Чтение онлайн

Или здесь не было ничего?

Я стоял и ждал неведомо чего. Я не знал, что делать, не знал, что говорить. Просто стоял и смотрел на одинокую маленькую девочку.

— Ну и долго ты там думаешь стоять? — неожиданно прозвенел ее тонкий голосок. Он-то и вывел меня из оцепенения.

Я зашевелился, кашлянул и хрипло произнес:

— Кто ты, девочка?

Она так выразительно усмехнулась, что я залюбовался ею.

— Ты сам только что ответил на свой вопрос.

— А… но… кто ты?

— Меня зовут Тио, — весело пропела она. — Да ты не стой там. Иди уже сюда. Присядь, обогрейся. Представляю, чего стоило тебе добраться сюда.

Я стряхнул с себя снег и двинулся по скрипучему сугробу к яркому гостеприимному костру. Девочка приглашающе подвинулась на край бревнышка. Я смерил ее внимательным взглядом и осторожно подсел. Она тоже окинула меня странным взором. На миг в ее глазах промелькнул интерес, но она тут же отвернулась и принялась скучающе созерцать танец огня. Я тоже протянул озябшие руки над живительным пламенем. И снова обратился к ней.

— Где я, Тио?

— Разве это важно? — впервые серьезно удивилась она.

— Разумеется! — пылко воскликнул я. — Ведь я с таким трудом шел сюда.

— Тогда ты там, куда ты шел с трудом, — спокойно отметила она.

— Но… что это за место?

— То место, где ты ныне находишься.

— Но где мы находимся?

— Мы всегда находимся там, где мы есть.

Я тяжело вздохнул, смерил ее тяжелым взглядом. Она молча сидела, но глаза ее весело смеялись надо мной.

— Выходит, ты не станешь отвечать на мои вопросы? Ты предоставишь то право мне?

— Конечно, — уверенно кивнула она. — Ведь все ответы кроются в твоих вопросах. Ведь это люди жаждут подробных разъяснений. Разъяснения же нужны, когда чего-то не знаешь и не понимаешь. Однако ни один человек пока еще не сидел здесь, подле меня. Ни один человек не забирался столь высоко. Лишь тот, кто ощутил в себе нечеловеческие силы. А таковому незачем что-то объяснять. Он и так все знает. Потому что он знает самое главное — все ответы в нем самом. Жаль, что и люди не ведают этого. Ведь все ответы в них самих. Следует лишь разглядеть их, расслышать, почувствовать.

Странная девочка. Необычная, интересная и… какая-то бессмысленная. Или бесполезная? Я пошмыгал отогретым носом, почесал щетинистую скулу, насупил брови. И возмущенно спросил:

— Странно, но зачем я тогда лез сюда?

— А я откуда знаю? — пожала она меховыми плечами. — Ты ведь лез, а не я.

— Ну да, — неуверенно высказал я, потупив взор. — Действительно. Но… я почувствовал такое жгучее желание, когда увидал твой крохотный костерок. Я ощутил такой небывалый прилив сил. И понял, что просто обязан попасть сюда. Это стало моим самым заветным желанием. Потому я и побрел сквозь бурю навстречу твоему огоньку. Мне казалось, здесь кроется то, ради чего я существовал все свое время. Мне казалось, здесь я познаю то, чего не ведал ранее. А ты мне говоришь, что я все знаю сам. Спрашивается, зачем тогда я стремился сюда так рьяно?

— Ты стремился, тебе и решать, — глубокомысленно изрекла она. — Вот ты и решил. Причем сам. Раз признал это заветным желанием попасть сюда и все узнать.

— Я узнал, что все знаю? — насмешливо выдавил я.

— А разве это не самое большое знание? — развела она тонкими ручками.

— Но у меня много вопросов, — возразил я.

