Чтение онлайн

– Справишься?

Я усмехнулся: - Правая рука у меня пока боевая, Джерс. Да и куда я денусь, творение товарища Макарова ты уже прихватизировала.

– Плюс две обоймы, - согласно кивнула Джерси.

...Мы честно прождали полтора часа... Потом просидели ещё три с включенной кнопкой... И только потом осознали, что за нами никто не придёт. Расстроились.

– Надо лэ-зть на крышу, Джерс. Оглядимся.

– Они не придут, - выдохнула Джерси.
– Они нас бросили!

– Нет, - не согласился я с ней и пояснил: - Хотели бы бросить не отдавали бы столько ништяков, Земляника, а сказали бы просто сидите и ждите... Нет, они люди военные и подневольные. Отменили приказ и всё. Никуда не денешься.

– Мне от этого не веселее, - буркнула моя спутница.

– И мне тож, - хмыкнул я. Большинство из этих часов невыносимого ожидания, я проспал, поэтому был настроен куда решительнее. Да и чувствовал себя гораздо лучше.
– До конкретного заката у нас есть пара часов. Идём.

Идти я смог только лишь с помощью костыля, обнаруженного мною в одном из шкафчиков в нашей палате.

Костыль был удобный, а боль терпимой. Главное сил прибавилось и главное, что на крышу вела полноценная лестница, а не трап какой-нибудь.

На улице было прохладно. Я поёжился... И жутко.

Обзор был не в пример лучше и мы с Джерси лицезрели всю картину целиком. Бесперспективную картину нового мира, а это разрушенные здания, горящие машины и сотни бродячих заполнявших пространство между ними.

– Даже лесу досталось, - прошептал одними губами я и замер.

Нет, когда ты не плошаешь, Господь не забывает о тебе!

Мы всего лишь развернулись на сто восемьдесят градусов и мрачные мысли о нашей скорой гибели были сметены ураганом мыслей совсем иного характера. Диаметрально противоположенного.

– Что ЭТО?
– естественно Джерси.

– Девятисотый "Кенворт", - ответил я облизав пересохшие губы и закончил: - Или, скорее то, что из него сотворили очень умелые ручки.

Это бесспорно был "Кенворт". Лучший из лучших. Классика! Сочно бордовый, с иссиня-чёрными волнами полос по бортам. Он божественно сиял хромом огромной радиаторной решетки, величественными башнями труб, могучими бамперами, пухлыми топливными цистернами и колёсными арками. Но неведомый кастомайзер не остановился на достигнутом: он радикально удлинил базу тягача, водрузив на образовавшуюся платформу настоящий вагон, объединив его с основной и без того не маленькой кабиной.

– Там только бассейна не хватает!
– заявила моя спутница.

– Да-а, на корме место ещё есть, наверное не успели, - согласился я с ней.
– И надо отдать должное очередному шведскому туристу.

– До него надо ещё добраться, - радость прошла, началось время сомнений, но только не у меня.

– Главное, есть к чему добираться, Джерс, - отозвался я, поджав губы.

От взрывной волны тягач спасла стальная сфера ангара, принявшая на себя весь удар и жар. Двери с петель сорвало, но не более. На вид "Кенворт" выглядел целее целехонького. Отвечать на вопросы Джерси: "А ты уверен что он исправен? Что он заправлен? Что он вообще поедет?". Я не счёл нужным. Оставалась, лично по моему мнению, только одна проблема. Это добрая сотня бродячих, что аморфной массой отделяла нас от нашего спасения. И как пробраться незамеченным через такую толпу, я не имел ни малейшего представления.

А решение нашлось само собой. В трагедии. Её подсказали сами бродячие, начавшие, по непонятной для нас причине, вдруг стягиваться к больничке.

– Что за де-ла?
– сплюнул я в удивлении.

– Это псих!
– догадалась раньше меня Джерси и мы побежали вниз. Ну кто побежал, кто поковылял.

Не надо было спускаться в подвал, что бы удостовериться в верности догадки моей спутницы. Этот свихнувшийся, орал какую-то околесицу насчёт очередного уровня, мега-шилда, бессмертия и при этом при всём отчаянно лупил по стальной подвальной двери куском чего-то металлического.

Мы попытались его утихомирить разговором. Джерси хотела зайти внутрь, однако я конкретно запретил. Чувак был действительно невменяемым. И от нашего присутствия разошелся пуще прежнего, требуя ему выдать луч - саблю!

– Его надо пристрелить, - Джерси.

– Он не жилец.
– Я.

И каждый из нас думал о своём.

Снова на крышу. Картина стала хуже. Бродячие подтягивались. Пока не много, но уже достаточно для того, что бы намертво заблокировать одну единственную входную дверь в здание больнички и окружить это самое здание неплотным кольцом.

– Ещё чуть-чуть и они полезут в разбитые окна, - пробормотал я.

– Тогда впустим их внутрь, а сами, пока они будут ломиться сюда, проскочим мимо. Их пока не так много. Должны проскочить!
– Не дать ни взять, а моя спутница начинала мыслить тактически.

– Дверь в подвал прочная.
– Заговорил я.
– Бродячим до душевного не добраться. Так что если он сам себе башку о дверь не разобьёт, может ему и повезёт ещё в этой жизни.

– Это жестоко и негуманно, - вдруг заявила Джерси.

– А пристрелить его гуманней?
– мои глаза слегка округлились.

– По моему, да, - спокойно ответила мне моя пятнадцатилетняя спутница.

Сработали мы оперативно. Джерси отворила толпе дверь и рванула по лестнице на крышу. Лестнице на которую мы вытолкнули с десяток шкафов, стульев, столов, тележек и даже старый телевизор, который не удержался на этой куче и грохнулся вниз, рухнув прямо на голову одному из бродячих. Рухнул с положительными для нас последствиями: размозжив череп твари вдребезги.

План сработал. Кольцо вокруг здания заметно поредело и мы начали спуск вниз по пожарной лестнице. Кто-то спустился, ловко спрыгнув на мокрую траву, а кто-то просто шлёпнулся пузом вниз.

От удара о землю, из лёгких вышибло остатки кислорода и перед моими очами запульсировали круги. Дыхание сбилось, я зашёлся неистовым кашлем, однако горячая ладошка прильнувшая к моему рту велела мне заткнуться и придти в себя.

Так, костыль под плечо и вперёд! Предательски мокрая трава под ногами изумрудно-зелёным катком, рельефная рукоять непальского кукри болезненно врезается в ладонь. Но я решителен, как никогда. Судьба даровала нам шанс и мы просто обязаны были не разочаровать её!

Нам пришлось дать порядочного "угла", что бы незаметно подобраться к нашей цели, поэтому бродячие, занятые прорывом в больничку, учуяли нас поздно, когда мы уже были у сорванных ворот ангара.

Вроде небольшой снаружи, он оказался просто огромным внутри. Ещё и потому, что был практически пустым. Боевой самолет неизвестной мне модели и "Кенворт", да многочисленные паллеты с разноцветными бочками вдоль металлических стен, составляли его скромное убранство.

А ещё бысртропалый в комбинезоне лётчика. Монстр был "юн". Ни когтей, ни пасти усаженной змеиными клыками, только скорость и невероятная живучесть были на его стороне.