставили меня забыть обо всём на свете. Хотелось отдаться этому чувству до конца, хотя это было безумием.

Неужели существует счастье больше, чем собственный ребёнок? Неужели даже в этом мире я могла бы иметь невероятную близость с человеком, который так хорош? Близость — в первую очередь — душевную. Глаза в глаза, плечо к плечу, вместе против беды, вместе во времена радости…

И поцелуй Дмитрия доказывал мне, что всё это возможно.

Да, надо убегать. Нужно уходить как можно дальше и как можно скорее. И пытаться обрести своё собственное счастье вдалеке от одержимых людей семьи Горенских…

— Я заберу тебя. Тебя и Серёжу. Обещаю. Как только всё устроим — уедем. Надолго. Навсегда, если захочешь, — Дмитрий держал меня за плечи и всеми силами старался быть убедительным.

Я остановилась. Взглянула в его глаза, полные решимости и нежности. Но внутри меня тут же вспыхнуло холодное беспокойство.

— Дмитрий… — медленно проговорила я. — А если он… Тимофей… если он начнёт искать нас? У него ведь есть право на ребёнка. Серёжа — его сын. Он может просто забрать моего мальчика.

Парень замер. Тень легла на лицо.

— Я думал об этом, — тихо ответил. — И ты права. У него есть влияние, связи, деньги. И фамилия. Всё это играет против нас.

Я сглотнула.

— Значит, нам придётся быть очень осторожными, — добавил Дмитрий. — Продумать всё до мелочей. Чтобы никто не знал, куда мы направились…

Я кивнула, чувствуя, как в груди нарастает тревога.

— Я боюсь, — призналась я. — Но ещё больше боюсь остаться.

Он притянул меня ближе, и мы долго стояли у воды, наслаждаясь последними минутами счастья…

А теперь пора возвращаться. Мы и так задержались непозволительно долго…

Во двор мы вошли через полчаса. Воздух был влажным, наполненным трескотнёй сверчков. Поместье встретило атмосферой давления и мрака. Я шла чуть позади Дмитрия, всё ещё ощущая тепло его руки на своей, хотя он её уже отпустил. Мы оба молчали. Каждый шаг к дому отрывал меня от того краткого мига счастья, которое мы позволили себе у озера. Тишина оказалась слишком плотной, обострённой и мучительной.

На крыльце стоял Тимофей в напряжённой, где-то даже агрессивной позе. Он едва ли взглянул на меня. Глаза его сразу же впились в Дмитрия, и этот взгляд мне ужасно не понравился. Муж ничего не сказал, ни слова. Только, когда мы приблизились, процедил:

— Иди к себе, Полина.

Я безропотно кивнула. Сделала шаг вперёд, ещё один, и не оборачиваясь, пошла к крыльцу, ощущая, как за спиной сгущается чужая подозрительность.

В доме было тихо. Только старые доски пола поскрипывали под ногами, и сердце колотилось в груди, как безумное. Я поднялась на второй этаж, всё ещё прокручивая встречу с Тимофеем. Начала корить себя за задержку у озера. Нужно было вернуться раньше, чтобы не дать ни малейшего повода для подозрений. Но те мгновения, которые мы провели вместе с Дмитрием, его слова, прикосновения, поцелуи — они стали живительным глотком воды для умирающей меня. Я никак не могла от них отказаться. Никак…