Чтение онлайн

— Invoco te Мелхом, filium tenebrarum, filium gehennae, — произношу я на языке Нэтэре.

Это самое начало демонического ритуала, который я видела бесчисленное количество раз в молодости, когда его проводили некроманты. Мелхом, должно быть, не хочет отдать мне частичку своей темной души в обмен на то, чтобы быть прикованным ко мне навечно, потому что он издает полный ужаса, нечеловеческий визгливый крик.

— Нет! Прекрати! Прекрати это прямо сейчас. Дилера, которого ты хочешь, зовут Скарабей, и это все, что я, блядь, знаю! Ясно? Вот и все!

Сайлас и Бэйлфайр наконец останавливаются рядом с нами, и я с облегчением вижу, что Бэйл исцелился. Но как будто боги хотят посмотреть, сколько они могут обрушить на меня за один раз, раздаются отдаленные завывания.

Еще больше адских гончих. Охуенно.

— Ну? — Требует Мелхом, все еще раздраженный тем, что я почти вызвала его сущность. — Я же сказал тебе: Скарабей. Все, что я знаю, это его гребаное имя, клянусь. И если ты снова попытаешься напугать меня до чертиков…

— Не угрожай моей паре, — огрызается Бэйл.

Мелхом делает паузу. — Эй, погоди. Пара? Подожди секунду, мать твою. Телум, только не говори мне, что у тебя… есть пары? — Он разражается безудержным смехом. — Так вот почему Принц Кошмаров тоже с тобой? Черт возьми! Нравится тебе это или нет, но у богов чертовски дикое чувство юмора, да? Эй, знаешь, ты жутковатая мелкая стерва, но ты вроде как секси, так что, если хочешь пополнить свой букет членов, мой не так уж плох…

Я вешаю трубку до того, как четыре крайне разъяренных парня, окружающие меня, разорвут мой одноразовый телефон пополам. Приближаются новые охотники за головами, а все, что я вытянула из Мелхома, — это дурацкое имя, так что нам пора двигаться дальше.

За исключением того, что рубиновые радужки Сайласа заманивают меня в ловушку. — Этот демон сказал, что твоего дилера зовут Скарабей?

Я киваю.

Я практически вижу, как мысли выстраиваются в линию в его голове, когда он бормочет себе под нос. — Символ жизненного цикла. Возрождение. Умно, и если это правда, я всегда подозревал…

— Если ты что-то знаешь, выкладывай, — огрызается Эверетт, раздраженный разговором с демоном.

На этот раз вой раздается пугающе близко от нас, но все, что нужно сделать моему ледяному элементалю, это посмотреть в том направлении, и мимо нас проносится острая струя льда. Громкий треск эхом разносится по лесу, прежде чем вой переходит в испуганный лай. Охотники за головами тревожно кричат, а затем все это разом смолкает, снова оставляя лес в зловещей тишине.

Мы все смотрим на Эверетта.

— Они пересекали замерзшее озеро, которое я заметил вчера. Так легче замораживать дерьмо, — бормочет он.

Впечатляет.

И снова, гораздо более лаконично, чем обычно.

Сайлас оглядывается на меня с напряженным выражением лица. — Скарабей — это… — Его губы шевелятся, но голос прерывается, и он фыркает. — Я знаю, кого мы ищем и где его найти. Я могу сотворить заклинание перемещения, но мне нужно будет покормиться…

Прежде чем он заканчивает говорить, я убираю Пирса в ножны и делаю шаг вперед, убирая волосы с одной стороны шеи.

— Пей.

— Нет, — вмешивается Эверетт, становясь передо мной. — Она и так потеряла достаточно крови. Выпей из кого-нибудь другого.

Я начинаю спорить, что он мог бы буквально выпить всю мою кровь, и рано или поздно я все равно бы прекрасно проснулась, но Крипт протягивает ему запястье.

— А теперь быстро, Крейн. Пока не спустились другие назойливые псы.

Сайлас корчит гримасу, но, будучи прагматичным фейри, кусает инкуба за запястье. Крипт даже не вздрагивает.

Но в тот момент, когда Сайлас сглатывает, он вырывается, давится кровью Крипта и тут же выплевывает ее обратно в ближайший сугроб.

Черт.

Что, если…

Я неловко глажу Сайласа по спине в самом ободряющем жесте, на который только способна. Когда его больше не тошнит, я ободряюще улыбаюсь и одним из слишком длинных рукавов своей темной толстовки стираю с его лица засохшую кровь.

— Я думаю, тебе придется питаться от меня.

Он обдумывает это и устало кивает, прежде чем с отвращением взглянуть на Крипта. — Кстати, твоя кровь отвратительна. На вкус она как газированная аккумуляторная кислота.

Крипт хмыкает. — Насколько я понял, далеко не так хороша, как у Мэйвен. Ее кровь такая же прекрасная, как и она сама.

Он просто говорит это, чтобы вывести Сайласа из себя, и, похоже, это работает. На самом деле, кажется, что его провокации начинают раздражать и остальных, поскольку они все еще злятся из-за того небольшого телефонного звонка.

Я смотрю на Дугласа и замечаю, что он начинает шевелиться, тихо постанывая. Со вздохом я убираю Пирса и возвращаюсь к нему, когда его глаза распахиваются.

— Слишком рано. Спи дальше.

Ударив тупым концом кинжала в его другой висок, я наблюдаю, как он снова теряет сознание. Он проснется с чертовски сильным сотрясением мозга и невыносимой головной болью. Встряхивая руку, я поворачиваюсь к остальным. Все они хмуро смотрят на меня.

— Зачем оставлять его в живых? — Сайлас хмурится. — Это кажется нехарактерным для тебя.

Я пожимаю плечами. — Да, но он мне нравится.

Рычит Бэйлфайр. — Что? Все, я согласен с Сайласом. Давайте убьем парня.

— Медленно и жестоко, — соглашается Крипт. — Я первый.

— Меня это устраивает. Я думаю, он всем нам будет нравиться больше, когда умрет, — решительно добавляет Эверетт.

Боги. Они все такие ревнивые и перегибают палку, это чертовски ядовито.

Мне это нравится.

— Нам стоит беспокоится, что Дуглас отследит твою магию там, куда мы направляемся? — Я спрашиваю Сайласа.

Он качает головой, его зрачки расширяются, когда я снова подставляю ему свою шею. Он обхватывает рукой мою шею с другой стороны, нежно касаясь губами того места, которое собирается укусить.

— Нет, мой кровавый цветок, — говорит он телепатически на языке фейри. — Никто не сможет проникнуть туда, куда мы направляемся.

— Хорошо. Тогда укуси меня. Пришло время познакомиться со Скарабеем.

16

Бэйлфайр

Когда красная магия Сайласа исчезает, мы стоим под темным небом, как будто вот-вот наступят сумерки. Снег клубится вокруг нас, скользя по белому ландшафту, усеянному несколькими елями. За эти годы я побывал на охоте во многих отдаленных уголках дикой природы, и если бы я был игроком, делающим ставки, я бы сказал, что мы находимся где-то за Полярным кругом.