Чтение онлайн

— Слушаюсь, Ваша Светлость, — лицо менталиста исказилось в отвратной улыбке. Он нацелил на меня раскрытую ладонь.

Ментальные нити вырвались оттуда и устремились в мою голову!

Я живо сконцентрировал в центре своего лба всю ману, которую успевал. За долю секунды сделать это было не так-то просто. Но совершенно необходимо.

Чтобы я просто получил несколько дополнительных секунд, за которые выстрою защиту из нужных мне воспоминаний Руслана!

Лишь бы только не потерять при этом СВОЮ личность!

Я ощутил, как острые нити впиваются в мою голову. Проникают сквозь естественный барьер маны. Залезают в мозг, как черви.

И вязнут, в нагнанной мною сгущенной мане.

Миронов — этот лысый ментальный ублюдок — чуть нахмурился.

Что, не ожидал, собака, что тебе могут сопротивляться?

Я не дал ему добраться до головного мана-ядра, откуда он бы и считал воспоминания. Видимо, в этом мире менталисты были не особо сильны. Раз обычный чтец мыслей, да ещё и через прямое воздействие, считался здесь великим магом.

Я выдохнул. Просто слегка пренервничал. Такое бывает, когда сталкиваешься со страшилкой из детства, которую ещё не поборол окончательно.

Но нити упрямо лезли внутрь. Я давал им по чуть-чуть продвигаться, пока сам изучал силу Миронова. Он уже начинал злиться. Было видно по лицу и тому, как дрожали его ментальные нити.

А я пока в спешке фиксировал вниманием воспоминания Руслана, его страхи, детские фобии и мечты. И постепенно зарывался под них.

Слава всем силам, что я в своё время озаботился тренировкой ментала!

Лицо Миронова исказилось в злой гримасе. Он добавил маны, его нити рванулись глубже, попадая ровно на расставленную мной ловушку.

Тончайшими манипуляциями маны я, незаметно для самого Миронова, развёл кончики его ментальных нитей по нужным мне отделам головного мана-ядра. А потом дал к ним подключиться. Но выставил плотные барьеры из маны, между этими отделами и доступом к моим собственным, личным воспоминаниям.

Пусть смотрит память Руслана, оставленную на виду.

Контакт! Соприкоснулись два разума.

И сразу же вступили в битву.

Я ощутил воздействие чужой воли. Довольно крепкой. И при этом усиленной Даром менталиста. Она давила, сметала всё, что мог бы выставить простой человек.

Миронов прорывался в воспоминания Руслана, считывая их за мгновения. Он рыскал в моей памяти. Искал. Пытался найти что-то важное. Какой-то секрет.

И он нашёл. То, что я сам решил ему показать!

Победу над Вячеславом Морозовым.

Встречу с Людмилой Покровской.

Пробуждение стихии пространства.

Получение статуса вольного рода.

Но он не получил моих собственных мыслей, эмоций, оценок и планов. Только картинку происходящих событий. Без всяких подробностей.

Это злило его всё сильнее. Он увеличивал ментальный напор. Пытался давить.

Но для менталиста грубое давление — это провал.

Их работа должна быть тоньше, чем у ювелира.

Когда злость Миронова критически приблизилась к пику, я тут же выдал ему главный ответ…

Я не связан с «Тихим Домом».

И тогда нити вырвались из моей головы.

— Чист, — на выдохе произнёс Миронов, вытирая пот со лба.

Я едва сдержал усмешку. Если он считался здесь одним из сильнейших, то за свои мысли я мог быть спокоен.

— Почему ты остался в сознании? — на меня посмотрел граф Архатов. Среди присутствующих графов он был самым молодым. Может, на пару лет старше меня. Но крепкий, с каменным лицом и густой чёрной бородой.

— Врождённая сопротивляемость, — с раздражением ответил за меня Миронов. — Хорошая концентрация. Сильная воля. Ты — следующий! — и он принялся за Архатова.

Вот он не удивил.

Затрясся, как и Белокрылов. И так же залил кровью из носа собственную одежду. А затем вырубился.

— Чист, — произнёс Миронов и повернулся к Горицкому.

Тот сидел невозмутимо. С густыми бровями, смугловатой кожей и орлиным носом.

Нити влетели в его голову, с точно таким же результатом как у Белокрылова и Архатова.

— Чист, — бросил Миронов и нацелился на Молчанова.

Невысокого. Со взъерошенными чёрными волосами. Он меньше всех здесь был похож на аристократа, куда больше напоминая заблудившегося студента.

Но вёл он себя самым странным образом. Смотрел без страха. Без волнения.

Но в глазах у него была… бездна.

Он смотрел так, как смотрят люди, повидавшие ад.

Или устроившие его сами.

— Если вы залезете в мою голову, то рискуете не вернуться обратно, — спокойно и тихо сказал он, не отводя глаз от Миронова.

Но тот только прищурился и выпустил в него ментальные нити. И как только они погрузились внутрь его головы, тут же задрожали.

А Миронов, глотая воздух, завалился назад. Один из сопровождавших его Мастеров подхватил его. А второй в эту же секунду был рядом с Молчановым, держа покрытую металлом руку у его виска.

Но Молчанов даже не шелохнулся.

— Я предупреждал, — ответил он.

— Берём его, — сказал Мастер металла и обратился к самому Молчанову. — Будешь брыкаться — сломаю шею.

Однако тот и не вздумал сопротивляться. Он покорно встал, и проследовал вперёд, с металлической рукой Мастера у шеи.

Миронов, отдышавшись, повернулся к Морозову.

— Теперь этот.

— Мы же нашли предателя, — сказал второй Мастер. — Имеет ли смысл напрягаться?

— Тот, — нахмурился Миронов, — не обязательно предатель. Просто на его ментале стоит антимагическая защита. От духов, менталистов и подселенцев. Его придётся допрашивать с пристрастием. Тем более, предатель может быть не один, — усмехнулся он и нацелился на Андрея Морозова.

Который даже не мог спрятать своего страха.

Когда ментальные нити устремились в его голову, он рефлекторно поднял руки и набросил на себя ледяные щитки.

За что был моментально схвачен и придавлен к полу Мастером. К ужасу Вячеслава Морозова.

— Мой отец — граф! — заблеял он.

— Сейчас он подозреваемый, — железным голосом сказал Миронов, направляя ментальные нити в голову Андрея Морозова. — А ты не брыкайся, иначе…

УДАР!

Самолёт встряхнуло. Тех, кто сидел в креслах, вдавило в них. Миронова, второго Мастера и Андрея Морозова опрокинуло на пол.