Чтение онлайн

16 октября 1992 года в здании Московской торговой палаты состоялось общее собрание акционеров ВББ, которые официально отстранили бывшего председателя совета банка Александра Конаныхина от занимаемой должности. Из совета банка был выведен также его друг и сокурсник Александр Лазаренко. Акционеры утвердили новый состав совета ВББ. В него вошли Авдеев, Болдырев, Сумской, Константин Сидячев и Василий Солдатов.

Новые руководители ВББ Авдеев и Болдырев уверяли, что возбуждение уголовных дел против должностных лиц банка и затем обыск в его помещении – либо происки Конаныхина, желающего насолить изменившим ему товарищам, либо желание милиционеров собрать конфиденциальную информацию о деятельности крупной коммерческой структуры. Михаил Болдырев рассказал, что еще в августе 1992 года руководство банка обратилось к Конаныхину с требованием срочно собрать совет и обсудить злоупотребления его председателя. Такие, например, как история предоставления фирме «Жилремстрой» кредита на приобретение двух автомобилей BMW, которые впоследствии были сданы фирмой в аренду банку под проценты, намного превышающие проценты по кредиту (один из купленных автомобилей находился в распоряжении Лазаренко, бывшего в то время членом совета ВББ, а другой – его супруги). Злоупотребления президента заставили руководство банка поставить на совете вопрос о его отстранении от занимаемой должности. Однако на заседание совета Конаныхин не явился. Более того, он попытался незаконно списать с корсчета банка в Credit Swiss те самые $3,1 млн на счет возглавляемой им офшорной компании International Investment Association for East Europe Ltd.

Суть указанной махинации, по словам Болдырева, заключалась в следующем. Конаныхин представил на подпись Василию Солдатову договор, по которому банк предоставлял компании обеспеченный сертификатами ВББ кредит на сумму $300 тыс. на 10 месяцев под 10 % годовых. Договор был составлен таким образом, что разделы «Предмет договора» и «Условия договора» находились на одном листе, а подписи и печать банка – на другом. Конаныхин при этом пообещал, что в ближайшее время договор со стороны заемщика будет подписан директором компании. Однако в тот же день он предъявил начальнику отдела валютных операций банка Валерию Кургузову подписанный договор с замененными страницами, на которых значилось, что ВББ предоставляет компании International Investment Association for East Europe Ltd. ничем не обеспеченный кредит на сумму $3,1 млн на пять лет под 3 % годовых, и попросил его немедленно перевести деньги на счет компании. Поскольку на договоре стояла подпись Солдатова, Кургузов выполнил распоряжение. На следующий день Конаныхин уехал за границу, а Солдатов получил выписку по операциям с валютными счетами, где было отражено списание $3,1 млн. Руководство банка отправило экстренное требование заморозить сумму в Credit Swiss и отстранило Конаныхина от должности. После этого, по словам Болдырева, пытавшийся ограбить собственный банк Конаныхин предпринял попытки отвести от себя подозрения и обвинить во всех грехах руководство банка.

Вадим Авдеев рассказывал, что «Конаныхин был акционером ВББ, Российской национальной службы экономической безопасности, «Всероссийской биржи недвижимости», учредителем и издателем газеты «Биржевые ведомости», но заметного вклада в их развитие не внес». По словам Авдеева, над созданием перечисленных коммерческих структур работали многие люди, а в результате Конаныхин назвал плоды их творчества своей «финансовой империей», хотя к тому, что получилось, «даже слово «холдинг» мало подходит». Авдеев не отрицал, что в ВББ трудятся люди из бывшего КГБ, но объяснял это тем, что на определенных постах нужны хорошие чиновники, а «лучше, чем в ГБ, не сыскать». Кроме того, «гэбешный» имидж фирмы спасал контору от мелких налетчиков. Однако Авдеев подчеркивал, что эти люди прежде работали в основном в научно-исследовательских предприятиях КГБ и не имели возможности оказывать какое-либо влияние через бывших «конторских» коллег на получение прибылей своих нынешних работодателей.

Что касается бандитского нападения на Конаныхина, якобы организованного Авдеевым и Болдыревым, то Авдеев рассказал, что 2 сентября 1992 года действительно встречался с банкиром в Венгрии – «вычислил» его в одной из престижных гостиниц Будапешта и попросил своего товарища организовать встречу, которую тот и устроил. В результате Конаныхин устно согласился, что поступил некорректно с $3 млн. В тот момент, по словам Авдеева, деньги можно было вернуть мгновенно с помощью факса. Пообещав отправить факс о переводе денег и уйти от банковских дел на родине, Конаныхин ночью сбежал из Венгрии через австрийскую границу. Кстати, по словам Авдеева, отъезд Конаныхина в Венгрию был связан не с историей с $3 млн, а с его причастностью к делу АНТа. Косвенным подтверждением этому мог служить тот факт, что тогда в Венгрии скрывался и Владимир Ряшенцев.

