Чтение онлайн

Конечно, если учесть, что берлинская организация СДПГ на 1 марта 1946 года насчитывала 66 тысяч членов, то против объединения выступило меньшинство, т. е. 19 596 человек. Но следует учитывать, что социал-демократам восточного сектора не было разрешено изложить свое мнение. Не должно быть сомнения в том, что все-таки большинство берлинских социал-демократов не желало объединения с коммунистами в одну партию. 7 апреля 1946 года в районе Целендорф (американский сектор) состоялся съезд противников объединения, который оформил создание берлинской организации СДПГ.

Сторонникам объединения, имевшимся в обеих партиях, все же удалось, несмотря на большие трудности, добиться того, что в апреле 1946 года объединение и создание единой берлинской городской организации СЕПГ состоялось. В западных секторах кроме СЕПГ функционировали и организации СДПГ. В восточном секторе попытки их восстановить пресекались объединенными усилиями советских властей и руководства СЕПГ.

Во второй половине 1946 года в политической жизни города произошло еще одно важное событие — принятие конституции города и коммунальные выборы, в ходе которых как в немецком обществе, так и среди бывших союзников, усилилась поляризация политических сил.

Коменданты западных секторов, не будучи уверенными в благополучном для них исходе предстоящих выборов, постоянно выступали за применение более жесткого и неограниченного контроля за деятельностью местного самоуправления. Советский комендант предлагал предоставить магистрату больше прав, ибо он знал, что аппарат самоуправления, состоявший в ту пору преимущественно из членов СЕПГ, будет следовать указаниям партии.

С приближением срока выборов политическая обстановка в городе обострялась, блок партий фактически распался, и руководители городских организаций ЛДП и ХДС совместно с СДПГ повели активную борьбу против засилья членов СЕПГ в городском самоуправлении. Важную роль в изменении позиции избирателей не в пользу СЕПГ сыграли те пункты предвыборной программы ее оппонентов, которые задевали особенно чувствительные стороны в жизни населения — демонтаж предприятий и связанная с ним безработица, требования восстановить границы Германии 1938 года, вернуть «восточные области», отрицание виновности немецкого народа за развязывание войны, недовольство попытками установить однопартийную диктатуру СЕПГ, бесчинствами, чинимыми советскими военнослужащими, недостаточным уровнем демократии и др. Городской район Митте, где находились почти все общегородские учреждения, по оценке центральной военной комендатуры, был наиболее заражен антисоветизмом, что сильно беспокоило нас.

Но тем не менее СЕПГ, выдвигая в своей предвыборной кампании такие требования, как установление нового демократического порядка, честное выполнение Потсдамских решений, улучшение материального положения трудящихся и другие, не всегда популярные предложения, рассчитывала на успех выборов. На это же рассчитывала и советская комендатура. И вот после того, как 9 августа 1946 года СКБ утвердила конституцию города и положение о выборах, результаты состоявшихся 20 октября 1946 года выборов были таковы: СДП завоевали 48,7 процентов мест, ХДС — 22,2, СЕПГ — 19,8 и ЛДП — 9,3 процента мест в городском собрании.

В руководящих кругах СВАГ и СЕПГ эти итоги вызвали замешательство. Анализируя их, городская организация СЕПГ и советская комендатура пришли к выводу, что поражение партии явилось результатом «переоценки идеологической перестройки и проведенной работы по демократизации». Впоследствии в одном из аналитических отчетов о деятельности советской военной комендатуры в Берлине отмечалось: «Советским военным комендантом генерал-майором Котиковым на основе анализа итогов выборов был представлен Главноначальствующему СВАГ маршалу Соколовскому подробно разработанный план дальнейшей работы в городе. Этот план включал ряд мероприятий по укреплению СЕПГ и упрочению ее авторитета в массах трудящихся, линию поведения представителей СЕПГ в блоке демократических партий, как места для разоблачения реакционной сущности этих партий. План определял цель и различные методы борьбы СЕПГ и советской военной комендатуры с социал-демократами. В плане перечислялись очередные мероприятия по укреплению профсоюзов. Особое место уделялось усилению пропаганды Советского Союза среди немцев, усилению оккупационного режима и контроля за деятельностью нового магистрата».

