Изнанка Истины
Шрифт:
Сохранившиеся останки сооружений и построек по мере нашего продвижения вглубь города становились больше и замысловатее. Маленькие жилые дома, если они и были здесь когда-то, бесследно сгинули в веках… Неровные обломки громадных стен, местами сохранившие между собою клочки перекрытий, слепо таращили в пустоту тёмные провалы искорёженных окон-глазниц. Скалились стальными зубами остовы фигурных решёток и ограждений. Переломанными рёбрами торчали в разные стороны опоры лестниц и несущие конструкции декоративных мостов.
Когда-то этот город был красив. Божественно красив… Но он и сам уже давно забыл об этом.
Его гордость и великолепие давно покоились под вечно живыми небесами бесформенной грудой гигантских скелетов — полуразрушенных, истлевших, выбеленных беспощадным временем…
Город был пуст и заброшен — и даже воздух в нём нёс запах тлена и вековой пыли. Даже прохладный ночной ветер не в силах был развеять липкую духоту, мешающую вдохнуть полной грудью, не мог помочь сбросить с себя ощущение тяжёлого груза, гнущего плечи к земле…
Я мельком взглянул на эльфа — лишь чтобы убедиться, что он точно так же угнетён и подавлен. Впрочем, легче от сознания этого не стало. Наоборот… Ощущения усилились стократ, когда главная дорога, повернув, вывела нас на площадь к огромному фонтану. Тому, что некогда было таковым.
Посреди широкой резной чаши, вокруг которой на праздники наверняка собиралось немалое количество народу, на изящном пьедестале из белого камня, сверкающего во тьме, стояла статуя, изображающая танцующих мужчину и женщину. Он был широкоплечим воином, выкованным из красного металла, в доспехе и шлеме, прикрывающем лицо. Она же, высокая и тонкая, будто тростинка, застыла в облаке взметнувшихся косичек, невероятно искусно исполненных в серебристой стали. По замыслу творцов, водяные струи, обегая танцоров, взмывали вверх вокруг них, пересекались и рассыпались сверкающими каплями… Об этом позволяли догадаться тонкие концы труб, закреплённые в пьедестале. Однако в чаше фонтана давно уже не было воды. Фигурная каменная ёмкость густо заросла тонкой длинной травой, неровной и спутанной, точно седые пряди. Травяные «волосы» пробились сквозь пьедестал, облепили фигуры танцующих, развеваясь густыми рваными космами, окончательно закрепляя победу смерти над жизнью.
И тем не менее… механизмы, спрятанные в фонтане, ещё действовали! Воин и девушка танцевали. На самом деле!… Очень медленно кружась вокруг воображаемой оси, они приближались друг к другу на расстояние прикосновения рук и отдалялись снова. Шаг за шагом, день за днём, век за веком — каменные статуи прежних жителей упрямо продолжали свой медленный танец, одни посреди руин, бросая дерзкий вызов времени и небытию.
Это было завораживающе. И жутко…
— Tearr-Созидатель!… — выдохнул А'Кариэлл, протягивая руку к густой поросли у бортика чаши. — Даже у Травы Безвременья… нет власти над ними!
Я скосил в его сторону глаза. И заметил, как из-под охапки травы, на которой сомкнулись длинные пальцы эльфа, тускло сверкнула шлифованная грань крупного изумруда. А, быть может, опала или тёмного топаза, украшавшего бортик сооружения…
— Демоны!!! Стой!…
С горечью соображая, что не успеваю, я толкнул остроухого в бок как раз в тот момент, когда он остервенело рванул пучок травы на себя.
— Ashratt!…
Не поняв, что произошло, эльф отлетел на три шага в сторону, вскидывая на меня бешеный взгляд… и зажимая свободной рукой глубокий порез на ладони.
— Т-ты! Чёр…
Он замолчал, до боли прикусив губу.
