Чтение онлайн

Понятное дело, что 9/10 этой публики концентрируется в нескольких десятках крупнейших городов страны, а в этих городах - в правительственных, административных ведомствах располагающихся, как правило, в центральных и лучших районах мегаполисов.

В этих своих «цитаделях» они набиты настолько плотно, что уже сами по себе представляют настолько плотное социальное тело, что для прохождения к властным тронам даже любого человека со средствами и связями в нем приходится пробивать целые тоннели обменом услуг, впечатляющими проплатами.

Места обретения же достойных, разумных людей в социумах - тоже вполне традиционны: по большей части в «придонных» слоях общества, среди тех, у кого почти ничего нет, кроме разнообразных гражданских повинностей, тягот и неизбывных нужд. Естественно, стараниями своих собственных «элит».

Самая «толерантная», терпимая к властвующим, предельно сдержанная и осторожная в выражениях разумная часть человечества - профессорско-преподавательский состав средних и высших учебных заведений. В этом слое сосредоточена часть национального интеллекта при небольшом количестве совести. Не входит в околовластье, но расположена поодаль. Иногда делегирует весьма продуктивных особей в саму власть изредка выдвигает часть своих в «элиту» - в ректорат, в руководители всевозможных учебных заведений, стоящих особняком и к власти, и к «своим». Дислокация этой страты- города с большой концентрацией университетов, исследовательских центров при них. В своей жизненной практике в качестве мотивов больше полагаются на целесообразность, нежели на нравственный закон. Хотя последнему не враждебны, и когда попадают в тяжелые ситуации - апеллируют к нравственным нормам. Это – так сказать, «переходный» слой от околовластья к людям достойным. Страта эта достаточно непроницаемая для посторонних со своими сложными и жесткими внутрикорпоративными негласными этическими прописями. Но путь в нее одаренным безродным все-таки приоткрыт, хотя и продвижение очень затруднено и число «посадочных мест» строго ограничено бюджетами, штатными расписаниями. И мертвой хваткой за место тех, кто уже его занял и хорошо обжил. Духовная - тоже «переходная», достаточно замутненная «политкорректностью», терпимостью на грани вероотступничества от нравственности. Но дышать в этой среде людям духовным кое-как еще возможно.

Главная социальная функция этого сословия разумных - хранить и передавать и приумножать знания и умения ими пользоваться. Безотносительно от того, насколько это духовно, нравственно. Причем, за исполнение этой функции полагается весьма приличное денежное и иное вознаграждение.

Настоящими подвижниками человеческой духовности, нравственности традиционно являются учителя отдаленных сельских школ, врачи сельских больниц, священники провинциальных приходов, журналисты малотиражек - все те, кто связал свою судьбу со служением вне карьерной борьбы и вожделений славы, известности, должностей. Эта самая нужная и полезная генерация обществу обходится всегда в копейки , получая изрядную часть своего содержания из своих собственных рук - трудясь на подворьях, огородах. Эти люди рассеяны по деревням, поселкам, пригородам. Благодаря этому социальному одиночеству не гасят в себе голос «нравственного закона внутри нас», но постоянно имеют возможность слышать его полной мерой и внимать ему.

Основные же россыпи людей действительно драгоценных пород рассредоточены там, где обитают люди безродные, незаметные - сто раз пройдешь, сто раз не обратишь внимания. Это те, кто по неведомым для себя причинам, даже зачастую не задумываясь о том, не будучи во множестве даже истовыми прихожанами, неколебимо и без всяких усилий исполняют в любых своих социальных ипостасях о действиях весь перечень заповеданного людям: «Не убей», «Не укради» и т.п.

И получилось в итоге так, что в человеческих обществах основную регуляторную функцию, в отличие от человеческого тела, выполняет «желудок», а не «голова». А душа общества оказалась сосредоточена не там, где «сердце», а равно распределена среди мышц, в крови, в волосах, в коже и подобном. Поэтому, вероятно, и вся человеческая цивилизация, суда по ее делам, практикам, так основательно напоминает «всадника без головы». Древние иудеи пришли к заключению, что загробная жизнь существует, но она малопривлекательна, а потому надо земную жизнь использовать на «всю катушку» и продлять как только возможно. Что и породило часто и резко осуждаемую социальную практику иудейских общин.

Христианская и кораническая религиозная традиция именно земную жизнь полагает только «забавой и игрой», где человек являет свою духовность или ее полное отсутствие. Со всеми тяжелейшими последствиями за пределами земной жизни. Наиболее последовательны в следовании этой концепции именно народы, исповедующие ислам. Возможно именно поэтому, медленно, но верно, вопреки своей «дикости» и нецивилизованности именно они (наряду, правда, с язычниками - китайцами) кораническая цивилизация неумолимо выдавливает из исторического процесса белые «цивилизованные» раны.