Сам Конаныхин, который в это время уже находился в Америке, уверял, что всему виной – деятельность группы из четырех новых сопредседателей совета ВББ (Авдеева, Сидячева, Сумского и Болдырева), осуществляющей всевозможные экономические махинации, и в очередной раз обвинил эту группу в преследовании его самого и верных ему людей. «31 августа мне поставили условие: $3 млн наличными в 24 часа, – сказал банкир. – Я уехал в Будапешт, но и там меня нашел Авдеев и снова стал угрожать. Мне чудом удалось бежать в Америку. Воспользовавшись моим отсутствием, группа узурпировала руководство банком и объявила себя «сопредседателями». Сейчас они стали совершать хищения и шантажировать верных мне сотрудников». Конаныхин собирался преследовать своих бывших компаньонов в судебном порядке и даже обратился с этой целью в адвокатскую фирму Skadden, Arts (США).

Конфликт между Конаныхиным и его бывшими соратниками развивался по нарастающей. Не имея возможности участвовать в разборках лично, он комментировал происходящее, рассылая факсы в российские СМИ. В апреле 1993 года он вновь проинформировал президента России, правительство, правоохранительные органы и многие СМИ, отправив им сообщения по факсу, о том, что команда гэбэшников захватила власть на созданных им биржах и в банке, совершает незаконные операции с ценными бумагами и хищение сотен миллионов рублей. А выгнали его потому, что он, Конаныхин, злоупотребления выявил и пытался им помешать.

Правоохранительные органы не оставили без внимания заявления банкира. Поскольку в своих письмах он писал, что его обокрало КГБ, проверка была поручена военной прокуратуре. Проводил ее военный прокурор Московского военного округа Александр Волеводз. По его словам, он попытался найти Конаныхина, чтобы его опросить, но не смог: «Местонахождение банкира было никому не известно. Я знал лишь, что его нет в России. На одном из посланий остался номер факса, с которого его отправляли. Я составил письмо с вопросами и отправил по этому номеру. В июне 1993 года в прокуратуру по почте пришел пакет документов и некоторые объяснения от Конаныхина».

Между прокурором и банкиром завязалась переписка. Как вспоминает Волеводз, ответы банкира оставляли у него двоякое впечатление – вроде бы он был готов к сотрудничеству, но в то же время старательно обходил острые моменты, не замечая целых групп вопросов. Время от времени банкир посылал в прокуратуру заявления, требуя проверить очередной факт противоправных действий его бывшей команды. Например, такой: «На мой загородный дом в поселке Малаховка (улица Тургенева, 62) было совершено бандитское нападение. Неизвестные забросали дом взрывными устройствами и бутылками с зажигательной смесью. В результате несколько человек получили ранения». На место происшествия выехали сотрудники милиции и прокуратуры. Оказалось, что на улице Тургенева ни Конаныхин, ни его жена никогда не проживали. По указанному адресу находился обычный многоквартирный дом, в котором ничего подобного не происходило.

Одновременно была проведена проверка и в ВББ. Выяснилось, что в 1991–1992 годах из ВББ пропало более $8 млн. К 1994 году судьба пропавших миллионов более или менее прояснилась. Оказалось, что еще в январе 1992 года Конаныхин выдал кредит в размере $5 млн зарегистрированной в офшорной зоне (остров Мэн) компании Tradelink Associates Limited. Фирму зарегистрировали двое граждан России, одним из которых оказался сам Конаныхин. Со счета TAL деньги были переведены на личные счета самого Конаныхина в банках Венгрии, Швейцарии и США. Потом была выявлена еще одна финансовая афера, совершенная с использованием TAL.: Конаныхин с приятелем украли $800 тыс. По словам Александра Волеводза, к весне 1994 года у него накопилось 12 томов по проверкам многочисленных заявлений Конаныхина и четыре тома материалов о хищениях $8,1 млн из ВББ. В результате было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлениям банкира и в возбуждении уголовных дел против самого Конаныхина.

Хотя Волеводз перешел на работу в Главную военную прокуратуру, но начатого дела не оставил. По решению Генпрокуратуры была сформирована оперативно-следственная группа для расследования хищений, возглавить которую поручили все тому же Волеводзу.

А Александр Конаныхин с супругой Еленой Грачевой в это время проживал в США, в Вашингтоне, в апартаментах в престижном комплексе Уотергейт по соседству с Белым домом.