Чтение онлайн

Я равнодушно и твердо встретил его взгляд.

— Надеюсь, ты достаточно мудр, чтобы не проверять это.

Король крепко схватился за подбородок, и принялся теребить его. Я продолжал:

— Да, я могу сокрушить все твое войско. Один! Могу убить тебя прямо здесь. Могу разрушить твой замок и разогнать всех рыцарей, пехоту, стрелков, механиков, стратегов и прочих твоих блистательных людей. Но, разумеется, делать подобного не стану.

— И на том спасибо, — с усмешкой выдавил он.

— Пожалуйста, — без усмешки поклонился я.

Монарх поджал губы и внимательно изучал меня. Изучали и его высокие мраморные предки. Какой-то наглый самонадеянный голодранец пировал на равных с самим королем, оскверняя залу, как видом, так и речами. Как помыслами, так и желаниями. Они немо перешептывались, и беззвучно качали неподвижными головами. Если бы кто-то из них мог ожить, то непременно сошел с пьедестала, схватив меня за горло каменными ручищами, и раздавил, как пиявку, алчущую крови. Но их судьба предрешена. А потому и стояли они в безмолвии, будто потеряв дар речи от моего нахальства. Всесильные грозные правители прошлого бессильно застыли перед настоящим. Они застыли перед реальностью, настоящей реальностью, которой правил ни кто иной, как ваш покорный слуга. Покорный? Вам я кажусь покорным?

— Да, интересного чемпиона послала мне судьба, — голос короля вновь огласил залу и пошел блуждать между колонн. — Хотел бы я поближе прикоснуться к твоей тайне.

— Время есть, — философски подчеркнул я. — Мне некуда спешить.

Мы снова пригубили, приглядываясь друг к другу, точно рыцари перед заездом.

— Итак! — король неожиданно поднялся, отодвинул стул-кресло, и начал расхаживать по зале. Голос его приобрел истинную королевскую силу. Он с напором заговорил, — Я, король Вальгред Третий, распинаюсь здесь, перед простолюдином, вымаливая из него хотя бы имя?!

— Нет, — качнул я головой. — Ты здесь, дабы обрести мудрость.

— Неужели ты станешь учить меня? — внезапно застыл он, сраженный моей новой дерзостью. Как символично. Я взирал на него и ликовал. Ведь он уподобился своим древним предкам. И всего-то от одного слова, а точнее — от одной мысли. — Меня — самого короля?!

— Нет, я никого никогда не учу, — поучительно напомнил я, приглядываясь то к королю, то к каменным статуям. Да, сходство очевидное. — Но мне приятно, если кто-то учится.

— Хм, ты искусно и мягко дерзишь, — Вальгред подошел ко мне, остановился напротив, скрестил руки и прищурился. — Это интересно. Только уверенный в своих силах станет дерзить королю. А ты себя явно не переоцениваешь, что не так давно доказал всем нам… Угу! Признайся — ты маг?

— Трудно сказать, — пожал я плечами. Как все же лестно сидеть перед королем, когда он стоит и пытается разгадать, кто ж ты есть. — Если магом звать всякого, кто наделен нечеловеческой силой, то, пожалуй. Но если маг тот, кто бубнит заклинания из книг — нет. Однако если под заклинаниями иметь в виду знания, накопленные человечеством, то тогда я точно маг. Как, впрочем, и любой другой человек. Ведь знания в равной степени доступны всем. Однако не всем доступно понимать их. Но многие склонны искажать их в свою пользу.

— Ты не маг, — кивнул Вальгред, свысока оглядывая меня. — Может, эльф? Глядя на тебя, я даже готов поверить в бабушкины сказки. Они там тоже бегали по миру, и тоже совершали неподвластные и непонятные уму подвиги. А у темных эльфов были такие же острые клыки…

— Нет, не эльф точно, — безжалостно парировал я. — Ведь я не совершаю подвигов. Я никого не спасаю, не защищаю слабых и обездоленных. Напротив, поступки мои кажутся ужасными и бесчеловечными. Но лишь для тех, кто не мыслит глубоко.

— Вампир? — зашел с другой стороны король.

Я жестко осклабился. В полумраке сверкнули клыки.

