Чтение онлайн

Эва ничего не сказала. Она почувствовала расположение к незнакомцу, познакомившись с ним. Ее подруга писала ранее: «Я не видела и не общалась с ним, но знаю, что он чародей. Его называют неотразимым. Мне бы очень хотелось узнать, влюбился ли он в тебя…» Эва была раздосадована тем, что он не отправил ей письма, что о нем судачит весь города, что появился он в ее доме спустя много дней.

Сеньор де Раузан встал и произнес:

– Надеюсь, сеньорита, вы проявите доброту и простите мою оплошность с этим письмом.

– А как насчет того, что нельзя исправить?

– Если позволите, я все исправлю.

– Все зависит от вас, – сказала Эва и улыбнулась кабальеро. – Сеньор де Раузан, этот дом в вашем распоряжении.

Кабальеро поклонился и вышел.

Это была первая встреча Уго и Эвы. И как бы они друг другу ни понравились, но пришлось оборвать опасный разговор, который завел бы туда, где оказаться им не хотелось. Опустим беседу, и проследим за их мыслями друг о друге.

Эве было около тридцати лет, срок ее девичьей прелести был на исходе, ее украшала уже зрелая красота.

Кабальеро де Раузан перевалило за сорок, и как бы он ни возбуждал безумные страсти и ни ценил женщин, но похоже, не любил никого. Судьба перечила ему в большой любви, его сердце было золотой урной, но урной погребальной.

VI

Прошло много дней, сеньор де Раузан не шел в дом Эвы, он встретился с ней на улице. Эва сказала:

– То ли из-за того, что я была сбита с толку нашим разговором, или потому что посчитала неуместным, но я забыла попросить вас кое о чем. Я должна ответить своей подруге завтра и хотела бы этим вечером повидаться с вами.

– Снова письмо? – с улыбкой спросил сеньор де Раузан.

– Да… выпьем чаю с моим отцом. Жду вас.

Эва гуляла с другими сеньоритами, но в порыве эгоизма не представила их кабальеро. Что случилось, то случилось, она приберегла для себя сеньора де Раузан – его дружбу, любовь или равнодушие – Эва хотела его себе, а не вручать другим, тем более своим подругам.

Когда кабальеро стал удаляться, одна сказала:

– Это тот самый кабальеро, недавно приехавший в город? Он кажется очень видным.

Другая заметила:

– И очень элегантным.

И третья:

– Говорят, он очень богат и умен.

Четвертая, которую звали Лаис, ничего не сказала, но смотрела на него до тех пор, пока тот не скрылся. Она невольно растерзала цветок в руках. В ее голове сверкнула мысль: заставить этого человека полюбить ее, завладеть им и победить всех красавиц города. Она верила в собственную красоту, молодость, независимость и силу денег. А терзая цветок, она хотела растерзать себя или сеньора де Раузан? Или это было лишь нетерпение?

Кабальеро в точное время явился на свидание, и поскольку чай в доме де Сан Лус подавали чуть позже, Эва могла поговорить с ним подольше.

– Сеньор де Раузан, выслушайте меня и поймите мое беспокойство. В городе, откуда вы прибыли, есть одна персона, сеньорита из письма, влюбленная в кабальеро, обещавшего на ней жениться. Кабальеро несколько лет назад исчез, она часто писала ему с надеждой, но он не сдержал своего слова. Сеньорита подозревает возлюбленного, поскольку до нее дошли слухи, что он женился, и она страстно желает узнать правду. Когда вы въехали в город, она написала мне: «В вашу страну приедет кабальеро дон Хосе Уго де Раузан, которого я не видела. Он земляк Луиса (так зовут ее жениха), поговорите с ним и спросите, что ему известно о нем. То, что скажет вам сеньор де Раузан, не скрывайте от меня. Я мучительно страдаю и уже смирилась. Если сеньор де Раузан не знаком с Луисом, он может написать в свою страну и осведомиться. Я сделала так, чтобы в его руки попало рекомендательное письмо для вас от меня и еще одной персоны, таким образом, он навестит вас, возможно, поможет и мне». Остальное, – продолжила Эва, – вы знаете. Моя подруга во всех письмах спрашивала, разговаривала ли я с вами, но я отвечала, что не видела вас. Я очень сильно люблю свою подругу, и меня волнует ее судьба, однако удручает ваше отношение.

– Как фамилия этого кабальеро?

– Рохас и Аро.

– Я не знаком с этим кабальеро, но могу узнать, и я вам помогу.

– Дай Боже поскорее!

– Будет вскоре, поскольку в *** есть те, кто могут знать этого кабальеро.

– Сейчас вы все поймете: любовь, которую испытывает ко мне подруга, печаль, которую вызывает во мне ее судьба и ваша задержка письма – я думала о вас и о ней, и возмутилась. Когда же наконец письмо дошло до меня, я упросила своего отца встретиться с вами… у меня не было другого способа поговорить с вами; и, если вы подумали плохо о моем отце, и обо мне в первую секунду, то пора прояснить некоторые вещи. Важно было не обмануть ожидания моей подруги.

– Почему сеньорита не послала письмо вашему отцу?

– Странно, что вы задаете мне этот вопрос! Разве может сеньорита писать и предлагать дружбу моему отцу, кабальеро? К тому же, она бы хотела, чтобы у нас с вами были близкие отношения, а она выяснила желаемое, но она выбрала не тот способ. Моя переписка давала бы право ожидать вашего визита и стать вашей подругой. Остальное случилось бы естественным образом.

– Вы правы. Вы, женщины, всегда знаете, как добиться своего.

– Теперь остается лишь ждать нужных нам новостей, и все закончится.

– Все?

– Ну… хочу сказать о достижении цели. Завтра я напишу подруге, что наконец-то повидала вас, и что со следующей почтой она узнает желаемое.

– А потом?

– Мне лишь останется простить ваше недостаточное усердие, особенно теперь, когда ради моей подруги вы изобилуете этим усердием.

– И ради желания понравиться вам.

– Возможно.

– Вы сказали, что забудете обо всем.

– Забываю.

– Однако, в вашей интонации есть горечь и холодность, которые противоречат вам.

– Эта горечь и холодность, если даже существуют, это я сама, в нашу первую встречу я позволила себе ребяческое недовольство. Сначала я говорила себе: почему сеньор де Раузан не передал мне письмо? А потом: почему он лично не принес это письмо, ведь обещал моей подруге? Не подобает вести себя так с кем-либо, а тем более с сеньоритой. В этом есть преднамеренность и предубеждение.

– Нет, Эва, – сказал сеньор де Раузан.

Услышав, как он назвал ее Эвой, она вздрогнула, словно ее пронзило электрическим зарядом. Ей понравилось, что он назвал ее Эва, но никто не имел права называть ее так, кроме отца. Она нахмурилась и сказала:

– Сеньор, я сеньорита де Сан Лус.

– Я помню и не забуду никогда, но называя вас вашим именем, я не хотел позволять себе наивную и пустую вольность. Я поддался порыву. Вижу, вы гордая, и мне нравится это, я не буду звать вас так, и это к лучшему… я нагадал вам, но больше не буду гадать, потому что видеть будущее – мое несчастье; а увидев его, я уже не ошибаюсь. Я понимал, что плохо задерживать письмо, но сделал это намеренно… я увидел то, что случится. Вам отправили это письмо в минуту, когда я был недоволен миром, если не сказать, что зол на него, потому что вынужден сражаться. И если бы ваш отец не появился в моем доме, я бы и дальше спокойно пребывал там.