Как мужа перевоспитать. Пышка в деле
Шрифт:
Сергей стоял как заворожённый. Он никогда не видел подобного зрелища даже во сне, не говоря уже про собственный двор.
— Отступаем! — закричал Казимир, уворачиваясь от очередного удара плетью, которым его пыталась огреть неугомонная Прасковья.
Избитые и посрамлённые, незваные гости покинули поместье.
* * *
Когда всё закончилось, Прасковья осталась стоять в центре двора, тяжело дыша. Волосы её растрепались, щеки пылали, а глаза блестели так, как не блестели никогда.
Сергей смотрел на неё, чувствуя, как внутри начинает что-то трепетать. На сей раз не от ужаса. Супруга бы страшной в гневе, простой, как крестьянка, неаккуратной, непедантичной и совершенно неизысканной, но в тот момент она показалась ему невероятной.
Её пышная фигура в тонком светлом платье с подчеркнуто высокой грудью, светлое лицо, горящее красивым румянцем, и взъерошенные рыжеватые волосы, отчетливо напоминающие водопад, выглядели воплощением силы, энергии и… красоты.
— Прасковья… — прошептал он, подходя ближе. — Я… ты… ты молодец…
— Это ж мой дом, милый, — улыбнулась она, вытирая вспотевшие ладони о фартук. — И твой. Я всегда буду его защищать!
Сергей Павлович смотрел на супругу с совершенно новым чувством.
«Может, дядя всё-таки был прав…» — подумал он вдруг и попытался улыбнуться Прасковье в ответ…
Глава 8. Всё стало иначе
Сергей Павлович сидел в своём кабинете, окружённый тишиной. На столе стоял графин с водой, потому что со спиртным он со вчерашнего дня завязал. Чего доброго, жена могла бы пронюхать и снова заставить питаться кашей по три раза в день.
Перед ним на столе лежал отчетливо погнутый дракой дешевый меч кузена Казимира — единственное, что осталось от его блистательного визита.
«Если бы не Прасковья…» — Сергей уже в который раз прокручивал в голове вчерашний день. Эта мысль приходила снова и снова, как надоедливая муха, которую невозможно было прихлопнуть.
Казимир. Его кузен, который всегда казался просто идиотом и остался им, несмотря на изысканную упаковку, оказался настоящим бандитом. Самоуверенным, опасным, готовым пролить кровь ради наживы…
«Он бы это сделал, — думал Сергей, медленно крутя меч в руках. — Задушил бы меня, забрал бы поместье, а Прасковью… Господи, даже думать об этом мерзко!»
Он вздохнул и откинулся на спинку кресла. Теперь уже не было сомнений, что жена спасла ему жизнь…
* * *
На следующий день Прасковья, ни слова не сказав Сергею, отправилась к Аркадию Семёновичу.
— Вы должны что-то сделать! — заявила она дядюшке, который сперва не поверил тому, что услышал, но потом задумался и кивнул.
— Конечно, конечно, милая. Я вам верю! Расскажите обо всем поподробнее…
Прасковья рассказала всё до мельчайших деталей, добавив в речь столько эмоций, что даже деревянный стул под ней задрожал под конец. Аркадий Семёнович выслушал всё, потом скривился, посетовал на непроходимую жадность некоторых родственников и лично продиктовал заявление в дознавательскую.
Через неделю Казимир был арестован. Видимо, он рассчитывал без проблем запугать Сергея Павловича и легко получить дядюшкино наследство, но… прогадал. Слуги поместья, где он скрывался, радостно сдали его властям, потому что не выдержали постоянного террора. К нему ворвались в тот момент, когда он распивал бутылку изысканного вина, пытаясь придумать план, как отомстить сумасшедшей рыжей толстухе.
Увидев же влетевших в комнату стражников, Казимир просто выронил бокал. Он был шокирован тем, это тот размазня Сергей Павлович посмел на него заявить…
* * *
Слухи о подвиге Прасковьи Павловны разлетелись по округе быстрее, чем свежие пироги на ярмарке. Соседи только и говорили, что хозяйка поместья Морозовых не женщина, а настоящая амазонка.
— Говорят, она отряд мордоворотов одной только сковородкой разогнала! — утверждала прачка из соседнего дома.
— А я слышал, что она выскочила вообще босиком и ледяными ногами врагов до полусмерти отходила! — добавил её муж.
Сергей невольно подслушал эти новости на Ярмарке в городе. Сначала он мрачно хмурился: не нравилось ему, что кто-то лишний раз сплетничает о его доме, однако потом неожиданно для себя заулыбался.
«Ну а что? — подумал он, борясь со старыми предрассудками. — Пусть все знают, какая у меня жена боевая!»
* * *
Перемены в отношениях
Вскоре Сергей решился на шаг, который пугал его до чертиков. Раньше он старался казаться всему миру важным и очень значимым, но сейчас вся эта мишура слетела с его личности.
Утром, за завтраком (наконец-то без каши), он робко произнёс:
— Прасковья… я хочу сказать тебе спасибо. За твою смелость и силу.
Жена подняла на него удивленный взгляд, широко улыбнулась, и впервые заметил, как красиво и ярко загорелись ее большие и светлые глаза.
— Спасибо? За что? — переспросила она кокетливо.
— Ну… за всё, — пробормотал Сергей Павлович, ковыряя вилкой еду в тарелке. — Ты… спасла меня. Спасла наше поместье…
Он не успел договорить: Прасковья тут же подскочила, кинулась к нему, радостно обняла и без лишних церемоний поцеловала прямо в губы.
Это был фактически их первый поцелуй.
Мужчина с удивлением понял, что пахнет женушка вкусно — пирогами, цветами и фруктами. Прямо-таки, как праздничный летний стол…
— Сергей Павлович, вы у меня вообще молодец! — воскликнула она, сияя. — Такой чистоплотный, такой ценитель прекрасного! Я ваш фарфор… ну тот… кодайский, вот… теперь тоже люблю!
Он сначала хотел отстраниться, но вместо этого почувствовал, как что-то тёплое разливается внутри. Она явно зашла с козырей, похвалив его любимую коллекцию.
«Да и поцелуй от неё приятен… — подумал он. — Не такая уж Прасковья и ужасная…»
* * *
Через несколько дней он заехал в город и купил для жены несколько платьев. Прасковья, увидев их, чуть не прослезилась.
— Это правда для меня? — польщенно спросила она.