Как поцеловать кинозвезду
Шрифт:
— С тобой и правда такое случалось?
— Больше раз, чем я могу сосчитать.
Мы вместе подходим к столу с угощениями и напитками. Чуть дальше за стойкой бармен наливает пиво пожилому мужчине.
Флинт кладёт руки мне на плечи, мягко сжимая.
— У нас всего несколько минут. Я схожу в туалет, пока есть возможность. Ты справишься одна? — Его взгляд метается по залу, словно он и правда беспокоится о моей безопасности.
Кроме нас и мужчины у бара, никого нет, но его забота всё равно приятна.
— Всё будет хорошо, — говорю я.
Он наклоняется и целует меня в лоб.
— Сейчас вернусь.
Я закрываю глаза всего на секунду. Так легко поддаться. Просто впитать всё его внимание, обернуть его вокруг сердца. Отбросить страх, который стоит передо мной, как бетонная стена, и просто… посмотреть, что будет.
Смогла бы я? Могла бы я…
— Боже мой. Вы правда встречаетесь с Флинтом Хоторном? Это же он, да? Клянусь, если это не он, то у вашего парня есть его двойник.
Женщина появилась из ниоткуда — правда ли она вошла за то короткое время, пока я моргнула? — и теперь стоит опасно близко. Её взгляд странный. Она не просто ждёт ответа, она будто считает, что имеет на него право.
Я понимаю, что цель всей этой поездки — создать образ пары. Но обязательно ли делать это прямо сейчас?
Я отступаю на шаг.
— Да, смешно, правда? Ему часто это говорят.
Женщина хмурится.
— То есть, это не он?
Я краем глаза замечаю, как Флинт выходит из туалета. Делаю ещё шаг назад — от неё и к нему.
— Извините. Мне нужно идти.
Она смотрит на меня, потом на Флинта, и её выражение меняется.
— Да ладно! — восклицает она. — Это действительно он!
Я быстро подхожу к Флинту, хватаю его за руку, которую он уже протягивает. Он смотрит через моё плечо, вежливо кивает женщине.
— Здравствуйте, — и тут же ведёт меня прочь.
— Она буквально вынырнула из ниоткуда, — говорю я, пока мы идём. — Даже не поздоровалась. Сразу: «Это ваш парень, Флинт Хоторн?»
— И что ты сказала?
— Сказала что-то вроде: «Да, забавно. Его часто путают».
Он смеётся.
— Этот номер мне пару раз реально помог.
Мы подходим к выходу на посадку, Флинт замедляет шаг. Люди всё ещё кругом, хоть посадка уже началась.
— Подожди-ка, — говорит он. Он тянет меня к стене и разворачивает так, чтобы я оказалась спиной к ней, а сам встаёт передо мной, заслоняя своим телом. Я поднимаю руки и прижимаю их к его груди, наслаждаясь теплом, исходящим от него.
— Что мы делаем? — шепчу я.
Он улыбается.
— Прячемся.
— Хмм. Часто так делаешь?
— Когда один — это выглядит странно. Мужик у стены в одиночку — повод для тревоги. А вот сейчас… — Он склоняется и касается носом моей щеки. — Сейчас я просто выгляжу как парень, который получает незабываемый прощальный поцелуй.
— Это не прощание, мы же уже прошли досмотр.
Глупость. Но если думать о логике аэропортов, я смогу не поцеловать его прямо сейчас. А это… это пугающее открытие. Мы всего два часа как начали притворяться парой, а я уже готова отбросить всякое притворство?
— Верно, — говорит Флинт. — Чёртова TSA испортила столько грандиозных жестов своими правилами.
— Грандиозные жесты? Это из романтических фильмов?
Он смеётся.
— О, Одри. Мне есть чему тебя научить.
Мы стоим так, обнявшись, ещё несколько минут. Наконец, телефон Флинта вибрирует в кармане, он достаёт его.
— Всё. Нейт написал — можно идти на посадку.
Мы подходим к выходу на посадку, держась за руки. Девушка на стойке улыбается так широко, будто её лицо вот-вот треснет.
— Для нас честь приветствовать вас на борту, мистер Хоторн, — говорит она немного сбившимся голосом.
Флинт улыбается с лёгкостью.
— Спасибо, Марси. Приятно это слышать.
Мы не успеваем сделать и двух шагов, как она зовёт нас и просит сделать с ним фото.
Разумеется, Флинт с радостью соглашается.
Я снова удивляюсь, как легко он со всем справляется.
Мы устраиваемся на наших очень комфортных местах в первом ряду, и я изо всех сил стараюсь не встречаться взглядом с женщинами через проход, которые откровенно глазеют. Флинт сидит у окна, и я поворачиваюсь к нему. Если смотреть только на него — не придётся глядеть ни на кого больше, даже если я чувствую, как на меня уставились сзади.
Я слегка вздрагиваю всем телом, хотя волосы на затылке уже встали дыбом. Это крайне неприятное ощущение, будто по коже ползают крошечные червячки.
— Флинт, я буквально чувствую, как на нас пялятся. Как ты можешь сидеть спокойно?
— Клянусь, со временем привыкаешь. — Он достаёт наушники. — Вот. Надень один. Я подумал, может, посмотрим фильм вместе.
Я кривлюсь.
— Какой фильм? Потому что я взяла последний номер Wildlife Biology, и там потрясающая статья о поведенческой эволюции, которую я очень хочу прочитать.
— О, тогда тем более! — с серьёзным видом говорит он. — Почитаешь вслух.
Если бы я не заметила, как дёрнулись уголки его губ, могла бы и поверить. Но я уже начинаю распознавать его сигналы. Какой бы он ни был актёр, сейчас я читаю его, как открытую книгу. Я тянусь и шлёпаю его по груди.
— Очень смешно, мистер Хоторн. Эволюция, между прочим, крайне важный предмет.
— Я и не сомневаюсь, — говорит он более серьёзным тоном. — Но давай. Будет весело. Я больше часа выбирал фильм, который тебе точно понравится.
— Ладно, — вздыхаю я. — Но потом ты обязан выслушать мою статью.
— Звучит как идеальная сказка на ночь, — отвечает он. — Я вырублюсь моментально.
Я закатываю глаза на его шутку, хотя на мгновение отвлекаюсь от мысли… лечь в постель с Флинтом.
Я уверена, что у Флинта никаких ожиданий в этом плане. Он сам дал мне контроль — даже поцелуй зависит от меня. Но чтобы сохранить образ пары, его пиарщик Саймон настаивает: мы должны жить в одном номере. Хотя бы казаться теми, кто пользуется одной ванной, спит в одной кровати. Иначе персонал отеля может растрепать.
Говорят, что достаточно пары фраз, чтобы горничная продала их таблоидам. А заголовок «Подруга Флинта Хоторна живёт в другом номере» точно привлечёт внимание.
По крайней мере, именно так считают мои сёстры, которые уже досконально разобрали всю эту ситуацию.
Когда стюардесса принимает заказ на напитки, Флинт запускает фильм, откидывается в угол кресла и притягивает меня к себе, чтобы я оперлась на его грудь. Так держать телефон удобнее, поэтому я беру его из его рук, а он обнимает меня за талию.