В фонтане уцелели не только механизмы танцоров. Тонкое длинное лезвие, выскочив из неприметной прорези в бортике чаши, моментально нашло свою цель. Россыпь алых капель щедро окрасила ржавую кромку острия и песок у борта.
Я дёрнул из кармана платок. Ткнул эльфу, от души огрел его по плечу:
— Бегом отсюда! Бегом!… Быстрее!
К счастью, хотя бы здесь остроухий не мешкал. Что было сил мы рванули прочь, оставляя фонтан за спиной, с горечью сознавая, что ещё даже никуда не пришли, а уже напортачили хуже некуда… Чем обернётся нам пролитая эльфом кровь — пока было неясно. Но, судя по тому, как предостерегал от этого Вейгееран, ничего хорошего ждать не приходилось.
Миновав один поворот, второй, я резко остановился у разрушенной колоннады какого-то богатого особняка, переводя дыхание. Обернулся к эльфу, продолжавшему зажимать рану платком. Заставил вытянуть руку и крепко перемотал его ладонь широкой полоской ткани, оторванной от рубахи.
— Ashratt… ad Aen!… — послышалось сдавленное шипение остроухого над моей головой.
— Знаешь, что… — начал я, от души затянув последний узел и неистово борясь с желанием съездить Стражу по физиономии. Но когда поднял глаза — слова застряли у меня в горле.
В конце широкой улицы со стороны фонтана в нашу сторону медленно двигалось нечто, низко паря в воздухе над самой землёй. Огромная бесформенная туша, обманчиво неповоротливая на вид, до отвращения напоминала свежее свиное сердце с прилавка мясника… На фоне переплетения жилок, «сосудов» и сгустков слизи заметны были четыре мощные конечности, во время полёта плотно прижатые к телу. Морду на первый взгляд нельзя было определить, однако вниз к земле торчало подобие рыла, заканчивающееся непрестанно двигающимся хоботком.
Тварь шла по следу. Нетрудно было догадаться, по чьему.
Ветерок налетел в нашу сторону в тот миг, когда мы с эльфом слаженно вытащили мечи. Легонько потянуло дымом и жжёной серой…
Я думал, хуже, чем есть, быть не могло.
Могло. Ещё как могло…
Потому что против демона наши мечи были бессильны.
— Teherr! Aito me… Разделяемся! — эльф, заметно побледневший даже в призрачном свете, тем не менее, сориентировался правильно.
Мы сорвались с места одновременно с чудовищем, аккурат засекшим «добычу». Я резко дёрнул вправо, перепрыгивая обломки и камни, А'Кариэлл — влево. Высшего демона подобный манёвр бы только позабавил… Но «красавец», преследующий нас, судя по облику, явно относился к низшим. Примитивная логика и полное подавление инстинктами зачатков разума всё же оставляла нам шанс…
Выдержав небольшую дистанцию, я резко остановился. Развернулся назад — и сразу же наткнулся глазами на худощавую фигуру Стража. А'Кариэлл без движения замер на таком же расстоянии от колонн, что и я, зеркально повторив мой путь. Похоже, мы с эльфом верно поняли друг друга…
На открытом пространстве между нами зависла в воздухе тварь. Красно-синие жилки на уродливом теле гневно вздувались и опадали, лапы в нерешительности касались земли и снова взмывали вверх. Монстр медленно поворачивался из стороны в сторону, не в силах определиться, какую из жертв предпочесть.
Жажда крови внутри демонической туши со скрипом и пыхтением боролась с жадностью, диктовавшей заполучить сразу обоих. И в пылу этой борьбы не оставалось места пониманию, что, вздумай мы разбежаться на самом деле, он играючи справился бы с нами в любом порядке за считанные мгновения…
Наконец, жажда всё же пересилила. Демон натужно взвизгнул и качнулся в сторону А'Кариэлла — сквозь повязку на руке эльфа, видимо, уже проступила кровь, а подобные твари чуют её за версту…
Я был готов. Артефакт-защитник в виде браслета, которым снабдили меня орки, только и ждал команды…