Чтение онлайн

На мгновение мне кажется, что он может оскорбиться и оторвать Гео руку. Но вместо этого он просто фыркает. Почти как смешок.

Дерьмо. Козима была права.

Прогресс.

Козима тянется вверх, оставляя последний поцелуй на маске Рыцаря там, где должна быть его щека, затем поворачивается к двери.

— Ладно. Пойдем, пока я не струсила.

Мы выстраиваемся вокруг нее без всяких обсуждений. Рыцарь идет впереди, его массивная фигура расчищает путь. Гео идет слева от нее, я беру на себя правую сторону, и мы движемся по коридорам дворца, как военный эскорт.

Полагаю, в каком-то смысле мы им и являемся.

Слуги, мимо которых мы проходим, обходят нас стороной; их глаза расширяются при виде Рыцаря. Шепотки следуют за нами, но я отключаюсь от них. Все, что имеет значение, — это доставить Козиму в медицинское крыло и убедиться, что то, что там произойдет, не сломает ее.

Путь кажется длиннее, чем должен быть. Каждый шаг приближает нас к ответам, которых мы, возможно, не хотим. Ближе к правдам, которые могут все разрушить. Сегодня — первый шаг к освобождению Козимы от власти ее отца над ней.

Я просто надеюсь, что он, блядь, правильный.

Мой разум постоянно возвращается к тому, что сказал Азраэль. Чип в ее мозгу. Рубильник смерти.

От этой мысли в животе разгорается ярость.

Я делал ужасные вещи в своей жизни. Убил бесчисленное количество людей, которые этого заслуживали, и многих, кто, вероятно, нет. Перевозил оружие, которое оказывалось в руках полевых командиров и тиранов. Построил империю на крови и хаосе.

Но я никогда не причинял вреда невинным. Не говоря уже о том, чтобы превратить невинного в гребаную марионетку. Монстр, который способен на такое…

Артур Мейбрехт должен умереть.

Медленно. Мучительно.

И я хочу быть тем, кто будет держать нож.

Глава 42

КОЗИМА

Медицинское крыло сияет, словно сошло со страниц каталога довоенной больницы. Белые стены тянутся во всех направлениях, прерываемые лишь хромированными поверхностями, которые ловят и приумножают резкий свет люминесцентных ламп, пока все не начинает казаться пересвеченным. Затем бьет запах — антисептик настолько резкий, что слезятся глаза, смешанный с тем особым стерильным ароматом, который вопит о медицинском учреждении так, что по коже бегут мурашки.

Я побывала в достаточном количестве таких мест. Сначала в детстве, когда отец проверял меня на наличие дефектов, затем позже, когда Монти хотел убедиться, что я все еще гожусь в качестве племенной кобылы. Воспоминания карабкаются к горлу, но я заталкиваю их обратно, туда, где им самое место.

Не сейчас.

Массивная фигура Рыцаря частично блокирует дверной проем позади меня, и я немедленно чувствую перемену в нем. Его дыхание меняется, становится частым и поверхностным. Низкий рокот, почти всегда присутствующий в его груди, усиливается на несколько порядков, вибрируя сквозь пол.

Дерьмо.

Я оборачиваюсь к нему, и хотя маска скрывает все его лицо, паника в этих синих глазах достаточно ясно видна сквозь прорези. Они отслеживают каждую фигуру в белом халате, каждую деталь сверкающего оборудования, каждую поверхность, которая слишком чистая и слишком яркая.

Конечно, медицинская обстановка стала для него триггером. Что бы ни сделали с ним эти монстры, это произошло в месте, которое, вероятно, выглядело точно так же.

Позади меня входят Николай и Гео, за ними следует Ворон. Пространство внезапно кажется слишком маленьким, слишком тесным. Слишком много альф, излучающих напряжение, слишком много врачей и ассистентов в безупречных халатах, целеустремленно снующих вокруг, отчего у меня сводит зубы.

Рычание Рыцаря становится глубже, его металлические когти слегка сгибаются, изогнутые лезвия блестят под светом ламп. Они зазубрены, повреждены в недавних боях. Я осторожно обхватываю рукой один из когтей, избегая острого края.

— Эй, — шепчу я, вставая перед ним, стараясь оставаться в поле его зрения. — Посмотри на меня.

Его глаза впиваются в мои, широко раскрытые и дикие.

Я кладу вторую руку на массивный бицепс его человеческой руки, лаская покрытую шрамами кожу. Он вздрагивает от моего прикосновения, и я понимаю, что он… дрожит. Все его тело дрожит так сильно, что костяно-белые волосы вибрируют там, где касаются широких плеч.

— Мне нужно, чтобы ты доверял мне, — тихо говорю я, сохраняя голос ровным, хотя мое собственное сердце пытается вырваться из груди. Моя рука соскальзывает с его плеча, чтобы накрыть ладонью его щеку в маске. Мне приходится потянуться вверх, чтобы достать. — Ты можешь это сделать?

Его голова наклоняется к моей, и он льнет к моему прикосновению; эти синие глаза изучают мое лицо.

— Принц Хамса здесь, чтобы проконтролировать, — говорит один из врачей, прочищая горло и указывая туда, где стоит Чума рядом с какой-то панелью управления. Он внимательно наблюдает за нами, и я совершенно не могу прочитать выражение его лица над черной хирургической маской, закрывающей нижнюю половину. — Как и ваши… компаньоны.

— Мои альфы, — поправляю я его.

Глаза врача с сомнением скользят по ним.

— Верно.

Рычание Рыцаря снова усиливается, и я мягко сжимаю его руку. Его жесткая поза немного смягчается, хотя его глаза ни на секунду не перестают отслеживать медицинский персонал, снующий вокруг нас, и он вздрагивает, когда подходит женщина в белом халате. Доктор Рами, согласно ее бейджу. По крайней мере, у нее добрые глаза поверх прозрачной расшитой бисером вуали, что больше, чем я могу сказать о большинстве врачей, которые осматривали меня за эти годы.

— Мисс Мейбрехт, — говорит она нежным голосом. — Если вы пройдете сюда, мы сможем начать.

Я следую за ней вглубь медицинского отсека, обостренно воспринимая тяжелые шаги Рыцаря позади меня. Гео и Николай пристраиваются по бокам, а Ворон идет позади, выглядя таким же напряженным. Моя личная охрана, вот только кажется, будто я иду на собственную казнь.

Мне на самом деле, блядь, страшно.

Но если я покажу это, если скажу, что сомневаюсь во всем этом, потому что странное чувство покалывает в груди, подсказывая, что что-то не так, Рыцарь может отреагировать.

А «реакция» Рыцаря вполне может обернуться тем, что он разорвет всех в комнате, чтобы защитить меня.

Машина не просто находится в комнате, скорее комната построена вокруг нее. Это массивное металлическое кольцо, похожее на какой-то нимб, соединенное с длинным столом, который явно должен под него заезжать. Это чудовище все из блестящего хрома и белого мрамороподобного материала, с таким количеством мигающих лампочек и парящих дисплеев, что оно выглядит как декорация к довоенному научно-фантастическому фильму.