Чтение онлайн

Когда подошел совсем близко, внезапно поднес свечу к одному из них. И сразу же почувствовал запах паленой шерсти.

Волшебник быстро достал нож и бросил его в игрока. Иные же вскочили и убежали, а тот, которого Пай-Хи подпалил свечой, упал на землю.

Когда Пай-Хи наклонился, чтобы посмотреть, убил ли он его, увидел на земле мертвую собаку.

Около ста лет назад, после того как была написана Дао Дэ Цзин, один из вождей таоистов написал книгу, в которой были следующие слова:

«Проходить через прочный металл или камень, сквозь огонь или воду возможно для того, кто пребывает в гармонии с Тао».

Влияние таких учений о магии со временем усилилось. Миллионы невежественных китайцев уверовали в них и стали бояться волшебников, а также священнослужителей, которые утверждали, что обладают властью над злыми духами. И тем не менее число последователей таоизма быстро росло.

Причину нетрудно понять.

Давным-давно эти китайцы поклонялись силам природы и верили, что у всего сущего в природе есть духи.

Позднее они разделили духов природы на две группы: добрых духов, которых называли шен, а злых – квей.

Китайцы не забыли свою старую религию, и по сей день верят в добрые дела духов шен и злые – духов квей.

Но даже добрые духи шен иногда перестают быть хорошими. Например, добрый дух дождя иногда не дает его, когда он очень нужен. Это происходит потому, как считают китайцы, что добрый дух дождя заснул. Чтобы разбудить его, они делают из бумаги и дерева огромного дракона и раскрашивают его в яркие цвета. Этот дракон олицетворяет доброго духа дождя. Люди носят этого дракона по улицам и громко поют, чтобы разбудить духа. Если он не просыпается, они угрожают побить его. Если дождь и после этого приходит, они и в самом деле бьют и разбивают этого дракона. Иногда, правда, пытаются подкупить, обещая ему высокий титул. Когда начинается дождь, они сдерживают свое обещание.

Когда в таоизме появилось учение о злых духах и магии, люди, которые еще помнили свою старую веру в духов, были готовы слушать волшебников и удивительные истории о Жемчужном Императоре.

На протяжении пятисот лет после смерти Конфуция таоизм и конфуцианство были двумя религиями, распространенными в Китае.

Когда император Цинь приказал сжечь книги Конфуция и его последователей, он позволил сохранить таоистские писания. Император Цинь сам надеялся найти волшебную пилюлю, которая даст ему возможность жить и править Китаем вечно. Это была одна из причин, по которой он поощрял таоистское учение в годы своего правления. Но после его смерти последователи Конфуция стали самой мощной силой в Китае.

Тем временем китайские купцы, ездившие в Непал и Индию, вернулись с поразительными историями о принце Гаутаме.

С течением времени рассказы китайских купцов о принце и его учении становились все удивительнее и передавались из уст в уста. Люди восхищались принцем из далеких краев.

Как мы уже увидели, китайцы почитают и всегда почитали своих предков. Для них умершие – почти такие же реальные люди, как и живые. Естественно, они хотели знать, что случилось с их предками после их смерти.

Ни таоизм, ни конфуцианство не давали ответов на вопросы о жизни после смерти. Когда китайцы услышали о существовании религии, которая рассказывает о жизни после смерти и нирване, им захотелось узнать о ней все.

И таким образом учение Будды, сильно измененное его последователями, стало медленно распространяться по всему Китаю.

Приблизительно через пятьсот лет после смерти Конфуция император Мин-ди стал буддистом и приказал перевести на китайский язык и учить народ по Трипи-таке – священному писанию буддизма.

Последователи Конфуция, которых в стране было много, отчаянно боролись с религией индусов. Но после многих лет борьбы буддизм победил. Он распространился по всей стране и укоренился в ней, как дуб. Китайцам нужна была религия, которая объясняла бы им вещи, которые не объясняли ни таоизм, ни конфуцианство. И буддизм был как раз такой религией.

Приняв буддизм, народ Китая не отказался от других религий, просто добавил к ним еще одну. Будда, которого китайцы называют Омито Фу, присоединился к компании их любимых Конфуция и Лао-цзы.

В настоящее время о китайцах говорят как о народе, который следует «Трем Учениям» – Конфуция, Лао-цзы и Будды.

Порой один китаец является приверженцем всех трех учений. У буддизма самое большое число последователей. Но его влияние на народ Китая не столь велико, как влияние конфуцианства.

Главная причина, по которой китайский народ принял буддизм, состояла в том, что он дает ответы на вопросы о смерти и небесах.

Но люди не проводят все время, размышляя о том, что будет с их душами после смерти. Они едят, пьют и спят, делают обувь, головные уборы и одежду, строят дома, чтобы в них жить. Они готовят еду, поют песни и играют на лютне. Когда счастливы, пишут книги, рисуют картины, рассказывают истории, путешествуют, покупают и продают, плавают, играют в разные игры, едят сладости, которые им очень нравятся. Словом, делают много того, что не имеет отношения к мыслям о смерти или после нее.

Временные затраты на мысли о Боге и беспокойство о том, что произойдет с их душами после смерти, в сравнении подобны маленькой красной вишне рядом с большой тыквой.

И если Конфуций не упоминал о вишне, он много рассказывал о тыкве. Ничего не сказал о Боге и рае, но подсказал, как из тыквы сделать вкусный тыквенный пирог, как стать счастливыми и добродетельными. При этом он не разрушил старые верования, которые китайцы исповедовали веками.

Самое важное – он поощрял поклонение предкам и тем самым завоевал сердца людей.

В течение своей жизни Конфуций много путешествовал и встречался с разными людьми: мудрецами, учеными, князьями и принцами. Будучи министром по правонарушениям, он работал с законодателями, судьями и преступниками. Ему удалось понять, что его соотечественники хотят больше всего, что для них хорошо и что сделает их счастливыми.

Его не волновал, как таоистов, вопрос о том, как превратить железо в золото, потому что он знал, что это не сделает людей счастливее. Если бы все железо в мире превратилось в золото, оно бы подешевело, а железо, напротив, подорожало. И люди не стали бы счастливее, чем теперь.

Кроме того, превратить железо в золото невозможно, а то, что невозможно, не интересовало Конфуция. Он хотел сделать людей счастливыми осуществимыми способами.

И он поведал истину, которую люди должны постичь в первую очередь: одинокий человек не может быть счастливым.