Описанная структура околовластья, складывающаяся вокруг любого сколь-нибудь значимого, состоятельного должностного лица, имеет место быть всюду, всегда, на всех уровнях иерархий всех видов власти. Причем, с ростом уровня должностей всякое влияние социума стремительно сходит к нулю, а влияние инородческих общин, криминальных сообщества, кланов дельцов, спецслужб - только возрастает. Превращаясь на верхних уровнях в подавляюще, доминирующие факторы. Потому-то искренним безродным, стремящимся истово служить Отечеству, обществу, даже не следует помышлять обращаться к вельможам со сколь угодно полезными и дельными предложениями: последние не властны, практически ни в чем, полностью зависимы от своего окружения, исправно приносящего от разных групп установленную дань для «шефа». Особенность положения высших чинов состоит и в том, что любая непомерная их власть надо подчиненными не только ничего не прибавляет к их личной неуязвимости как людей, но и делает их еще более даже беззащитными перед особо могущественными и укорененными в столичных зонах кланами, общинами, устойчивыми неформальными элитарными группами. Более-менее в относительной безопасности могут чувствовать себя только те вельможи, кто сам является ставленником сильной клановой, корпоративной структуры и выполняет ее установки. И только очень наивные и малоопытные люди социальных «низов» могут думать, что политики в своей деятельности руководствуются интересами государства, общества. В реальной же жизни, чтобы истинному государственнику пробраться к высшим уровням власти и сделать что-то полезное для Отечества, обязательно надлежит силой прорваться через дикие заросли кланов, семей, групп, корпораций «элиты», основательно проредив их боевые порядки. Что удается разве что иным только раз в столетие с помощью каких-либо невиданных ранее «ноу-хау», вроде опричнины.

Молодым из безродных, в каких бы сферах жизнедеятельности ни выпало функционировать, для сбережения своего главного достояния - совестливой души - надлежит формировать свою референтную группу по возможности из людей нравственных, духовных. В каких бы невзрачных социальных статусах они ни состояли.

Другого выбора у них, правда, и нет.

 Глава 7. Преуспеяние через лидерство, членство во влиятельных неформальных сообществах.

 Практически каждая стремительная карьера, внешне выглядящая как мощный рывок единоборца, является следствием серьезной поддержки. Чаще всего неприметной стороннему наблюдателю. При наличии такого же неприметного торможения любые личные самоотверженные, сколько угодно впечатляющие, результативные усилия обрекают талантливого труженика в любой сфере жизнедеятельности только на стремительный бег по движущейся навстречу ленте эскалатора. Но в отдельных случаях может быть и гораздо хуже.

Истории известны только немногие случаи, когда особо одаренным от природы безродным удавалось создать свои структуры и с их помощью и своим гением подняться на вершины власти в стране над континентами. К числу таковых из известных имен можно причислить Чингис-Хана, Наполеона Бонапарта, Сталина, Гитлера. Но и им удалось пройти к своим головокружительным успехам лишь благодаря множеству эпизодов разнообразных поддержек в минуты опасностей сторонних сил, у которых для этого были свои собственные заинтересованности. И при отсутствии какой-либо из них в нужную минуту любое из перечисленных имен вполне могло вполне не состояться в истории. Хотя все-таки господствует и в судьбах такой генерации людей принцип «Помогай себе сам - и тебе поможет Бог!».

Кроме того, к удачливым главарям вооруженных ватаг всегда особенно интенсивен приток любителей наживы и приключений, отчего их сила стремительно разрастается, создавая проблемы царям, соседним государствам. Но и для вождей это порождает массу серьезнейших проблем: и как удержать в повиновении и в хорошо управляемом состоянии орды вооруженных, расхристанных, во многом деградировавших до состояния мародеров людей. И как уберечься самому от чрезмерно честолюбивых вождей помельче, и как не дать «джентльменам удачи» не восстановить против себя собственное население.

