Чтение онлайн

Женщина резко замерла, повела плечами.

— В каком смысле? — её голос стал резким.

— В прямом! — с жаром ответила я. — Если присмотреться, у забора, у дровника, у сада… в тени стоят люди. Я видела оружие! Они там, повсюду!

Тамара Павловна вскочила со стула, подбежала к окну, нервно расправляя платье. Выглянула. Не удержавшись, я подскочила к ней.

— Вот! — я указала пальцем. — У дровника! Видите? Вон тень… движение…

Женщина прищурилась. И в следующее мгновение её лицо вытянулось.

— И впрямь… — пробормотала она. — Святые угодники, там кто-то есть…

Я торопливо заговорила, боясь, что она сейчас снова заупрямится:

— И это ещё не всё! Вспомните, как этот мужчина себя вёл вчера… он явно пытался ухаживать за вами. Флиртовал. Очевидно желал расположить вас к себе, чтобы потом… когда всё случится… вы встали на его сторону. Чтобы оправдали его действия перед остальными!

Тамара Павловна отшатнулась от окна и уставилась на меня с какой-то дикой, почти животной тревогой в глазах. Впервые я увидела её такой растерянной.

— Ах он… гад ползучий! — наконец процедила она, сцепив руки в замок так сильно, что побелели костяшки пальцев.

Я сделала ещё один шаг к ней, дрожащим голосом добавляя:

— Прошу вас, сделайте что-нибудь! Вы сильная, вас все здесь боятся… Вы можете остановить это! Пока не стало слишком поздно…

Она долго молчала, тяжело дыша, потом нервно оглянулась на дверь.

— Нужно что-то предпринять, — выдохнула она наконец. — Немедленно.

Я едва слышно выдохнула: кажется, поучилось… По крайней мере Тамара Павловна не станет стоять в стороне. Во что это выльется, мы скоро узнаем…

Я почти летела по коридору, сердце бухало в груди, ударяясь об ребра.

Шум, поднятый Тамарой Павловной, сделал своё дело — дом будто взорвался изнутри. Крики, хлопанье дверей, звон фарфора, перебранки, беготня слуг. Кто-то выкрикивал что-то в холле, кто-то — на лестнице. Атмосфера в доме разгоралась, как пламя на сухом сене.

Это мой шанс. Единственный!

Да, в кои веки я была благодарна этой истеричке за ее характер. Такая женщина, как сестрица моего мужа, не способна действовать взвешенно и осторожно. В свое время не пожалела младенца, выставив его на мороз. Теперь не собиралась церемониться с Кольцовым, хотя он, очевидно, опасный человек…

Пусть лютует. Лишь бы отвлекла внимание.

А мне нужно спасаться, пока не поздно…

Я влетела в комнату и сразу же упала на колени у комода. Руки дрожали, но двигались быстро, почти машинально. Документы — туда, в потёртую сумку, деньги от Дарьи — в боковой карман. Смену белья, пелёнки, шерстяную кофточку для Серёжи — всё скомкала и затолкала поверх. Сумка натянулась, но застегнулась.

Серёжа в колыбели завозился, захныкал, и это заставило меня вздрогнуть. Если он начнет так вести себя в момент побега, я далеко не убегу…

— Ш-ш-ш… — Я подхватила его на руки, прижимая к груди и укачивая прямо на ходу. — Потерпи, малыш. Ещё немного.

Он ворочался, хныкал еще какое-то время, борясь, наверное, с младенческим вздутием живота, а потом уткнулся носиком мне в плечо и начал посапывать, всхлипывая сквозь сон. Я чувствовала, как от каждого его вздоха дрожит моё сердце.

Переодеваться пришлось едва ли не с ним на руках. Накинула простое тёмное платье, затянула платок на голове — так, чтобы закрыть волосыи спрятать лицо в тени, набросила шерстяную кофту следом — неказистую, вообще не аристократическую, но теплую. Всё. Готова.

Взяла Серёжу в одну руку, сумку на плечо — и, пригнувшись, выскользнула в коридор.

Шум в доме стал только громче. Где-то в глубине — грохот, будто опрокинули тяжелый шкаф, чей-то визг. Прекрасно. Главное — не попасться никому на глаза.

Я спустилась вниз, держа руку на перилах — и каждый шаг, каждый скрип дерева под ногами казался громом. Ухо ловило каждый звук.

Прошмыгнула в тень, у стены, и, стараясь не шуметь, направилась в сторону служебного крыла.

Коридор здесь был узкий, тусклый, пахло углем и пылью. Я знала этот путь — он вёл в прачечную. Может, там есть выход…

Вдруг послышались шаги. Я замерла, прижавшись к стене. Из боковой двери вышла девчушка — лет шестнадцати, служанка. В руках ведро с тряпкой, лицо испуганное.

Наши глаза встретились. Я перестала дышать.

— Прошу… — выдохнула я. — Мне нужно выйти. Срочно. Ради ребёнка. Ты понимаешь? НЕ говори никому. Что видела меня, ладно?

Она кивнула — быстро, коротко. Подошла ближе, оглянулась через плечо и прошептала:

— Идите мимо старого подвала. Там дверь к чёрному ходу. Только осторожно — у самой двери может быть охрана.

Я не успела поблагодарить — она уже скрылась за углом, а я, почти не веря в удачу, рванула дальше.

Дверь в подвал заскрипела, как ставни на морозе. Я зажмурилась, но звука, кажется, никто не услышал. Ступени вели вниз — скользкие, каменные. Там пахло сыростью, старыми дровами и пролитым керосином. Я пробиралась в темноте, на ощупь.

Через несколько минут — выход. Деревянная дверь, за ней — свежий воздух и порывы ветра. Стук сердца в ушах почти перекрывал всё остальное.

Я толкнула дверь и вышла во двор.

Серёжа вздрогнул и тихонько засопел. Я успела сделать всего пару шагов — и тут сзади раздался окрик:

— Эй! Кто там?

Боже, это один из солдат. Я обернулась — он уже шёл в мою сторону, прищурившись…

Нет. Нет. Только не сейчас!!!

Я поспешила прочь, всеми силами делая вид, что не заметила крика. Авось примет за служанку в этой несуразной кофте? Серёжа икнул во сне — я крепче прижала его к себе. Сумка стукнула по бедру. Ноги увязли в грязи — вступила в лужу, юбка облепила лодыжки, платок почти сполз с головы из-за ветра, который бил в лицо.

— Стой! — донеслось сзади.

Я не обернулась. Поспешно шла сквозь двор, как в бреду. Вдруг из тени выскочил кто-то ещё — и на миг сердце остановилось. Но это был слуга. Один из тех, кто ещё недавно почтительно кивал мне, принося чай по утрам. Он увидел меня, увидел солдата за спиной — и вдруг неловко упустил ведро с углём прямо под ноги преследователю.

Солдат заорал, поскользнулся, упал и начал ругаться.

— Простите, господин! — запричитал слуга. — Я спешил на ваш зов и был неловок!!!