Чтение онлайн

Это прошлое. Счастливое, радостное, беззаботное прошлое.

Он подошел к окну и распахнул широкую створку. Втянул носом воздух, ощущая, как легкие цепенеют от декабрьского мороза. Совсем скоро Новый Год. Все обнулится и можно начать жить сначала.

И сразу за этой мыслью еще один пункт в копилку – купить Вике подарок. За всем этим дерьмом он забыл, что она любит. Духи? Нет, кажется, это плохая идея… Но что тогда?

Саша отстраненно следил, как на сером подоконнике появляется глубокая пыльевая борозда – след от пальца. Ну, дела. Перед его приездом тут вроде прибрались, или надо бы чаще? А если так, то где Вика берет все свои тряпочки и банки с приятно пахнущими штуками? И как вообще различает где какая, если сорвала со всех этикетки, чтобы, как она выразилась, избавиться от визуального шума. Что это за шум такой, который не слышно, а только видно?!

В этот момент в небе пролетел ярко зеленый самолет. Вот тут прям визуальный шум, потому что и видно и слышно. Судя по времени и компании на взлет пошел чартер. Кораблев вздохнул. Он ненавидел чартеры. В них почему-то всегда душно, громко, нервозно и пьяно от градуса в крови отпускников. Ему было проще слетать в Якутию и охренеть от перепада температуры и джетлага, чем выдержать один рейс в Анталию.

Но сейчас, в этот самый момент, стоя в арендованной студии перед грязным от пыли окном Кораблев готов был отдать что угодно, лишь оказаться в кабине пилота.

Расскажи кому другому о том, как его ломало, не поймут. Потому что не знают, что это. А он знал.

Это быстрее чем миг, ярче чем оргазм, больше чем силиконовые сиськи Памелы Андерсон! Это горячее лавы, красивей всех закатов мира, выше Абсолюта. Это ПОЛЕТ! Полная свобода и невесомость.

Ты прорываешь воздух, проносишься мимо домов, людей, деревьев, так быстро, что не видишь границ, а только как один сочный цвет сменяет другой. Не важно, кем ты был вчера, ведь в эту минуту ты Бог. Ты летишь. А потом падаешь.

Именно так ощущал себя Кораблев – сбитым летчиком.

Он так сильно давил лбом на оконную раму, что в один услышал тонкий треск. В дешевых квартирах, типа этой, стекла гуляли по арке, и при большом усилии их можно выбить наружу.

– Крушишь чужое имущество, - сзади раздался нежный мурлыкающий голос.

Саша обернулся. Перед ним стояла Жанна. Красивая, сука, как же она красивая баба!

– Привет, кот.

Кораблев молча сглотнул. Самой большой дуростью будет купиться на этот олений взгляд и охеренные ноги в чулках и испортить то, что с таким трудом удалось восстановить дома.

– Тут уютно, - Жанна крутила головой по сторонам, оглядывая несложное богатство его квартиры. Диван, холодильник и телевизор на стене. Шкаф по версии арендодателей вещь ненужная и жильцы могут обойтись стенкой в прихожей. Об уюте не было и речи, дыра дырой. И ее не спасут даже Викины старания и все эти подушечки с цветочками.

– Могу договориться, чтобы ты сняла эту квартиру после меня. Аэропорт рядом. И лучше твоей общажной дыры.

Жанна процокала каблуками по комнате. Ну вот, она не сняла обувь ради эффектного появления, а Кораблеву теперь полы мыть. Он неодобрительно посмотрел на сапоги своей любовницы.

– Я принесла тебе котлетки с пюрешкой. Как ты любишь.

– Не надо, я дома поем.

Наверное, он должен был сказать об этом как-то иначе, не так резко. С другой стороны, Саша никогда ничего не обещал Жанне, с самого начала обрисовав правила, по которым их отношения строятся. Жанна знала, не могла не знать, что весь их роман – временное короткое удовольствие. Как последний летний вечер перед затяжными дождями. И не смотря на все это, плечи ее поникли, а голова опустилась вниз.

– Значит, ты возвращаешься домой.

– Да, - тихо проговорил он.

– К жене?

– Да, к Вике.

– И она ждет тебя? После того, что узнала о нас?

– Она… - Кораблев запнулся, - мы работаем в этом направлении.

– И давно ты понял, что вернешься назад?

– Жан, ну я не неваляшка, чтобы туда-сюда падать, уйти от Вики, это неправильно, она моя жена, я ее выбрал и буду с ней.

– А я тогда для тебя кто?

Жанна запрокинула голову вверх и стала махать перед лицом руками. Легко-легко, как какая-то птичка, а по щекам катились слезы. Даже истерика у нее получалась ладно, красиво. Но поддаваться на искушение нельзя, нельзя рисковать и даже пальцем трогать Жанну. Натрогался уже, так что до сих пор расхлебать не может.

– Саша, - девушка жалобно заскулила, - просто скажи, чем она лучше меня? Чем?!

Он мог ответить, но знал, до чего обидно прозвучит все сказанное. Просто… типа… всем? Вика лучше тебя…всем?! И вот тогда пойдут вопросы, но не от Жанны, а от Кораблева самому себе.

Потому что он не мог объяснить, зачем все это делал!

Неловкую паузу прервал стук в дверь. Такой вежливый, что сразу стало понятно, кто пришел.

– Заходи, Сереж, открыто.

Фридман приехал к нему после работы, это было видно и по уставшим, запавшим внутрь глазам и форменной голубой рубашке. Он настороженно осмотрелся и как о кочку, споткнулся взглядом о Жанну. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы вернуть себе голос и нужный настрой.

– Добрый вечер.

– Да и подобрее видали, - криво улыбнулся Кораблев. – Чай будешь? Есть водка, но закусывать нечем.

Он будто специально не обращал внимания на Жанну, всем своим видом давал понять, что ее присутствие здесь лишнее.

– Нам поговорить нужно. С глазу на глаз. – Саша повернулся к бывшей любовнице, чтобы попросить ее выйти, как вдруг услышал. – Давай в подъезде, много времени я не займу.

А, ну да. Он и забыл, до чего Фридман благородный. И никогда не отправит бабу студить кормилицу на мороз. Зря Жанка переживала, что новый начальник узнает об их романе, Сережиной мягкотелости хватило бы только на то, чтобы пожелать ей счастья и оплатить контрацептивы в довесок.

Саша взял кожаную куртку, потому что в подъезде нещадно дуло и вышел за Фридманом.

Они стояли друг напротив друга и молчали. Пауза затянулась до того, что эта тишина стала неприличной, а начать говорить невозможным.

– Новые Елки вышли, видел, - усмехнулся Саша, - а говорили все, больше не будет.

Сережа коротко кивнул.

– На корпоратив зимний меня небось пригласить хочешь? Я б пошел, если контора платит, - продолжал измываться Кораблев, видя, до чего неловко его собеседнику. А не хер из себя такого благородного строить. Или он думает, что Саша кретин и не понял, о чем будет речь? Плавали, знаем.

– Ты до-должен вернуться к Вике.

– Даже так, - присвистнул Саша. Почему-то казалось ,что старый друг не пересилит себя, помнется на пороге, да так и уйдет домой. И откуда такая смелость? Раньше что-то не наблюдалось.

– Я виделся с ней на днях, ей очень без тебя плохо.

– Хочешь дать немного дури страдающему от ломки наркоману?

Судя по болезненно скривившемуся лицу Фридмана, такая аналогия и ему приходила в голову. И он точно знал, что без мужа Вике было всего чуть-чуть хуже, чем с ним.