Маршал Соколовский 21 ноября 1946 года на этот план наложил следующую резолюцию: «Руководствуйтесь. Учтите мои пометки по Вашим предложениям. Имейте в виду, что пора от слов и соображений переходить энергично к делам. К сожалению, часто хорошие мысли мы не претворяем в дело, а чаще начинаем и не доводим до конца».

Как же много лет спустя после уже ставших историей событий в Берлине и с учетом последующего развития политической обстановки следует оценить позицию советской военной комендатуры Берлина по итогам выборов?

Приведенный отрывок из анализа итогов выборов свидетельствует о том, сотрудники комендатуры не сочли необходимым глубоко и критически проанализировать свои собственные ошибки и просчеты СЕПГ не только в ходе предвыборной кампании, но и во всей своей предыдущей деятельности. Вместо такого анализа они перешли в контрнаступление по обострению «борьбы с социал-демократами». Одновременно вместо поиска путей сотрудничества с буржуазными партиями-партнерами по блоку, комендатура увидела в этом блоке только «место для разоблачения реакционной сущности этих партий». Трудно также понять, как «пропаганда Советского Союза» вне связи с обстановкой в советской зоне оккупации Германии могла бы существенно повлиять на немецких избирателей. И уже совсем непонятно, как «усиление оккупационного режима» в состоянии было содействовать «упрочению авторитета СЕПГ в массах трудящихся». Последующие события подтвердили, что все произошло как раз наоборот.

Коммунальные выборы в Берлине в октябре 1946 года, когда все его жители одновременно участвовали в подобной политической акции, оказались последними в послевоенной истории города до 1989 года. Наступивший вскоре раскол привел к негативным последствиям в жизни Берлина. Военные власти западных союзников, вдохновленные итогами выборов, усилили изоляцию советской комендатуры от органов немецкого самоуправления, которые фактически оказались под их единоличным контролем. Они решительно выступили против крайне выгодного тогда для советской стороны принципа единогласия в деятельности СКБ. Новый обербургомистр города социал-демократ О. Островский не злоупотреблял сложившейся ситуацией, не пошел на конфронтацию с советскими военными властями. Он вел умеренную линию лояльного сотрудничества с ними, за что западными комендантами совместно с руководством СДПГ в апреле 1947 года и был отстранен от должности. Обербургомистром стал тоже социал-демократ Э. Ройтер, известный своим крайне негативным отношением к Советскому Союзу и СЕПГ. Естественно, советская комендатура использовала свое право вето, и он не был утвержден в должности. Его обязанности временно исполняла третий бургомистр член СДП Л. Шредер.

Во второй половине 1947 года ситуация характеризовалась завершением размежевания политических сил в городе и в самоуправлении и усиливавшейся по вине обеих сторон конфронтацией в Союзной комендатуре, отчего местное население только проигрывало. С дальнейшим расширением «холодной войны» в международной обстановке обострялось и положение в Берлине. Его логическим следствием было то, что 16 июня 1948 года состоялось последнее заседание Межсоюзнической военной комендатуры, после чего три западных коменданта, по оценке Отдела информации советской комендатуры, «собрались уже не как представители наших военных союзников, а как открытые враги СССР».

* * *

Разнообразие и объем деятельности советской военной комендатуры на протяжении четырех лет ее существования требовали постоянного совершенствования ее структуры и новых квалифицированных кадров. Сменивший в октябре 1945 года генерал-полковника Горбатова генерал-лейтенант Д.И. Смирнов, как считало руководство СВАГ, не в полной мере справлялся с работой и поэтому с 1 апреля 1946 года начальником гарнизона и военным комендантом советского сектора Берлина был назначен бывший начальник военной администрации Саксонии генерал-майор А.Г. Котиков, успешно выполнявший эти обязанности до середины 1950 года.

До начала июля 1945 года в Берлине существовало 20 районных и 82 участковых советских военных комендатуры. С разделом города на сектора и образованием Межсоюзнической военной комендатуры в советском секторе осталось 8 районных, а также 57 участковых комендатур, впоследствии ликвидированных. В первые дни своей деятельности работниками комендатур стали офицеры 5-й ударной армии, командующим которой был сам комендант генерал-полковник Берзарин, и 29 человек были назначены из фронтового резервного офицерского полка. По состоянию на 25 июня 1945 года в Управлении городской военной комендатуры было занято 292 офицера, 66 сержантов и рядовых и 184 гражданских служащих.