— Я люблю свежую кровь, — зловещим эхом отразился мой шепот. Вальгред на миг вздрогнул. Я улыбнулся и спокойно продолжал, — но я не вампир. Вампиры пьют кровь — я крови не пью. Вампиры укусом рождают себе подобных — я лишен такой роскоши. Вампира можно убить простыми испытанными методами — как убить меня говорить не буду. Вампиры спят днем — я сплю лишь когда пожелаю, хотя могу и вообще не спать. Но если под кровью подразумевать искренние желания — о, да, я — вампир! Я самый жуткий и ужасный кровопийца!

Король сам себя приободрил, и снова решил спросить:

— Может…

— Ваше Величество! — настойчиво остановил я его. — Король Вальгред Третий. Не стоит гадать, кто я. Это бессмысленно. Да и бесполезно.

— Но вдруг ты несешь угрозу моему народу? — погрозил мне пальцем монарх. На дне его глаз затаилось новое подозрение. — Вдруг ты вестник тьмы? По виду, кстати, смахиваешь.

— Но я уже доказал, что вид мой не соответствует сущности, — напомнил я.

— Да, доказал, — согласился он. — Но я ничего не пойму.

— И не надо.

— Тогда зачем ты здесь?

Я потянулся за виноградом.

— Я постоянно скитаюсь по миру и прислушиваюсь к вашим желаниям. Мне интересно, о чем мечтают люди. Чего хотят, к чему стремятся. Разные люди — от простолюдинов до королей. От воров и убийц до честных тружеников. От солдат до полководцев. От тупиц до мудрецов. Мне интересны ваши истинные желания.

Он глубокомысленно покивал.

— Так значит. Хорошо. Я понимаю тебя. Я сам часто созываю совет высокородных и прислушиваюсь к их пожеланиям. Они рассказывают мне много интересного. Я же решаю, какое из их пожеланий серьезно, а какое нет. Иногда проскальзывают дельные мысли и советы. Но часто одна лишь чушь. И мне приходится их терпеть. Поначалу я пробовал обновлять совет приближенных, но, увы. Это бессмысленно. Новые ничуть не лучше. Даже хуже — их пока обучишь всему, пока посвятишь во все дела. Потому я и проявляю снисхождение к своим вельможам. За те редкие грамотные пожелания, которые нет-нет, да и заставят меня прислушаться.

Я ел виноград, слушал короля и поглядывал на стражников. Под ногами возились собаки, стукая тонкими хвостами о зеленоватый малахитовый пол. Высокие стрельчатые окна, украшенные цветными витражами, пропускали рассеянный вечерний свет. Одно из них было распахнуто. В островерхом проеме солнце опускалось к далеким темным горам. Ощущалось его явственное желание побыстрее покинуть этот суетной мир. Кануть в безвестную пучину и там насладиться тишиной и покоем. Зато крепло желание ночи расправить звездную мантию над холодеющими землями. Возвестить о своей власти, утвердить свой закон, свой порядок. И править. Но до тех пор, пока солнце снова не пожелает отвоевать у тьмы своего царства, коим правило оно весь сегодняшний день. И ночь безмолвно отступит. Правда, начнет собирать под свой стяг новые силы, в надежде снова свергнуть власть солнца. Но после вновь падет. И так бесконечно. По крайней мере, в рамках человеческих жизней. Я перевел взгляд с цветного окна на задумчивого короля.

— Ты прислушиваешься к пожеланиям советников касательно дел государства?

— Ну да, — монарх взял яблоко и подошел к окну.

— А как насчет глубинных пожеланий? Ведь дела государственные вряд ли их истинно беспокоят.

— Почему ты так думаешь? — настороженно обернулся король, не донеся до рта алый фрукт. Опустил руку. — У нас прекрасное королевство, и всем здесь хорошо живется. У нас мощная армия, у нас приемлемые налоги. Крестьяне, разумеется, жалуются, но они, говоря по секрету, всегда жалуются. Им хоть какой налог — уже в тягость. А знаешь почему? Да потому, что они считают налог — обирательством. Чернь наивно полагает, что все их пожертвования идут в мой карман. И никто даже не задумывается, на какое золото я содержу войско, которое их же и защищает. Никто не хочет знать, сколько золота пускаю я на развитие науки, искусства, и даже на мистические учения. На какие средства я благоустраиваю город. И все это призвано приумножать блага нашей страны. А значит и блага тех самых крестьян и горожан. Но они того не понимают.