Но даже лидерство и в значительно менее масштабных группах совсем не вооруженных людей, многократно увеличивая разнообразные возможности «вождей», как правило, и им самим прописывает, и весьма жестоко, безальтернативный вариант их собственной судьбы. Проще всего это можно продемонстрировать на главаре дворовой шайки, промышляющей квартирными, ларечными кражами, грабежами отдельных граждан. С одной стороны кандидат в главари должен силой утвердить себя на «троне», да так, чтоб не появилось охотников оспаривать его право на верховенство. С другой стороны, надлежит явить превосходящие умственные способности при планировании и реализации налетов, сокрытии следов преступления, при последующей реализации украденного, «справделивом» делении прибытков, где каждый этап неизбежно сопровождается вспышками недовольства, конфликтами. Нужды криминальной «семьи» постоянно подвигают главаря к поиску все новых объектов нападения, старые делишки побуждают держать ушки на макушке, чтоб заметить появление оперативников и дать деру всей стаей. А если кого-то из членов банды задержали, принимать меры по вызволению, облегчению его участи или запугиванию, чтоб лишнего не сболтнул. Заботиться о семьях тех, кто попал-таки за решетку, но своих не выдал. Набегает множество иных обязанностей по мелочам: карать обидчиков своих «бойцов», разбираться с главарями других банд при столкновении интересов, «воспитывать» соратников, злоупотребляющих алкоголем, наркотиками, разрешать множество иных подобных ситуаций. И такое - уже на самом низшем уровне простейшей разновидности организованной преступной деятельности. В непреступной «деятельности» любой серьезной преступной организованной структуры присутствует и весь перечисленный набор проблем и множество новых, специфических в зависимости от «жанра» деятельности - обязанностей и тягот «мелкопоместного» авторитета. Которые по мере возрастания уровня лидерства, масштабов возглавляемой структуры, организации тоже изрядно разрастаются, ветвятся. Даже владелец небольшой транспортной фирмы несет имущественную ответственность за ущерб здоровью людей, пострадавших в дорожно-транспортных происшествиях с участием его автомобилей. У такого собственника куча возможностей для благоустройства своего загородного поместья, оказания транспортных услуг местным полицейским начальникам, чиновникам, но ему и трудно будет отвертеться (или очень дорого), если кто-то и з его работников попался на перевозке наркотиков, оружия. Такого рода лидеру приходится уже из своекорыстных мотиваций заботится даже о здоровье своих работников, каким-то образом об организации их досугов, чтобы не спивались в праздничные дни и не садились в автомобиль с синдромом похмелья. «Капитанам» регионального бизнеса уже приходится каким-то образом отстаивать интересы целой предпринимательской корпорации и перед администрацией региона, и перед правоохранителями, и перед лидерами организованной преступностью.

Предводителям бизнес-сообщества вынужденно приходится общаться с руководителями школ, профучилищ, университетов для оптимизации профессиональной подготовки молодежи, улаживать конфликты, обострение отношений с профсоюзами. Одновременно бдительно следить за своими деловыми и политическими конкурентами. И все эти жесткие традиционные совокупности обязанностей неумолимо диктуют образ жизни, делового поведения лидера, вплоть до покроя костюма, видов зубных протезов и т.п. Обыденным для абсолютного большинства руководителей практически любого толка являются неизбежная ложь, лукавство, умолчания, притворство, угодничество, нередко - дача и получение взяток, вымогательства, шантаж, организация запугивания нежелательных свидетелей, организация избиений неугодных чем-то людей, запугивания их гибелью детей, супруга и т.п. Возникает неустранимая ничем зависимость лидера от разнородных «помощников», осуществляющих весь перечисленный и не упомянутый набор по сути преступных действий: в конфликтных ситуациях (вероятность которых почти 100%) такие «порученцы» могут сделать официальное заявления в правоохранительных органы, в суде. Улаживание возникших опасных ситуаций потребует огромные затраты сил, здоровья (а может его и подкосить), времени, средств, поставит в полную, иногда – кабальную, пожизненную зависимость от немалого числа влиятельных людей. Многие из которых могут оказаться весьма недостойными особями. Так что любое лидерство, а в особенности успешно развивающееся, оборачивается, ко всему прочему, постоянно численно разрастающимися многообразными связями, каждая из которых давая новые возможности, порождает жестокие, нерасторжимые (без серьезных отрицательных последствий) зависимости, обязательства. Каждой такой взаимосвязи обязательно сопутствует свой «коридор» допустимого поведения, отклонение от которого трактуется как отступничество и может повлечь, кроме брани, еще и весьма серьезные, болезненные санкции формального, а чаще неформального характера. Учитывая же, что вся подобная «жизнедеятельность» лидирующих не регулируется никакими писаными законами, в лучшем случае разве что только «понятиями», бытующими в мире организованной преступности с сопутствующими бесконечными «разборками» на «сходках», то становится очевидным: в сфере лидерства «работают» не нравственные установления, а свод принципов, по которым строятся взаимодействия обитателей в дремучем лесу. Вроде того, что «прав тот, у кого больше прав», «прав тот, кто стреляет первым», «труп врага хорошо пахнет», «не обманешь - не проживешь» и т.п. Выживает чаще тот, кто быстрее даст деру и лучше спрячется.