Чтение онлайн

Что же я наделала? Как не заметила, что так сильно запуталась? Лгала своей семье, вынудила лгать мистера Бернарда, обманула надежды Виолы и… навсегда потеряла Орфея.

Вскоре за окном послышался звук разъезжающихся экипажей, и я поняла, что леди Луиса и Чарли, мистер Бернард, тетя Мэйбл и Виола уехали.

Я перевернулась на спину, невидяще глядя в потолок. Через какое-то время в дверь постучали.

– Уходите!

Несмотря на это, дверь приоткрылась, и в комнату скользнула Лиззи.

– Пожалуйста, Лиззи, если и ты станешь меня упрекать, я этого не выдержу.

– Не стану, – вздохнула младшая сестра, усаживаясь рядом на край кровати. – Но мне, признаться, жаль, что Фелиция не существует. Хотя мистер Бернард очень похож на тот образ, который я себе нарисовала. Твой – наш – Фелиций был смел, честен, надежен, при этом раним и тонок.

– Вообще-то мистер Бернард обладает всеми этими качествами, – произнесла я, поворачиваясь на бок, так, чтобы оказаться к ней лицом, – и на нем не должно отразиться все то, что я вынудила его сказать. Он искренний и хороший человек.

– Не сомневаюсь, – ответила Лиззи, протягивая мне платок. – Но маменьке сложнее с этим смириться.

– Она в ярости?

– Скорее в расстроенных чувствах. А ты знаешь, что бывает, когда маменька в расстроенных чувствах. Сказала, что ты негодная и неблагодарная девчонка.

– А мистер Бернард? Сказал то же самое?

– Вообще-то он сделал тебе предложение.

– Что?! – Я аж выпрямилась, сев на кровати. – Сделал мне предложение без меня?

– Ну, ты же убежала, – резонно заметила Лиззи, поправляя оборочки на моем платье.

– Как именно все произошло?

– Когда ты убежала, маменька сказала, что ее нервы этого не выдержат и потребовала нюхательную соль. Тогда Фели… то есть мистер Бернард сказал, что все не так, и ты на самом деле прекрасный человек. И он почел бы за счастье видеть тебя своей женой. На это маменька уничтожающе посмотрела и сказала, что никогда не отдаст дочь за того, кто ниже ее по социальному статусу…

– О нет! – вырвалось у меня.

– Но мистер Бернард повел себя очень благородно: сказал, что этого и ожидал, но не мог не предложить руку и сердце. Тогда маменька сказала, что он может покинуть наш дом, забрав с собой и руку, и сердце. И мистер Бернард ушел.

Я снова упала на подушку и застонала:

– Я останусь в этой комнате до конца жизни. Я никогда больше не смогу выйти отсюда и посмотреть кому-то в глаза!

– Это ничего, – похлопала меня по руке Лиззи, – главное, чтобы это «никогда» закончилось не позднее конца недели. Потому что мистер Бернард уезжает.

– Уезжает? Куда? – снова подскочила я.

– Он ведь стал победителем выставки. – Лиззи поглядела на меня с удивлением. – Вы оба стали. Разве ты этого не знала?

За всей суматохой дня я совершенно забыла узнать, чем закончилось это событие.

– Его… ваше выступление произвело на жюри такое впечатление, что агентству «Драко и сыновья» присудили первую награду, с отрывом в десять баллов, и в конце недели мистер Бернард улетает уже на международную выставку. Если он победит и там, то, наверное, останется жить за границей и руководить крупнейшим драконьим центром.

Я молча слушала ее.

– А теперь тебе нужно все это обдумать. Спокойной ночи. – Лиззи поцеловала меня в щеку и направилась к двери.

– Спокойной ночи, Лиззи. И еще, Лиз…

– Да? – она обернулась.

– Я счастлива и горда, что у меня есть такая сестра, как ты. Такие сестры, как вы.

С улыбкой кивнув, она вышла и прикрыла за собой дверь.

На следующий день в столовой царила тишина. Когда я спустилась, там сидела только Гертруда с газетой.

– Ты стала знаменитостью, – заметила она, показывая мне разворот, где была изображена девушка, только что выпавшая из корзины – на это указывали смазанные линии и вопящий рот. Ее готовился подхватить герой с огромными мускулами, проступавшими даже сквозь сюртук, который мистер Бернард, конечно же, не надевал во время полета.

Дракон за их спинами выглядел разъяренным и выпускал струю огня.

– Хотела бы я ею не стать, – заметила я, опускаясь на стул и кивком благодаря служанку, поставившую передо мной яйцо на подставке. – А где остальные?

– Должно быть, строчат письма Джорджу, Ронни и Гарри о том, что свадьбы отменяются.

– Хоть ты не сыпь мне соль на рану, – вздохнула я.

Гертруда вскинула брови и отхлебнула кофе из крошечной чашки – дома его заваривали на славу: такой крепкий и горький, что в нем ложка могла стоять.

– Зато я не теряю присутствия духа: я объявила Арнольду, что наша свадьба откладывается и что он должен потерпеть.

– Ты золотая сестра.

– Помни это, – кивнула Гертруда, хмыкнув и переворачивая страницу. – О, так это случится сегодня вечером!

– Что случится сегодня вечером?

– Мистер Бернард, – она повернула ко мне газету со статьей, – он должен был уехать на международную выставку в конце недели, а тут сказано, что это случится уже сегодня.

– Сегодня?! – Я вскочила так, что яйцо на подставке качнулось, угрожая свалиться в кофе, но в последний момент удержалось.

– Да.

– Тогда мне срочно нужно с ним поговорить. – Я направилась к двери.

– Вообще-то ты под домашним арестом – так сказала маменька.

– Тогда скажи ей, что границы моего ареста распространятся до пределов агентства «Драко и сыновья».

– Лучше я ей вообще ничего не скажу, – прокричала вслед Гертруда.

Я быстро двинулась в сторону своей – наверное, уже бывшей – работы.

В агентстве было тихо. Только Марк выглянул из стойла и издал негромкое курлыканье, приветствуя меня. Я мимоходом отметила, что он уже совершенно здоров, и поспешила дальше.

– Мистер Бернард, я… – Распахнув дверь, я застыла на пороге.

Мистер Бернард поднял на меня глаза и снова вернулся к своему занятию, а именно к укладыванию стопки перевязанных книг в коробку.

– Доброе утро, Кристина.

– Так это правда? – спросила я, оглядывая кабинет, который являлся яркой иллюстрацией активных сборов: повсюду виднелись коробки, половина полок в шкафу опустела. – Вы уезжаете?

– Ненадолго. Благодаря вам я получил шанс участвовать в международной выставке. Она лишь через месяц, но некоторые участники, включая меня, решили прибыть пораньше.