— А у меня ровно столько же ответов, — пояснила Тио, распахнув глазенки, в обрамлении пушистых ресниц. — Так что я смогу вздремнуть немного. Ведь каждый твой вопрос станет твоим же ответом. Следует лишь подумать. Так что задавай, думай и отвечай. А меня потом разбудишь, я так давно не дремала…

— Погоди, — взмолился я, вцепившись в ее безрукавку. — Этим я мог бы заниматься в любом ином месте.

— А чем тебе не нравится это? — с легкой ревностью спросила она.

Я разжал руку и схватился за голову. Она выжидательно застыла, лишь часто моргала и смотрела на меня с легким упреком. Наконец, я сдался, бессильно опустил руки и тяжело вздохнул.

— Ладно, я все понял. Вопросов не будет. Ведь ты этого хочешь?

Тио звонко рассмеялась.

— Только что выдал, что вопросов больше не будет, и тут же спрашиваешь.

— Н-да… прости.

— За что мне тебя прощать?

— Я, кажется, понял. Здесь лишь ты задаешь вопросы.

— Почему же? — обиженно поджала она губки. — Ты тоже можешь задавать их. Равно как и отвечать. Ведь это так здорово — отвечать на свои же вопросы. В чем-то усомниться, и тут же убедиться в этом. Это наполняет гораздо большей силой и уверенностью, чем, если за тебя ответит другой. По-моему, даже обидно, когда другие находят ответы на твои вопросы.

— Но самоуверенность может погубить, — заявил я.

— А может и вдохновить к достижению чего-то высокого, — дополнила она. — Губит ложная самоуверенность. Зато истинная творит чудеса. Ведь самоуверенность — это вера в себя. В себя, как в источник неисчерпаемой силы. Да, изначально это покажется самообманом, или ложью. Но в итоге может стать истиной, причем нерушимой. Следует лишь возжелать страстно и приложить все усилия, на какие только способен. А может и пожертвовать самым дорогим.

— Ну вот, хоть разговорилась, — отметил я, довольно потирая руки над огнем.

— А я и не прочь поболтать, — с радостью в голосе отозвалась Тио. — Я давно мечтала об этом. И вот мое желание воплотилось.

— Давно? — тихо переспросил я. — А сколько времени ты тут сидишь?

— А что такое «время»? — удивленно подняла она бровки.

Я ужаснулся:

— Но ты же все знаешь?

— Я не говорила такого. Я сказала, что все знаешь ты. Точнее — можешь узнать, если правильно для себя определишь вопрос.

— И что, ты хочешь сказать, мол, не знаешь, что такое «время»? — не мог поверить я.

— Может и знаю, — в голос ее закралась далекая печаль. — Но мне кажется, мы говорим о разном, хоть и называем то единым словом. Скажи мне ты.

— Хм… время, — я ухватился за подбородок. — Время, это… ну вот сколько раз зима сменялась летом.

— Зима? Летом? — хлопали ее большие глазенки.

— Сколько раз холод сменялся теплом? — подошел я с другой стороны.

— Здесь всегда холодно, — пояснила Тио, показывая на свои теплые заснеженные одежды.

— Ладно, сколько раз над твоей головой восходило солнце?

— Здесь всегда темно, — грустно проронила она.

— Значит, ты не видела даже солнца? — вскочил я, уставившись на нее с изумлением.

— Видела. Но здесь всегда темно, — с таким огорчением выдала она, что едва не захныкала.

Я обреченно вздохнул, покачал головой и понуро присел. Да, случай небывалый. Но с тем же я начал отчетливо ощущать, зачем сюда взобрался. И кто она такая. И всю ее правоту. Ведь ответы я черпал в себе. Я надолго умолк. Она тоже. Мы сидели, слушали пение горного ветра, и наблюдали за костром. Я стиснул зубы и упорно ждал, пока он прогорит. Но он не прогорал. Рыжие язычки дрожали над головешками, но не исчезали. Или это кажется мне? А может здесь иное ощущение времени?