Чтение онлайн

«Местные, миссис Фуллер, 1870–1880 годы: группа фермеров отправилась на север, в сторону нового поселения (название не указано). Больше о них не слышали.

«Архив, Керри Телеграф, 1911 год, ноябрь: двое констеб­лей должны были приехать в Кэрсинор 2 ноября. Выехали из Эмламора 29 октября, в город так и не прибыли. Проверить. Могли приехать, но об этом не осталось записей?»

«Архив, Керри Телеграф, 1934 год, октябрь: женатая пара, купившая дом в Дерринамакене, так и не добралась из Гленкара. Вырисовывается цепочка и географический профиль. Мало подтвержденных случаев. Если удастся найти еще фактические данные, связ. с ирл. оф., +353 87 123 4567».

Джемма щелкнула по исходным данным последнего документа: вторник, десятое, 23:14. За день до исчезновения.

— Нужно отправить это ирландцам, — мрачно сказала она, доставая телефон и фотографируя экран. — Ничего подозрительного? Вот кретины.

«И Айку тоже необходимо доложить», — неохотно подумала она. Обычно Джемма не заморачивалась подобным. Она не дергала начальство, пока дело было не закончено, а тварь не упокоена, даже если правила предписывали обратное. Но в этот раз ей нужно было сдать идеальную миссию. Такую, чтобы у чинуш из высокого начальства зубы свело.

— Эшли сказал, у них сейчас в офисе один человек. — Доу скривился. — Ты действительно надеешься, что они будут разбираться?

— Умничаешь? Разберемся тут мы. Но они должны быть в курсе, что здесь происходит. Так что ты доложишь им, а я позвоню нашим.

— Надо же, — протянул Доу, откидываясь на спинку стула. Его традиционно противное лицо стало еще противнее с растекшейся по нему ухмылкой. — Специальный агент Роген… с каких пор ты стала перестраховщицей?

Джемма открыла было рот, чтобы от души его послать, но Доу еще не закончил:

— Да уж, ради карьеры на многое можно пойти. Даже на соблюдение нудных уставных правил, а?

Он знал. Черт, засранец определенно знал! Она и не надеялась, что слухи не расползутся по Западному управлению, — но уж о чем она не думала, так это о том, что даже мизантроп Доу, не появляющийся в офисе неделями, будет в курсе последних сплетен.

— Очень мило, что ты переживаешь за мою карьеру, лузер. — Джемма показала ему средний палец. — А теперь заткнись и отправь это в Дублин.

— Лузер? Тебе что, двенадцать лет? — Доу дернул бровью, лениво поворачивая к себе ноутбук Суини.

Джемма не ответила: телефон завибрировал, и пришлось отвлечься на сообщение.

— Ага, — набирая ответ, сказала она. — Тебе повезло. Идешь на свидание с двенадцатилеткой. Отправляй и пошли, они проверили, паб открыт, места есть.

— Спасибо, я не в настроении для культурной программы.

Джемма перестала печатать. Он серьезно решил выбесить ее сегодня, не так ли? Убирая телефон в карман, она спросила самым своим опасным голосом:

— С чего бы?

— У меня есть компания поприятнее, — не уловил намека Доу, щелкая тачпадом и глядя в экран. — Некий Шон Даффи, наш ирландский коллега. Проведу этот вечер с ним, если дозвонюсь.

— А я не большая любительница нелепых отмаз, — отрезала Джемма и рывком закрыла крышку ноутбука, придавливая ему пальцы. Доу отдернул руки и уставился на Джемму снизу вверх со злобным раздражением:

— Ты что делаешь? Я еще не… — И наконец, увидев ее лицо, он замолчал. Некоторое время они сверлили друг друга взглядами, пока Доу не сдался первым: — Я никуда не пойду, Роген. Я вам там не нужен.

— Пойдешь. Потому что, раз уж ты подписался на это задание, здесь я отдаю тебе приказы, — заартачилась в ответ на его упрямство Джемма.

В этом и была проблема. В этом была вся чертова проблема! Позволить ему остаться? Да пожалуйста! Разговорить местных за кружкой пива — задачка не для Доу, которому далеко до звания души компании. Уж что-что, а это Джемма прекрасно понимала. Но он перечил. Он провоцировал. Он огрызался. Он специально, урод, действовал ей на нервы.

— Я просил Вулрича не ставить меня на это дело, — процедил Доу. — Не надо делать вид, что это я напросился в ваш дружный бойскаутский отряд.

«Даже не разоряйся. Меня не волнуют ваши детские дразнилки, — сказал Айк, когда Джемма, стоя у него в кабинете, набирала воздух в легкие, чтобы заявить, что с Доу работать она не собирается. Затушив в своей раздраженной манере сигарету о пухлый бок пепельницы, он продолжил: — Ты хочешь в ЭГИС или нет? Если хочешь, то, пока мы обсуждаем задачу, я не желаю слышать ни слова о том, как Сайлас Доу дергает тебя за косички. Ты меня услышала?»

Джемма его услышала.

То есть, конечно, она высказала все, что думает о Доу, как только следом открыла рот, но это был так, гундеж для души. Айк решил, что отправит их на дело вместе — а когда Айк что-то решал, переубеждать его было все равно что жевать бетон. Видимо, свою порцию бетона Доу при аналогичном разговоре тоже отжевал. Это приносило злорадное удовлетворение.

Отпустив крышку ноутбука, Джемма молча развернулась в сторону кровати и также молча принялась одеваться. Доу тоже не произнес ни слова. Уже около двери, остановившись у комода, на котором осталась записка от хозяина гостиницы, Джемма сказала:

— Первый бар из списка. — Ее палец демонстративно уткнулся в записку. — Не явишься через полчаса — я вернусь и выволоку тебя силком.

Сообщил ли Суини о своих находках дружку Куперу? Как, если они не созванивались и не переписывались? И если все-таки сообщил, то почему Купер первым делом не доложил начальству, а ограничился расплывчатым «пропал, переживаю»? Перед глазами возникло открытое лицо Суини, но быстро сменилось безрадостной миной Купера. Такая обычно принадлежала душнилам с за­шкаливающим уровнем серьезности, но эта догадка ничем не помогала. Гадание по фотографии не входило в список ее талантов, и Джемме было трудно предположить, чем этот парень руководствовался.

Ночной Кэрсинор совсем не выглядел угрожающим или мрачным: скорее он походил на искусственный городок из снежных шаров, только пока без снега. Из окон с широкими ставнями тут и там лился свет, крыши из-за тумана белели на фоне темного, засыпанного крупными созвездиями неба. Джемма подняла голову, выдыхая пар: да уж, во Фриско такого не увидишь. Исключительно ради ночного неба она бы никогда в жизни сюда не по­ехала, но должно же быть в этой стране хоть что-то хорошее, кроме виски, пива и красавчиков?